Множество же народа постилали свои одежды по дороге, следуя примеру учеников, а другие, не имея верхних одежд, по бедности, резали ветви с дерев и постилали по дороге (Мф. 21, 8), чтобы сделать путь мягким и удобным для осленка и таким образом послужить и воздать честь Сидящему на нем.
Далее из совмещения повествований всех евангелистов можно составить себе следующую общую картину. Когда Он приблизился к спуску с горы Елеонской, то есть когда они приблизились к перевалу, откуда начинался спуск и открылся дивный вид на Иерусалим, все множество учеников начало в радости велегласно славить Бога за спасение мира, уготованное во Христе, и, в частности, за все чудеса – за все чудеса, какие видели они (Лк. 19, 37). К этому добавляет святой Иоанн: Множество народа, пришедшего на праздник, услышав, что Иисус идет в Иерусалим, взяли пальмовые ветви, вышли навстречу Ему (Ин. 12, 12–13). Так соединилось два множества народа: одно шло от Вифании со Христом, другое от Иерусалима, навстречу Ему.
Вид Иерусалима, представшего с горы во всей своей красе, вызвал восторг всей этой народной массы, который вылился в радостных и громогласных кликах: Осанна Сыну Давидову! благословен Грядущий во имя Господне! осанна в вышних! (Мф. 21, 9). «Осанна» в буквальном переводе с древнееврейского языка значит «спаси же», «даруй спасение». Это восклицание употреблялось как выражение радости и благословения, наподобие нынешнего «да здравствует».
Осанна в вышних – пожелание, чтобы и на небе было принесено в дар Царю Израилеву, Сыну Давидову, то же радостное восклицание «осанна». Благословен Грядущий во имя Господне значит: «Достоин благословения или прославления Тот, Кто приходит от Иеговы с Его повелениями, с Его властью, как приходят от земного царя посланники и правители с полномочием заменять его» (ср. Ин. 5, 43).
Евангелист Марк присоединяет к этому еще восклицание: Благословенно грядущее во имя Господа царство отца нашего Давида! (Мк. 11, 10). Царство Давида должен был восстановить Мессия, престол Которого должен был пребывать вечно и власть должна была распространиться на все народы. В этих словах сыны Израилевы и прославляют Христа, грядущего восстановить это царство Давидово.
Святой Лука передает еще одно восклицание: Мир на небесах (Лк. 19, 38) в смысле: «Снисходят с небес все истинные духовные блага и вечное спасение». Святой Иоанн объясняет, что причина этой радостной встречи Господа – великое чудо воскрешения Лазаря, только что Им совершенное (см. Ин. 12, 17–18), а святой Лука – все вообще чудеса Его (см. Лк. 19, 37). В этом событии Церковь наша усматривает особое устроение Божие и внушение Духа Святого, как говорит об этом синаксарь на Неделю Ваий: «Сие же бысть языки подвигшу Всесвятому Духу».
С этой точки зрения понятен ответ Господа, данный Им на лукавый и злобный совет фарисеев: Учитель! запрети ученикам Твоим, ибо Ты, как и мы, понимаешь, насколько все это неприлично и опасно для Тебя, – Если они умолкнут, то камни возопиют (Лк. 19, 39–40). Это славословие Христу Мессии устрояется в сердцах и устах народа Самим Богом, и если бы люди воспротивились этому определению Божию, тогда бездушные камни заменили бы людей в прославлении Господа. В этих словах Церковь видит также иносказательное указание на язычников, бывших сначала как бы каменносердечными, но потом заменивших собой Израиля, отвергшего Христа.
Тот же смысл имеет и приводимый святым Матфеем ответ Господа фарисеям, негодовавшим по злобе и зависти на то, что еврейские дети в храме восклицали «Осанна Сыну Давидову!», – Разве вы никогда не читали: из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу? (Мф. 21, 16; Пс. 8, 3), то есть Бог Сам устрояет Себе хвалу в устах младенцев и грудных детей.
Смотря на город, как повествует святой Лука, Господь заплакал о нем (Лк. 19, 41), то есть о его скорой погибели. Замечательно, что в 70 году римляне, начиная осаду Иерусалима, устроили свой лагерь как раз на том самом месте на горе Елеонской, где находился в это время Христос Спаситель, и самая осада началась тоже незадолго до Пасхи.
О, если бы и ты, как Я, хотя в сей твой день, или во время посещения твоего, как сказано ниже (см. Лк. 19, 44), узнал, что служит к миру твоему, то есть к твоему спасению! Но это сокрыто ныне от глаз твоих – ты упорно закрываешь глаза, чтобы не видеть, что, отвергая Меня, ты готовишь свою погибель (Лк. 19, 41–42).
Ты не узнал времени посещения твоего (Лк. 19, 44), то есть того времени, когда милостив был к тебе Бог и призывал тебя ко спасению через посланного к тебе Мессию, которого ты отверг вместо того, чтобы послушать Его.
Святой Матфей свидетельствует, что когда вошел Он в Иерусалим, весь город пришел в движение (Мф. 21, 10) – столь велико было впечатление от этой торжественной встречи.
Изгнание торгующих из храма
(Мф. 21, 12–17; Мк. 11, 15–19; Лк. 19, 45–48)
Войдя в Иерусалим, Господь направился прямо в храм и совершил изгнание торгующих из храма. Об этом повествуют только три первых евангелиста, причем повествование святого Марка отличается от повествования святого Матфея и Луки тем, что, по святому Марку, Господь, войдя в храм и осмотрев все, как время уже было позднее, вышел в Вифанию с двенадцатью (Мк. 11, 11) и только на другой день, после проклятия смоковницы, снова, войдя в храм, совершил изгнание торгующих.
Тут нельзя видеть серьезного противоречия. Апостолы в изложении событий не всегда придерживались точного хронологического порядка; для них часто важнее представлялась логическая связь событий. Некоторые же допускают, что было двойное очищение храма от торгующих: в самый день входа Господня во Иерусалим и вторично – на другой день.
Три года тому назад, когда Господь пришел в Иерусалим на первую после Своего крещения Пасху, Он застал дворы и притворы храма обращенными в торговую площадь и изгнал всех торгующих. В следующем году Господь опять пришел в Иерусалим на Пасху, но торговли в храме, по-видимому, не застал. На третью Пасху Своего служения Господь совсем не был в Иерусалиме. Когда же приближалась четвертая Пасха, то иудеи были озабочены, придет ли Иисус на праздник. Зная, что начальство уже вынесло Ему смертный приговор, и думая, что Он не решится идти в Иерусалим на явную смерть, торговцы, с разрешения первосвященников, опять нагнали в притворы и во двор храма стада животных, расставили палатки с разными товарами, поставили столы с разменными кассами, скамьи с голубями, которых разводили для продажи сами первосвященники, и начали торговать.
Приход Господа в храм явился для них неожиданностью. После того как народ торжественно приветствовал Его криками «осанна», никто не решился противодействовать Ему, когда Он, как и в первый год Своего служения, начал выгонять всех продающих и покупающих в храме, и опрокинул столы меновщиков и скамьи продающих голубей (Мф. 21, 12). Святой Марк к этому добавляет еще, что Господь не позволял, чтобы кто пронес через храм какую-либо вещь (Мк. 11, 16), то есть посторонние предметы, не имеющие отношения к совершаемому в храме богослужению.
Очевидно, величие и могущество Божества просияли в этот момент на лице Господа, так что никто не смел оказать Ему противодействия и все невольно повиновались Ему. Первосвященники, очевидно, тоже не смели ничего предпринять против Господа, видя, как народ неотступно слушал Его (Лк. 19, 48) и удивлялся учению Его (Мк. 11, 18).
Великий Понедельник
Проклятие бесплодной смоковницы
(Мф. 21, 18–19; Мк. 11, 12–14)
Два евангелиста, святые Матфей и Марк, рассказывают, что после торжественного входа в Иерусалим Господь провел со Своими учениками ночь в Вифании. Утром же на другой день, идя опять в Иерусалим, по дороге увидел смоковницу и пожелал вкусить от нее плодов, но ничего не нашел на ней, хотя она и одета была листьями, и сказал: Да не будет же впредь от тебя плода вовек (Мф. 21, 19; см. Мк. 11, 14). И смоковница тотчас засохла (Мф. 21, 19), чему чрезвычайно поразились ученики.
Евангелисты говорят, что Господь взалкал (Мф. 21, 18; Мк. 11, 12) и потому искал плодов. Это не должно удивлять, ибо Господь Иисус Христос по Своей человеческой природе был подвержен всем немощам человеческого естества и во всем был подобен нам, кроме греха. Ведь Он был не только Бог, но Богочеловек. Характерно, что для удовлетворения Своих человеческих потребностей Он никогда не пользовался Своим Божественным всемогуществом и силой, а прибегал в таких случаях к обычным человеческим средствам, отвергнув раз навсегда первое диавольское искушение о претворении камней в хлебы.
Святой Марк замечает при этом, что на смоковнице не было плодов, потому что еще не время было собирания смокв (Мк. 11, 13). За что же тогда смоковница подверглась проклятию? За то, что она видом своим обманывала, вводила в заблуждение. На смоковнице листья являются обычно после плодов, а эта смоковница своим зеленеющим видом обещала плоды проходящим по дороге путникам, в то время как в действительности на ней ничего, кроме одних листьев, не было.
По учению Церкви, смоковница эта была символом представителей и руководителей иудейской Ветхозаветной Церкви – первосвященников, книжников и фарисеев, которые имели только внешний вид исполнителей Закона Божия, а действительных плодов веры не приносили. Господь обрек их на иссушение в наказание за их лицемерие и предрек, как мы увидим дальше, что отнимется от них Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его (Мф. 21, 43).
Желание эллинов видеть Иисуса Христа и беседа Господа по этому поводу
(Ин. 12, 20–50)
После торжественного входа Господа в Иерусалим, вероятно, на другой же день, к апостолу Филиппу подошли эллины и просили его, говоря: господин! нам хочется видеть Иисуса (Ин. 12, 21). Еллины (Ин. 12, 20) значит, собственно, «греки», но так называли в Иудее всех вообще язычников. По-видимому, это были так называемые прозелиты, то есть обращенные в иудейскую веру язычники. Филипп передал эту просьбу Андрею.
Характерно, что Филипп и Андрей были единственными учениками Господа, которые носили греческие имена. В Десятиградии жило немало греков, а так как Филипп был родом из Вифсаиды Галилейской, то возможно, что к нему обратились именно греки, которые знали его. Обращение господин показывает, что эти эллины с особым почтением отнеслись к ученику столь знаменитого Учителя.
Слова нам хочется видеть Иисуса указывают не на простое любопытство, ибо видеть Его мог каждый, когда Он ходил по двору храма и учил. Очевидно, эти эллины искали большей близости к Господу, хотели говорить с Ним. Епископ Михаил высказывает предположение, что они хотели предложить Ему идти с проповедью в их страну, зная о злобе к Нему книжников и фарисеев, как это сделал, по преданию, эдесский царь Авгарь. Во всяком случае, в этом выразилось стремление язычников приобщиться к открывающемуся Царству Христову.
Это было первым предвестником обращения ко Христу всего языческого мира, как результат Его крестных страданий – искупительной жертвы за грехи всего человечества. Вот почему это обращение эллинов заставило Господа погрузиться мыслью в предстоящие Ему страдания и глубокую идею креста Своего. Этим и объясняется то, что из уст Его излилась вдохновенная речь, которую приводит нам только один евангелист Иоанн.
Пришел час прославиться Сыну Человеческому (Ин. 12, 23). Какой это час? По отношению к Самому Христу это – час Его крестных страданий, смерти и Воскресения; по отношению к князю мира сего, диаволу, – час его изгнания; по отношению к людям – час их привлечения ко Христу, вознесенному на крест. Господь называет себя здесь Сыном Человеческим, указывая тем, что Ему придется понести страдания и смерть как человеку для того, чтобы войти в славу Свою как Богочеловеку и через это привлечь к Себе все человечество.