— Нет, почему же, было и не раз. Но это совсем ничего не значит для меня. Чисто для разрядки. Как пройтись по снаряду после разминки, что бы сноровку не потерять. Все свои эмоции я берегу для вас! — уверил он, слегка переигрывая с искренностью. — Поэтому спите спокойно.
— Меня не было в городе, я возвращаюсь из длительной многонедельной поездки, — оправдался он, серея лицом.
В небольшой комнате отдыха журналистку ждал совершенно неожиданный гость — Вариноминис. Князь Варимонг — отец Аримаса.
Калина высвободилась, только когда капитан сам отпустил, и в результате чуть не рухнула вниз. Амир проворно схватил ее за пальто и держал пока свисающая с подножки женская нога не нашла опору. Когда это произошло, Проскурина в бешенстве махнула кулаком, но попала лишь по стеклу, потому что бессмертный, предвидя этот удар, проворно захлопнул перед ней дверцу.
— Но он вам подчиняется?
— Вы что, все на разведку пошли? А оператор с камерой?
— От вас?
— От вашей? — удивилась журналистка.
— Тогда идем, — оглядываясь по сторонам, отшучивается он. — Делать тут все равно нечего. Все двери закрыты. Все без исключения под замком.
«Вот так попала в заварушку…», — думала она, поднимаясь к себе в номер.
Михаил Юрьевич выразительно кашлянул.
— Я понимаю. Она кажется вам неожиданной.
— Мне жаль, что Аримасу пришлось пострадать из-за меня.
— Но появление военного главы в роли вас убедило. Что же выдало? — оживая, включился в беседу Амир.
— Опять ты! — как старому врагу злобно прошипела она, открыв двери и тяжко вздохнула, когда донеслось эхо — «ты-ты-ты». — Чертова каменная бесконечность!..
— Почему же это была не женщина?
— Но так?
— Это исключено, он очень занят, — холодно отсек Амир. Он щурил свои глаза и поигрывал напряженными скулами, глядя куда-то в сторону. На вампиров, что скопились возле стеклянного кафе, на съемочную группу, куда угодно, только не на Проскурину.
— Я сам себя отпустил.
Никто не возражал, Калина упорно промокала рот салфеткой, занимая руки хоть каким-то делом, чтобы не смотреть никому в глаза, и Вишнар как результат самодовольно кивнул.
— Мечтаю страстно! — выдохнула женщина.
Это говорило только об одном. Присутствующие за столом как она и предполагала, были всего лишь зрителями… Очередного спектакля. В результате которого она вновь дискредитирована в глазах коллег, той небольшой группы представителей ее мира, уважение которых ей удалось найти с таким большим трудом. А теперь и эти станут ее презирать. Хоть домой не возвращайся!
Серпов даже поперхнулся смеяться над выражением лица сотрудницы. А потом добавил для солдата:
Увы, развивать тему государь не стал и вскоре сам откланялся. Точнее, пожелал всем доброй ночи и ушел в сопровождении охраны.
Амир откланялся и пошел к секретному ходу.
— Да. Но если я могу вам чем-то помочь…
— Вы полны неожиданностей, — прокомментировал он ситуацию, повернувшись к государю. — Я могу осветить этот нюанс в своем фильме?
После шеф устроил Проскуриной страшный разнос за отлучку и постыдное шоу у всех на глазах. Но это случилось, только когда он ее догнал. Уже в номере. Так стремительно женщина бежала прочь.
Амир широко улыбнулся и послал женщине воздушный поцелуй, затем развлекаясь, двумя пальцам нарисовал на стекле сердечко и изобразил тоску в глазах.
— Что, вы тоже? — не понял мужчина.