«Презрение. О, если бы оно было уготовано кому-то ещё. Но как чертовски сложно, общаясь с Нирэйном, не испытывать презрение к себе».
Летар скинул со спящего спутника одеяло, приноровился и закинул безвольное тело на плечо. Янс что-то невнятно пробормотал, но убийцу это не тронуло. Летар без труда спустился по лестнице и прошёл к двери наружу по окутанному полумраком главному помещению трактира, огибая хаотично расставленные стулья и столы с недопитой выпивкой. Стоило Летару ступить на улицу, как тело на плече встрепенулось, почуяв неладное. Убийца выпустил изо рта облако пара, а вслед за ним отправил в воздух и Янса. Тот сквозь дрёму неуклюже извернулся, ощутив земное притяжение, но более вразумительно отреагировать не успел. Сугроб встретил его радушным объятием.
Летар вытащил из плаща вымокшую сантипушку и убрал за пояс, туда же отправился мешочек свинцовых шариков и фляга с водой. Пришедшую в негодность тряпку он ещё долго буравил взглядом.
— Выдохни уже. А то называешь осень летом. Размытое время — дурной симптом. Пусть и объяснимый заключением.
— У тебя эти пять дней спина напряжена так, что мне кажется, ты меня готов ударом затылка в нос убить, если что-то не понравится.
Сегодня что-то пошло не по плану.
В глубине души Летару хотелось отпустить поводья и стянуть перчатку с руки. Показать печать, бросить, что вот его резон ехать к западникам. Но он не стал. Это не повод для гордости и не повод для показного поведения. Это его последний повод для убийства.
Летар очнулся. В кромешной тьме подводного грота сложно было сказать, сколько времени прошло с момента потери сознания. Минута? Час? День? Нет, день вряд ли, одежда на Летаре всё ещё была мокрой, точно он вылез из воды мгновение назад. А вот лицо уже обсохло.
— Эй, что за цены?… — начал было Янс, но умолк, увидев насколько решительно убийца бросил монеты на стойку. Хозяин заведения тоже оценил красноречивый жест и на глазах подобрел:
Паренёк кивнул и вооружился ножом. Глот поковылял за ним, выставив арбалет вперёд. Вдвоём они подошли к двери в погреб, из-за которой раздавался шум.
— Куда это ты? — вытаращился Янс.
Летару нужен был перегиб в борьбе с Дерасом. Некие беспроигрышные условия. Подражание земляному червю, которого могло в любой момент раздавить просевшим потолком, очень отдалённо напоминало хоть сколько-нибудь выигрышную ситуацию. Однако, даже эта затея могла оправдаться, если представить некие допущения в ясновидении Дераса. Если та коряга и правда была случайностью, и Дерас не ждал Летара, то появление убийцы в городе пройдёт незамеченным.
— А по тебе и не скажешь, что ты мастак опрокинуть в себя кружку.
— Чёрт его дери, — прошептал он, перенимая чужие привычки, в которых «чёрт» было чем-то вроде заклятья, поддерживающего энергичность действий и мысли. Убийце не спалось. Усталость взяла его шею в тиски и свела плечи. Даже думать было нелегко. Одни и те же мысли норовили пронестись по кругу уже в тысячный раз, и мозг уже воспринимал их как подсознательный процесс, не отвлекаясь.
— Ладно, — бросил Летар. — Ты не обманул. Дальше я справлюсь сам.
— Так он сутки назад уполз, — мужичок потряс головой. — Но коли так, в расход его, а то деньги назад захочет, или ещё чего, растрезвонит всем про лаз.
— Ага, а может мне за тебя заплатили? — ввернул Янс.
Над восточным краем мира забрезжило солнце, пробиваясь через тёмную пелену, охватившую все небеса, какие только мог разглядеть Летар в окно. Прерывистое дыхание вьюги гнало припавший к земле призрачный туман. Тусклый свет вмёрз в воздух, и ночь отступила, оставив за собой ледяную мантию, но ещё намереваясь за ней вернуться.
— Чью мать ты чуть не убил? — уточнил Летар, помогая Янсу взбираться по ступеням наверх.
Из погреба донёсся шум, и Глот вскочил, рефлекторно вцепившись в заранее взведённый арбалет.
— Пока я тебе плачу, ты парень, — раздражённо каркнул Летар. — Делай, что говорят. И заодно поделись новостями. Кто что рассказывает?
— Замолкни, — оборвал Летар. Щедрый запас раздражения оказался на пороге того, чтобы высыпаться на Янса и погрести того под целым курганом. Летар не испытывал злости к своему спутнику как таковому, но настрой был слишком чёрным, чтобы позволять ему распускать язык об эмоциональных реакциях Летара.
Янс гневно стряхнул с себя следы сухого рассыпчатого снега.
Убийца скривился в ответ на мысли. Он не представлял себе, где заканчивается осознанная воля Дераса Кааса и начинается тупое следование установкам, которые он получает на основе видений грядущего. Конечно, будь Дерас мягче, он бы просто отказался следовать жестоким путём, выбирая лучший из оставшихся вариантов. Но Летар прекрасно понимал, что собственное будущее требует жертв. В погоне за утерянными силами он доказывал это раз за разом, год за годом. Ради своей шкуры он взялся за многие заказы, и немало посторонних людей погибло в процессе их выполнения.
«Начался восемьдесят шестой день. Времени до полудня и четверо суток сверху. С половину этого времени я как на ладони».
— Не закусываю. Но мысль к месту. Мы как раз согрелись.
— Тоже собрались лезть под бок к западникам, лишь бы не мёрзнуть? — презрительно бросил он.
— Как бы меня этим хреном не поимели, — безрадостно ответил Летар и спрыгнул с лошади.
Летар в неопределённых чувствах вернулся обратно в тёплое лоно постоялого двора. Янс никуда не делся. Напротив, он успел надраться и ввязаться в спор со своим соседом по барной стойке.
«Армия Лит не успеет».