— Более чем…
— Я тоже, — ответила она.
— Тридцать пять?.. Но он…
— Рада вас видеть, капитан. — Калина так и стояла, улыбаясь слегка насмешливо.
Как же легко нейтрализовать женщину…
— Да, вышло скучновато.
— Видите ли, я бы с радостью, но мой приезд рабочего характера. Я только что получила разнос от начальника, за одно неприятное происшествие. И он уже предупредил меня, что если что-то подобное повторится, у меня будут неприятности.
Проскурина прыснула этой реплике. Капитан очевидно шутил, но серьезность тона зацепила ее больше.
— Если хотите знать, вы были ужасающи в роли хищника, — исповедовалась она с веселой улыбкой, пребывая отчего-то в крайне приподнятом настроении в его обществе. — До сих пор икаю вспоминая рот полный крови и кусок мяса, что вы оторвали бедняжке аноту. Надеюсь, вы думали не обо мне, когда разделывали его. Перепугали меня до чертиков, Амир! Я потом спать не могла. А зачем вы приходили в ту ночь в мою комнату?
— Все, вы разгадали меня. Теперь можете идти к себе и спать спокойно, — сказала она пренебрежительно и отвернулась, расстилать постель.
— Не я сам?
— Миленько… — пресно оценила она и вернулась по лестнице вверх на первый уровень дворца. Проскурина долго бродила этажами в поисках чего-то, хотя бы чего-нибудь и ничего не нашла, кроме злополучной каменной залы.
— Я вообще не поняла, вы, на чьей стороне? — возмутилась Проскурина, когда они двинулись коридором дальше.
— Что у вас ничего нет с той дамой. Все, идите! — теряя терпение от абсурдности ситуации, скомандовала женщина.
— Хорошо. Мы будем вас ждать. Хотя предполагаю, что Аримаса снова вышлют из города по делу службы, — огорченно прокомментировал князь.
— И что именно вы снимаете? — игнорируя вопрос, спросил капитан.
— А что могло бы понравиться вашему зрителю? — хитро щурится Вишнар.
— Рад вновь вас видеть, Калина, — почтительно кивнул бессмертный.
В разговорах Проскурина больше не участвовала, впрочем, ее никто и не вовлекал. Вишнар общался преимущественно с Серповым. Преемник вообще молчал. Даже когда к нему обратилась одна из сидящих за столом дам. Она пару раз пытались привлечь его внимание чисто женскими трюками — взгляды искоса, жеманные улыбочки. Но Амир лишь безучастно прислушивался к беседе, и непонятно было, реагирует ли он на флирт или нет. То, что он его осознавал, сомневаться не приходилось. На даму он поглядывал, потому она и старалась для него улыбаться, хотя его молчание в ответ на вопрос, даму слегка смутило. Но выражение лица Амира — закрытая холодность — не менялось весь вечер. Словно он шахматист и сидит за клетчатой доской, обдумывая очередной ход.
— Нет, я не получала приглашение.
Проскурина сложила губки бантиком и несколько раз хлопнула ресницами, бессовестно провоцируя на согласие.
— Вы такая проницательная, — сказал Амир и непонятно, серьезен или нет. Лесть или ирония?
Калина смотрела с интересом. Значит уже и князь Варимонг знает. Не приходилось сомневаться, что государь тем более осведомлен о происшествии.
— Ваше Высочество, хотите знать, что я думаю?.. Роль кресла самая удачная из всех. Вы такой комфортный в виде сидушки, — шепнула Калина и захохотала.
— Кстати, кто это был?
— Остроумно, — оценила Калина и когда стеклянная дверца открылась, выглянула вниз, примеряясь. Но тут шароплан стал плавно снижаться и вскоре опустился на землю.
— Сразу? — ухнула Калина. — Аналитик от Бога. Уже начало четвертого, Амир. Сразу было бы часов пять тому назад…
— Каждое утро последние пол года я усиленно тренировался, — тихо поведал он.
— Так что вы снимаете?
— Где вы были и почему вы вообще тут?!