Через несколько минут прекрасная Незнакомка, освободившись от пут "старого вояки", стала
самой веселой, остроумной и обаятельной из всех присутствующих в компании девчат. "Каждому
овощу свой сезон", — вспомнил Виктор народную мудрость. Он вышел в прихожую, закурил,
задумался. После того бессловесного разговора с Машей он больше ей не звонил. Мысль о новом
звонке не давала ему покоя все предновогодние дни, но он никак не мог решиться. А сейчас,
подвыпив, осмелел.
Трубку взяла она сама.
— Ну, здравствуй! — выдохнул Виктор. — Это я.
Ему показалось, что он видит ее усталую улыбку.
— Здравствуй, Витя, — просто сказала она. — Я... я... ждала сегодня твой звонок.
— Ты что делаешь? — спросил он, стараясь унять свое дыхание.
— Что я делаю? — переспросила Маша. — Ты помнишь Зою Кузнецову?
— Конечно, — ответил Виктор. — Мы выпили с ней по рюмке вина за... конец... войны,
немножко... всплакнули.., ну, вот. . и все.
— Слушай, Маш, а может быть... — он не решался сказать то, о чем, не признаваясь самому себе,
думал все эти дни, — а может. . я... загляну к вам?
Маша ответила сразу:
— Да, конечно. Я.., мы будем... ждать.
— Еду! — крикнул Виктор и, бросив трубку, стал искать Леньку. Он обнаружил его в одной из
комнат, сидящим на диване в обнимку со своей бывшей прекрасной соседкой. Будучи до крайности
возбужден только что состоявшимся разговором, он, даже не извинившись за свое вторжение,
попросил брата выйти с ним на минутку.
— Ну что тебе? — недовольно спросил Ленька, когда они вышли в другую комнату.
— Ревнуешь?
— Балда! — радостно зашептал Виктор.
— Я еду к Маше. Ясно?
— К Ма-а-аше?! — сделал большие глаза Ленька, который знал всю романтическую историю
брата. — Что все опять по-новой?
— Не знаю, ничего пока не знаю, — говорил Виктор, — но мне надо что-то с собой отсюда
прихватить. Не могу же я с пустыми руками... А магазины все давно закрыты...