В ответ на это исповедание Господь сказал, однако, что не все двенадцать так веруют, что один из них – диавол, не в собственном смысле, а как враг Христа и Его дела. Этим Господь сделал предостережение самому Иуде, зная, как Сердцевидец, что тот замышлял предать Его.
На праздник Пасхи Господь не пошел в этот раз в Иерусалим, так как Иудеи искали убить Его (Ин. 7, 1), а между тем час крестных страданий Его еще не наступил.
Третья Пасха общественного служения Господа Иисуса Христа
Обличение фарисейских преданий
(Мф. 15, 1–20; Мк. 7, 1–23)
На третьей Пасхе Господь Иисус Христос в Иерусалиме не был, но иерусалимские фарисеи никогда не оставляли своего наблюдения за Ним и поэтому, не найдя Его в Иерусалиме, пришли в Галилею. Встретив здесь Его вместе с учениками, они возобновили прежнее осуждение Его учеников за несоблюдение преданий старцев. Поводом к этому было то, что ученики Господа принимались за пищу, не умыв рук.
По правилам фарисейского благочестия, перед принятием пищи и после него непременно нужно было мыть руки, причем в Талмуде точно определено, какой меры воды для этого достаточно, как мыть, когда именно, в каком порядке, если число присутствующих превышает пять или не превышает его. Этим правилам приписывалась такая важность, что за несоблюдение их синедрион подвергал отлучению.
Иудеи почему-то верили, что Моисей на Синае получил два закона: один – записанный им в Книгах, а другой – незаписанный, который переходил из уст в уста от родителей к детям и после уже был записан в Талмуде. Этот закон назывался «преданием старцев», то есть древних мужей, древних раввинов. Предписания этого неписаного закона отличались большой мелочностью. Так, обычай умовения рук, внушенный в начале чистоплотностью, сам по себе полезный, стал предрассудком, который наряду с другими, подобными же, заслоняя собой гораздо более важное в требованиях закона Божия, становился пустым и вредным.
Так, ученики вместе со своим Божественным Учителем трудились для великого дела созидания Царствия Божия на земле и не имели иногда времени и хлеба есть (Мк. 3, 20), а фарисеи требовали от них строгого соблюдения всех этих мелочных преданий.
На обвинение фарисеев Господь и Сам отвечает обвинением: Зачем и вы преступаете заповедь Божию ради предания вашего? (Мф. 15, 3), «показывая, – как говорит святитель Иоанн Златоуст, – что согрешающий в великих делах не должен с такой заботливостью подмечать в других маловажные поступки».
Господь указывает, что фарисеи во имя своего предания нарушают прямую и категорическую заповедь о почитании родителей. Предание это разрешало детям отказывать в материальной поддержке своим родителям, если они свое имущество объявляли «корваном», то есть посвященным Богу (см. Мк. 7, 11).
А посвятить в дар Богу можно было все: и дом, и поле, и чистых и нечистых животных. Причем сам посвящавший мог продолжать и дальше пользоваться своим имуществом, уплачивая небольшой выкуп в сокровищницу храма, но зато он считал себя свободным от всяких общественных повинностей, даже от обязанности заботиться о своих родителях, отказывая им и в необходимом для них пропитании.
Называя за это фарисеев лицемерами, Господь относит к ним пророчество Исаии19, утверждая, что они чтут Бога только наружно, а сердцем они далеки от Бога (см. Мк. 7, 6–7). Напрасно поэтому они думают таким путем угодить Богу, напрасно учат тому же и других. Обратившись затем ко всему народу, Господь в обличение фарисеев сказал: Слушайте Меня все и разумейте: ничто, входящее в человека извне, не может осквернить его; но что исходит из него, то оскверняет человека (Мк. 7, 14–15).
Фарисеи не понимали различия между чистотой нравственной и чистотой телесной и думали, что пища нечистая или только взятая нечистыми руками производит нечистоту нравственную, делая человека нечистым, виновным в очах Божиих. Обличая несправедливость этой мысли, Господь указывает, что нравственно нечистым делает человека только то, что исходит из нечистого сердца.
Совершенно неосновательно сектанты и все противники соблюдения постов считают, что эти слова Господа направлены против необходимости соблюдать посты, установленные Церковью. Входящее в уста оскверняет человека, конечно, само по себе, но только в том случае, если не соединяется с непокорностью и другими греховными расположениями сердца.
Постимся мы не потому, что боимся оскверниться скоромной пищей, а ради того, чтобы легче было бороться со своими греховными страстями, побороть свою чувственность, приучить себя отсекать свою волю через послушание установлениям Церкви. Признавая, например, пьянство злом, мы ведь не утверждаем, что пьянство зло потому, что питие вина оскверняет человека.
Фарисеи соблазнились тем, что Господь ни во что вменяет предание старцев и далее, по-видимому, самый закон Моисеев, установивший строгое различие между разными родами пищи. Господь успокоил Своих учеников, сказав им, что фарисеи – слепые вожди слепых (Мф. 15, 14), и поэтому не нужно следовать измышленному ими учению; что всякое подобное учение, как не происходящее от Бога, искоренится (см. Мф. 15, 13).
Далее Господь разъясняет апостолам, что пища, входящая в уста, минует душу человека и извергается вон, не оставляя следа греха в его душе, но грехи, исходящие изнутри человека, из уст его и из сердца, оскверняют его (см. Мф. 15, 16–20).
Исцеление дочери хананеянки
(Мф. 15, 21–28 и Мк. 7, 24–30)
Выйдя из Галилеи, Господь удалился в страны Тирские и Сидонские (Мф. 15, 21), то есть в языческую страну Финикию, на северо-запад от Галилеи, с главными городами Тиром и Си-доном, находившимися неподалеку один от другого. Так как, по словам евангелиста Марка, Господь, придя в эти страны, не хотел, чтобы кто узнал (Мк. 7, 24), можно предположить, что целью отшествия Господа в среду иноверного и иноплеменного населения было временное уединение, отдохновение от постоянно сопровождавшей его в Галилее несметной толпы, а может быть, и от непримиримой злобы фарисеев.
Но не мог, однако, утаиться. Ибо услышала о Нем некая женщина (Мк. 7, 24–25), которую святой Матфей называет хананеянкой (см. Мф. 15, 22), а святой Марк – сирофиникиянкой (см. Мк. 7, 26). У этой женщины, которую святой Марк называет также язычницей по вере20, дочь была одержима нечистым духом, и она начала просить Господа, чтобы Он изгнал беса из ее дочери. Причем, зная от иудеев о грядущем Мессии, она называла Господа Сыном Да-видовым, исповедуя этим свою веру в Его мессианское достоинство.
Испытывая ее веру, Господь не отвечал ей ни слова (Мф. 15, 23), так что даже ученики Его стали просить Господа за нее, указывая на неотступность ее и настойчивость ее мольбы. Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева (Мф. 15, 24), ибо евреи были избранным народом Божиим, им был обещан Божественный Искупитель, и именно к ним Он и должен был в первую очередь прийти, их спасать и среди них чудотворить. Быть может, Господь говорил это, применяясь к образу воззрений иудеев на язычников, желая обнаружить всю силу веры этой язычницы перед Своими апостолами, в назидание им.
Постепенно приближаясь все ближе и ближе ко Иисусу, хананеянка, по словам святого Марка, наконец припала к ногам Его, умоляя, чтобы Он изгнал беса из ее дочери. Зная, конечно, силу ее веры и продолжая ее испытывать, Господь отказывает ей в словах, которые могли бы показаться крайне жестокими, если бы не были произнесены исполненным любви к страждущему человечеству Господом: Нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам (Мф. 15, 26). Смысл этих слов таков: «Я не затем удалился из пределов избранного народа Божия, этих сынов Царствия (см. Мф. 8, 12), отняв у них Свою благодетельную чудотворную силу, чтобы расточать ее в стране языческой».
Конечно, и эти слова были произнесены Господом только для того, чтобы обнаружить перед всеми силу веры этой женщины и воочию показать, что и язычники, поскольку они веруют, достойны милостей Божиих вопреки тому презрению, которое питали к ним иудеи. И хананеянка действительно показала всю высоту своей веры и вместе с тем необычайную глубину смирения, приняв это обидное наименование пса и даже найдя в нем повод к усиленному продолжению своей мольбы: Так, Господи! но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их (Мф. 15, 27).
Эта величайшая вера и глубочайшее смирение были тотчас же вознаграждены. О, женщина! велика вера твоя, – сказал ей Господь, – да будет тебе по желанию твоему (Мф. 15, 28). И дочь ее в тот час мгновенно исцелилась.
Особенность этого чуда в том, что оно совершено издали, заочно, как исцеление слуги капернаумского сотника (см. Мф. 8, 13) – тоже язычника, вера которого также удостоилась особенной похвалы Господа.
Исцеление глухого косноязычного и многих больных
(Мк. 7, 31–37; Мф. 15, 29–31)
Из Финикии Господь через пределы Десятиградия пришел к Галилейскому озеру. Эта страна, представлявшая собою союз десяти городов, лежала почти вся, кроме города Скифополя, к востоку от Галилейского озера. Со времени ассирийского плена евреев она была населена по преимуществу язычниками. Здесь, еще по пути, Господь исцелил глухого косноязычного. Об этом чуде повествует один только евангелист Марк.
Обычно Господь исцелял одним Своим словом, а тут Он отвел больного в сторону, по-видимому, для того, чтобы отклонить праздное любопытство полуязыческой толпы, вложил в уши больного Свои пальцы и, плюнув, коснулся его языка, вероятно, для того, чтобы этими действиями возбудить веру больного – необходимое условие исцеления, ибо говорить с ним, как с глухим, не было возможности. Затем, воззрев на небо, Господь молитвенно воздохнул для того, чтобы окружающим было ясно, что Он совершает исцеление силой Божией, а отнюдь не силой бесовской (такую клевету распускали о Нем всюду фарисеи), и исцелил больного, произнеся властно по-сирийски «еффафиа», что значит «отверзись».
Окружающим, как обычно, Он запретил разглашать о чуде, может быть, для того, чтобы избегнуть излишнего возбуждения толпы и преждевременно не вооружать еще больше против Себя фарисеев. Но они, удивляясь чуду, сколько Он ни запрещал им, еще больше разглашали.
Пройдя Десятиградие, Господь, по словам святого Матфея, подошел к Галилейскому озеру, вероятно, с востока или северо-востока. Здесь, как и всегда, толпы народа следовали за Ним, толпы встречали Его, и где бы Он ни остановился, вокруг Него сейчас же собиралось множество народа.
[19] И сказал Господь: так как этот народ приближается ко Мне устами своими, и языком своим чтит Меня, сердце же его далеко отстоит от Меня, и благоговение их предо Мною есть изучение заповедей человеческих (Ис. 29, 13).
[20] По-церковнославянски: Жена же бе еллинска (Мк. 7, 26). Эллинами в Священном Писании называются все неиудеи (см., например, 1 Кор. 1, 22).