Пробежала ребятня. Маленькая девочка, что бежала последней за шумной группой, остановилась посреди дороги перед каджиткой. Она пристально глазела на неё. Нисаба посмотрела на девочку, улыбнулась ей, а потом слегка помахала рукой. Девочка, прижав кулаки к зубам, тихо засмеялась и помчала вдогонку шумной компании. Каджикта проводила её взглядом.
Кейт вернулась в поселение к полудню. Своё время она проводила у берега, гуляла по чаще, забралась на подножие высокой скалы, осмотрела поселение. Расстилающийся вдоль реки Ривервуд был окружён горами и скалами. С вершины скалы поселение было как на ладони.
Когда Кейт поднялась на балкон таверны и подошла к Нисабе, то молча прислонилась к оградке, бегло осматривая дома по ту сторону улицы.
– Только проснулась? – спросила она Нисабу.
– Да, – та ответила ей, развернувшись. – Остальные ещё спят. Дро’Зарим встал тоже. Сейчас он внутри, сидит, ест и пьёт. Завтракает. Трактирщик крайне обеспокоен пропажей ключей. Думаю, это твоя работа. – Нисаба слегка прищурилась.
– Конечно. Я встала ещё до рассвета. Хотела прогуляться, пока здесь было не так многолюдно, – ответила Кейт. – А двери таверны, по странным причинам, были заперты. Хозяин спал и я не хотела тревожить его.
– В последнее время ты постоянно ищешь уединение, – сказала Нисаба.
– Есть такое. Уединение с самим собой даёт возможность поразмыслить, углубиться в себя, – ответила Кейт.
– Раньше был ты предпочла такое дело тренировкам, – сказала Нисаба.
– И сейчас бы я не отказалась от тренировки, но времени на это нет. Думаю, ты догадываешься, что я не просто так вышла погулять перед зарёй, – сказала Кейт.
– Кто тебя знает. Порой мне кажется, что я мало тебя знаю, но в данном случае я с тобой согласна, – ответила Нисаба. – Твоя озадаченность заставила тебя проникнуть за стойку трактирщика и стащить оттуда ключи.
– Оргнар сильно орал? – спросила Кейт.
– Нет, нисколечко. Он очень спокойный, вежливый и добрый человек. Но ты ему должна вернуть то, что украла.
– Верну. Но данное преступление весьма оправдано.
– Преступления не могут быть оправданы. А грабёж – это самое низкое преступление из всех. На наших сородичей в этих землях ставят клеймо воров, контрабандистов и просто подозрительных личностей. А сегодня ты доказала это суеверие нордов своим поступком. – Нисаба была крайне строга в голосе при разговоре. – Оргнар отнёсся к нам с добродушием и теплотой. Мы у него в гостях, а ты отблагодарила его за это воровством его имущества…
– Возможно, но лично мне наплевать, что обо мне думают другие, – ответила Кейт. – Особенно тогда, когда действия, пускай и слегка противозаконные, необходимы. Цель оправдывает средства.
– Ты говоришь недальновидно, мыслишь по-варварски, не как каджитка, даже ни как норд. Эти люди если и используют средства для достижения цели, то только те, которые требуют крови и чей-то жизни, а не имущества.
– Не все норды зациклены на чести и достоинстве. Мир таков, каков он есть. Кто-то убивает, кто-то грабит. Каждый достигает своей цели тем путём, на который позволяют силы, влияют обстоятельства. Но не будем об этом, эта дилемма для учёных в коллегиях. Есть новость и она плохая.
– Ну тогда расскажи мне то, что ты узнала, и я решу, стоило ли полученное знание низкого поступка, – ответила Нисаба.
– Осторожнее с присвоением себе прав что-то решать, подруга. – Кейт посмотрела на Нисабу. – Ты стремишься жить по законам чести, морали и достоинства, ну вот и живи по ним. Другим свои идеалы не навязывай. Особенно тем, кто видит больше и мыслит острее, – после этих слов Кейт на мгновение замолчала, слушая, как с грохотом упало бревно на лесопилке, потом она продолжила: – Итак, сегодня по утру я проходила по улочкам Ривервуда. Никого не было, поселение томилось в тиши и спокойствии. Только стражники сновали у стен с факелами. Я не привлекла их внимание. Я искала всё, что могло бы подтвердить мою озадаченность, которую я пыталась донести вам всем вчера, но вы были увлечены вечерним пиршеством.
Кейт говорила, а Нисаба молча внимала, хотя делала это обиженно. Действия Кейт огорчили каджитку, а последние брошенные слова и вовсе обозлили.
– Завернула меж домов, прошла меж огородов и услышала голоса. Один дом не спал, точнее хозяева в нём. Там была ругань. Мне удалось подкрасться поближе и подслушать. Здешнюю округу подмяла под себя шайка разбойников. Они терроризируют поселение, заставляя выплачивать дань. Под страхом и из-за своей немощи здешние жители отдают им то, что те потребуют. Стража не может разобраться с ними, да оно и видно. Их и мало, и они похожи на отряд овец, а не воинов. Кто-то намерен прекратить это. Таких мало. Кто-то настроен решительно, кто-то язвит, побаивается. Но терпение подошло к концу и у тех и у других, и у всех остальных тоже.
– Странно, вчера я не заметила, чтобы пьяные норды были обеспокоены происходящим, – сказала Нисаба.
– Наверное, для них это стало частью жизни, обыденным делом. А может, они просто решили напиться и наораться в таверне, чтобы хоть на вечер забыть о проблемах. Кто знает?
– Значит, здесь оставаться стало опасно, – сказала Нисаба. – Надо поговорить с Дро’Заримом.
– Я знаю, что он скажет. Он предостережёт нас, – ответила Кейт.
– И правильно сделает, – сказала Нисаба. – Мы не должны влазить в проблемы других, подставлять угрозе себя, нашу безопасность.
– Что-то ты изменилась в видении жизни, подруга, – сказала Кейт. – Тогда в лесу ты первая побежала на крики, а после мы перебили тех, кто напал на людей. Мы влезли в проблемы других.
– Тогда всё было иначе, – сказала Нисаба. – Мы должны были знать. Если угрожали людям, то могли и угрожать нам. А сейчас у нас нет обители. Мы слоняемся от одного места к другому. И сейчас мы можем уйти от опасности.
– Уйти от опасности – убежать, другими словами. А трусость – это низкое качество человека, каджита, не важно кого. А ты у нас придерживаешься моральных устоев жизни.