И кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня (Мф. 10, 38). Образ взят от римского обычая, по котором осужденные на распятие сами должны были нести свой крест до места казни. Это значит, что мы, сделавшись учениками Христовыми, должны во имя Его переносить всякие испытания и страдания, даже самые тяжкие и унизительные, если и такие угодно будет Богу послать нам.
Сберегший душу свою потеряет ее; а потерявший душу свою ради Меня сбережет ее (Мф. 10, 39). Кто блага земной жизни предпочитает благам Царства Небесного, кто жертвует будущими благами ради благ земных, кто идет даже на отречение от Христа, чтобы только сберечь свою земную жизнь, тот погубит свою душу для жизни вечной. А кто жертвует ради Христа всем, вплоть до самой жизни своей, тот сбережет свою душу для жизни вечной.
Наставляя и утешая апостолов, Господь Иисус Христос упомянул и о той награде, которая ожидает всех, которые примут их во имя Его: Кто принимает вас, принимает Меня, а кто принимает Меня, принимает Пославшего Меня (Мф. 10, 40). Дальнейшие слова значат, что кто примет апостолов как пророков или как праведников, тот получит награду, которую получат пророк или праведник. Даже кто напоит учеников Христовых, томимых жаждой, хотя бы чашей холодной воды, и тот не останется без награды.
Окончив наставления двенадцати апостолам, Иисус пошел проповедовать по городам Галилеи, а апостолы, разделившись по два, пошли по селениям и проповедывали покаяние; изгоняли многих бесов и многих больных мазали маслом и исцеляли (Мк. 6, 12–13). Из ответа их на вопрос Господа, заданный им уже на Тайной Вечери (см. Лк. 22, 35), видно, что они во время этой проповеди своей не имели нужды ни в чем необходимом.
По-видимому, они все вновь собрались к Господу, когда Он узнал о смерти Иоанна Крестителя.
Усекновение главы Иоанна Крестителя
(Мф. 14, 1–12; Мк. 6, 14–29; Лк. 9, 7–9)
Поводом к повествованию об этом событии послужило то, что четвертовластник Ирод Антипа возымел об Иисусе Христе такое мнение, будто это – Иоанн Креститель, восставший из мертвых. Как поясняет евангелист Лука, не передающий нам всего этого повествования, мысль эта в первый раз возникла не у Ирода, и он потом только, под впечатлением окружающих разговоров, склонился к ней (см. Лк. 9, 7–9).
У евреев не было в обычае праздновать день своего рождения, но, подражая восточным царям, Ирод сделал однажды по случаю своего рождения большой пир вельможам, тысяченачальникам и старейшинам галилейским. По обычаям Востока, женщины не смели присутствовать на пиршествах мужчин. Во время подобных пиров дозволялось плясать только рабыням. Но Саломия, достойная дочь своей развратной матери Иродиады, с которой незаконно сожительствовал Ирод, обличаемый за это Иоанном Крестителем, пренебрегая обычаями, вошла к пирующим в легкой одежде танцовщицы и начала плясать.
Своей сладострастной пляской она так воспламенила уже опьяненного вином Ирода, что он с клятвой обещал дать ей все, что она попросит. Саломия вышла и спросила у своей матери, не участвующей в пиршестве, чего просить. Та ни минуты не поколебалась с ответом: самым драгоценным для нее подарком была бы смерть ненавистного ей обличителя ее преступной связи – Иоанна Крестителя. И она ответила: Головы Иоанна Крестителя (Мк. 6, 24). Но, боясь, что обещание Ирода казнить Иоанна не будет исполнено, так как Ирод, с одной стороны, боялся народа, а с другой – сам уважал Иоанна как «мужа праведнаго и святаго», и даже многое делал, слушаясь его, и с удовольствием слушал его (Мк. 6, 20), она внушила дочери, чтобы та потребовала немедленной смерти пророка, и даже дала ей блюдо, на котором должны были принести ей голову убитого.
Та в точности исполнила это желание матери: пошла с поспешностью опять к пирующим и, обращаясь к царю, сказала: Хочу, чтобы ты дал мне теперь же на блюде голову Иоанна Крестителя (Мк. 6, 25; см. Мф. 14, 9). Оба евангелиста свидетельствуют, что царь опечалился этим требованием (Мк. 6, 26), не желая, следовательно, казнить Иоанна. Но, не желая нарушить и клятвы из самолюбия и ложного стыда перед гостями, послал спекулатора, то есть своего телохранителя-оруженосца, который отсек Иоанну голову и принес ее на блюде царю.
Надо полагать, что пир этот происходил не в Тивериаде, обычной резиденции Ирода, а в его заиорданской резиденции Юлии, откуда недалеко было до крепости Махера, в которой содержался Иоанн, а может быть, пир происходил и в самой крепости. Предание гласит, что Иродиада долго издевалась над головой Иоанна, колола иглой его язык, обличавший ее в распутстве, и затем велела выбросить его тело в один из окружающих Махеру оврагов.
Ученики Иоанновы взяли его обезглавленное тело и, как свидетельствует святой Марк, положили его во гробе (Мк. 6, 29). По преданию, это была пещера, в которой были погребены пророки Авдий и Елисей, близ города Севасты, построенного на месте прежней Самарии.
Печальное событие усекновения главы Иоанна Крестителя Святая Церковь празднует ежегодно 29 августа, установив в этот день строгий пост. Ирод понес достойное возмездие: на войне он потерпел полное поражение, а отправившись в Рим, был лишен всех преимуществ и имения и заточен в Галлию, где погиб вместе с нечестивой Иродиадой в темнице. Саломия же вышла однажды зимой на реку, лед подломился под ее ногами, она погрузилась в воду до самой головы, которая была оттерта льдинами.
Совершив погребение своего учителя, ученики Иоанна возвестили о происшедшем Господу Иисусу Христу, ища, вероятно, с одной стороны, утешения в постигшей их скорби, а с другой стороны, желая предупредить Господа о возможной и для Него опасности пострадать от Ирода, в области которого Он проповедовал. Евангелист Марк передает, что в это же время и апостолы собрались… к Иисусу и рассказали Ему все, и что сделали, и чему научили (Мк. 6, 30).
Услышав о насильственной смерти Крестителя, Господь удалился, как это видно из сопоставления свидетельств всех первых трех евангелистов, в пустынное место со Своими апостолами. По-видимому, при получении этого известия Он находился где-то близ Геннисаретского озера, ибо удалился на лодке. Пустынное место это, то есть место малообитаемое, находилось, по свидетельству святого Луки, близ города Вифсаиды (см. Лк. 9, 10). Святой Лука добавляет, что Ирод под влиянием разговоров, что Иисус Христос – это Иоанн, воскресший из мертвых, искал увидеть Его (Лк. 9, 9).
Чудесное насыщение пяти тысяч пятью хлебами
(Мф. 14, 14–21; Мк. 6, 32–44; Лк. 9, 10–17; Ин. 6, 1–15)
Об этом чудесном событии рассказывают все четыре евангелиста, причем евангелист Иоанн указывает на это событие как на повод для Господа раскрыть перед иудеями Свое учение о хлебе небесном и о таинстве причащения Тела и Крови Его, причем дает и важное хронологическое указание, что все это произошло, когда приближалась… Пасха, праздник Иудейский – третья Пасха служения Христова (Ин. 6, 4).
По получении известия о смерти Иоанна Крестителя Господь Иисус Христос удалился из Галилеи вместе с только что возвратившимися из своего проповеднического путешествия апостолами на лодке на восточную сторону Тивериадского озера, в пустынное место близ города Вифсаиды. Так как одна Вифсаида находилась на западном берегу около Капернаума, то здесь, надо полагать, имеется в виду другая, находившаяся к востоку от впадения Иордана в Геннисаретское озеро и называвшаяся Вифсаида-Юлия.
По рассказу евангелиста Марка, народ увидел, как они туда отправлялись, и бежали туда пешие из всех городов, и предупредили их, и собрались там в пустынном месте к Иисусу Христу (Мк. 6, 33). Увидев множество народа, Господь сжалился над ними, потому что они были, как овцы, не имеющие пастыря; и начал учить их много (Мк. 6, 34), говорить им о Царствии Божием (Лк. 9, 11) и исцелил больных их (Мф. 14, 14).
Спустя некоторое время Он, согласно повествованию святого Иоанна, взошел на гору, там сидел с учениками Своими и увидел, что множество народа идет к Нему. День же начал склоняться к вечеру. Тогда все апостолы, приступив к Нему, стали говорить: Место здесь пустынное, а времени уже много, – отпусти их, чтобы они пошли в окрестные деревни и селения и купили себе хлеба, ибо им нечего есть (Мк. 6, 35–36).
Но Господь не восхотел отослать от Себя народ и сказал ученикам: Вы дайте им есть (Мк. 6, 37). Испытывая веру апостола Филиппа, Господь спросил его: Где нам купить хлебов, чтобы их накормить? (Ин. 6, 5), на что Филипп отвечал: Им на двести динариев не довольно будет хлеба, чтобы каждому из них досталось хотя понемногу (Ин. 6, 7). Подобное говорили и прочие ученики (см. Мк. 6, 37).
Тогда Господь говорит им: Сколько у вас хлебов? пойдите, посмотрите (Мк. 6, 38). Они узнали, и Андрей сказал Ему: Здесь есть у одного мальчика (вероятно, торговца съестными припасами, сопровождавшего всю эту толпу) пять хлебов ячменных и две рыбки; но что это для такого множества? (Ин. 6, 9). Тогда Иисус сказал: Принесите их Мне сюда (Мф. 14, 18), велите народу возлечь (Ин. 6, 10). И повелел посадить народ отделениями по пятидесяти.
И народ сел на зеленой траве по сто человек в одном направлении и по пятьдесят в другом, поперечном первому (см. Мк. 6, 39–40), чтобы таким образом сосчитать всех. Оказалось около пяти тысяч кроме женщин и детей.
Господь взял пять хлебов и две рыбы и, воззрев на небо (Лк. 9, 16) и воздав благодарение (Ин. 6, 11), благословил их (Лк. 9, 16), преломил и дал ученикам, чтобы раздать народу (Ин. 6, 16); также и две рыбы разделил на всех (Мк. 6, 41), сколько кто хотел (Ин. 6, 11). И ели все и насытились (Мф. 14, 20; Мк. 6, 42). Когда насытились, то Господь велел ученикам собрать оставшиеся куски, чтобы ничто не пропало. Кусков хлеба и рыбы было собрано двенадцать полных коробов.
Тогда люди, видевшие чудо, сотворенное Иисусом, сказали: это истинно Тот Пророк, Которому должно придти в мир. Иисус же, узнав, что хотят придти, нечаянно взять его и сделать царем, опять удалился на гору один (Ин. 6, 14–15). Вероятно, народ хотел воспользоваться скорым наступлением праздника Пасхи, чтобы, увлекши с собой Христа в Иерусалим, там и провозгласить Его всенародно царем. Но Господь, конечно, не хотел потакать этим ложным представлениям о Мессии как о земном царе. Он повелел ученикам отправиться вперед на западную сторону озера, а Сам, успокоив взволнованный чудом народ, отпустил его и взошел на гору помолиться (Мф. 14, 23).
Хождение Господа по водам и исцеление многих больных
(Мф. 14, 22–36; Мк. 6, 45–56; Ин. 6, 16–21)
Понуждаемые Господом отправиться на западную сторону Геннисаретского озера, ученики вошли в лодку и отплыли. Наступила тьма (см. Ин. 6, 17), дул противный ветер, лодка была посреди озера, ее било волнами (Мф. 14, 24), а Господа не было с ними. Он остался один на земле, но увидел их бедствие (см. Мк. 6, 48). Они были на расстоянии двадцати пяти или тридцати стадий от восточного берега (см. Ин. 6, 19).
Было время около четвертой стражи, то есть уже около утреннего рассвета. И вдруг они увидели Иисуса, идущего по направлению к ним по морю, но, однако, как будто желающего миновать их (см. Мк. 6, 48). Увидев Его идущим по воде, они подумали, что это призрак, и от страха закричали, но Господь успокоил их словами: Ободритесь; это Я, не бойтесь (Мф. 14, 27; Мк. 6, 50).
Обладавший пылким темпераментом, апостол Петр возгорелся желанием пойти навстречу Господу и просил повеления на это, на что Господь отвечал ему: Иди (Мф. 14, 29). Петр вышел из лодки, и сила веры его совершила чудо: он пошел по воде. Но продолжавший бушевать ветер и сильные волны отвлекли внимание Петра от Иисуса, к Которому он шел. Под влиянием охватившего его страха вера его заколебалась, и он стал тонуть. Тогда в отчаянии он возопил: Господи! спаси меня (Мф. 14, 30). Господь тотчас же простер руку, чтобы поддержать его, и сказал: Маловерный! зачем ты усомнился? (Мф. 14, 31). Об этом хождении апостола Петра по воде рассказывает только один евангелист Матфей (см. Мф. 14, 28–31).
Как только они вошли в лодку, ветер мгновенно утих и лодка быстро пристала к берегу, куда плыли. Все бывшие в лодке подошли тогда, поклонились Ему и сказали: Истинно Ты Сын Божий (Мф. 14, 33).