Когда они отплыли, утомленный дневными трудами Иисус заснул на корме. Поднялась страшная буря, какие нередко бывали на окруженном горами с оврагами Геннисаретском озере, которое поэтому окрестные жители недаром называли морем. Ученики, почти все рыбаки этого озера, привыкшие бороться с его бурями, выбились из сил и в отчаянии начали будить своего Учителя: Спаси нас, погибаем (Мф. 8, 25). С одной стороны, это выражение страха за свою жизнь, но с другой – и надежды на могущество Господа.
По евангелисту Марку, ученики даже позволили себе укорить Господа: Учитель! неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем? (Мк. 4, 38).
На это и Господь упрекнул их в маловерии, а затем властными словами умолкни, перестань (Мк. 4, 39) мгновенно прекратил бурю. И ученики, и люди, вероятно, плывшие в соседних лодках, с изумлением говорили: Кто это, что и ветры и море повинуются Ему? (Мф. 8, 27).
Изгнание легиона бесов в стране Гадаринской
(Мф. 8, 28–34; Мк. 5, 1–20; Лк. 8, 26–40)
Переплыв озеро, Иисус с учениками Его прибыли в страну, лежавшую на восточном его берегу. Евангелисты Марк и Лука называют ее Гадаринской, по имени находившегося в ней города Гадары, а евангелист Матфей – Гергесинской, по имени другого города, Гергесы. Оба эти города были в числе городов Десятиградия.
На берегу их встретил бесноватый, одержимый нечистым духом. Евангелисты Марк и Лука говорят об одном бесноватом, а евангелист Матфей – о двух. Вероятно, это потому, что один бесноватый был человеком всем известным, жителем города Гадары, и находился в особенно ужасном состоянии беснования, а другой по сравнению с ним оставался едва замеченным.
Сущность беснования состоит в том, что бесы, лишая человека личного сознания и подавляя его собственный разум, распоряжаются его телом и силами его души, причиняя ему невероятные мучения его же собственными действиями. Величие и всемогущество Сына Божия, сокрытое для человеческих глаз, для нечистых духов, владевших более совершенным духовным зрением, были очевидны и приводили их в ужас и трепет.
И вот бесноватые начинают кричать, исповедуя Иисуса Сыном Божиим и умоляя Его не причинять тех нестерпимых мучений, которые причиняла им Его близость. По евангелисту Марку и Луке, самый свирепый из них на вопрос Иисуса, как его имя, отвечал: Легион (Мк. 5, 9), указывая этим на обитание в нем громадного количества нечистых духов.
Бесы просили Иисуса дозволения не идти им в бездну и не покидать страны той (Мк. 5, 10), но войти в пасшееся неподалеку при горе большое стадо свиней. Мы не настолько знаем природу злых духов, чтобы понять, почему им необходимо было обитать именно в живых существах, но характерно, что из всех живых существ они сами выбрали для своего обитания самое нечистое, самое презренное в глазах иудеев животное, лишь бы Господь не изгонял их из той страны и не лишал тем их возможности действовать в ней.
Господь разрешил им войти в свиней, и стадо, взбесившись, бросилось с крутизны в море и утонуло. Допустив это, Господь, очевидно, желал вразумить гадаринцев, которые, вопреки запрещению закона Моисеева, разводили свиней, да еще в таком громадном количестве, – по святому Марку, их было около двух тысяч (Мк. 5, 13). Вместе с тем это обстоятельство привлекло к Господу Иисусу особое внимание жителей этой страны, которые увидели известного им страшного бесноватого здоровым и сидящим у ног Иисусовых.
Но происшедшее, видимо, их не вразумило: на них напал лишь безотчетный ужас и, по всей вероятности, опасение, как бы дальнейшее пребывание у них Господа не принесло им новых убытков. Жалость к погибшим свиньям одержала у них верх над естественным, казалось бы, чувством благодарности Господу за чудесное избавление их страны от страшного бесноватого, и они просили Господа уйти от них. Каково неразумие этих людей, которые не желают иметь в своих пределах Того, Кто явился разрушить дела диавола!
Вопреки обычному запрещению Господа разглашать о совершаемых Им чудесах, на этот раз Господь, наоборот, велит исцеленному бесноватому возвратиться в свой дом и рассказать, что сотворил ему Бог (см. Мк. 5, 19). Надо полагать, это потому, что Господь не имел в этой стране тех опасений, какие у Него были в Галилее и Иудее, где были превратные представления о Мессии как о земном вожде Израиля, и Господь не хотел, чтобы Его имя связывали с политическими вожделениями иудейских патриотов, мечтавших о свержении римского владычества.
Кроме того, как по всему видно, гадаринцы отличались особенным религиозно-нравственным огрубением и одичанием, и Господь хотел пробудить их сердца через проповедь о Нем и о Его делах самого облагодетельствованного Им исцеленного бесноватого, который действительно, как передает святой Марк, начал проповедовать о Нем по всему Десятиградию (см. Мк. 5, 20) и этим подготовил эту страну к последующей апостольской проповеди и обращению ко Христу.
Исцеление кровоточивой и воскрешение дочери Иаира
(Мф. 9, 18–26; Мк. 5, 21–43; Лк. 8, 41–56)
Войдя в лодку с учениками, Господь Иисус Христос поплыл обратно и пристал к противоположному западному берегу Геннисаретского озера, где был Капернаум. Тут уже ожидали Его толпы народа, и в числе прочих один из начальников синагоги Иаир, единственная двенадцатилетняя дочь которого была при смерти. Хотя начальники синагог принадлежали к враждебной Иисусу партии (см. Ин. 7, 47–48), но этот начальник, слышавший о многих чудесах, совершенных Господом в Галилее и, может быть, бывший сам свидетелем чуда исцеления слуги капернаумского сотника, возгорелся надеждой, не исцелит ли Иисус и его дочь.
Не имея такой веры, которую похвалил Господь в сотнике, он просил Господа прийти и возложить на нее руки, чтобы она выздоровела. Видя это, народ с особенным любопытством устремился вслед за Господом к дому Иаира, и так как каждому хотелось быть ближе к Великому Чудотворцу, то все теснили Его (Мк. 5, 24).
Во время этого пути женщина, двенадцать лет страдавшая кровотечением и потерявшая надежду вылечиться, протиснулась сзади к Иисусу и незаметно прикоснулась к одежде Его. По закону Моисееву, женщина, страдавшая такой болезнью, считалась нечистой. Она должна была оставаться дома и не смела ни к кому прикасаться (см. Лев. 15, 25–28). Но эта несчастная женщина имела такую горячую веру в Господа Иисуса Христа, что решилась тайно прикоснуться к одежде Его в уверенности, что одно прикосновение даст ей желанное исцеление. И вера ее была оправдана: она тотчас выздоровела, ощутив, что иссяк у ней источник крови (Мк. 5, 29).
Евангелист Марк, подробнее всех рассказывающих об этом событии, передает, что Иисус, почувствовавший, что вышла из Него сила, спросил, обращаясь к народу: Кто прикоснулся к Моей одежде? (Мк. 5, 30). Конечно, Он знал, кто прикоснулся, но спросил это для того, чтобы обнаружить перед всеми в назидание веру этой женщины и совершившееся по вере ее чудо. Женщина, понимая, что не может утаиться, пала пред Ним и открыла перед всеми всю истину (Мк. 5, 33).
По понятиям евреев, она совершила преступление тем, что вошла в толпу народа и сделала нечистыми всех тех людей, с которыми, по необходимости, должна была соприкоснуться, а потому в страхе и трепете ожидала осуждения за свой поступок. Но Господь успокоил ее словами: Дщерь! вера твоя спасла тебя; иди в мире и будь здорова от болезни твоей (Мк. 5, 34).
В это время умерла дочь Иаира, и кто-то из его дома пришел сказать, чтобы он не утруждал Учителя. Видя отчаяние удрученного горем отца, Господь успокоил его: Не бойся, только веруй, и спасена будет (Лк. 8, 50). Придя в дом, они застали там свирельщиков, которых по восточному обычаю приглашали для оплакивания умерших. Это оплакивание, продолжавшееся восемь дней для простого умершего и месяц для лиц знатных, сопровождалось заунывной игрой на свирелях или флейтах.
Не плачьте, – сказал им Иисус, – она не умерла, но спит (Лк. 8, 52). Эти слова, конечно, нельзя понимать буквально, ибо и про Лазаря, лежавшего четыре дня во гробе и уже разлагавшегося, Господь сказал, что он уснул (Ин. 11, 11), и лишь потом сказал прямо: Лазарь умер (Ин. 11, 14). Действительная смерть девицы была так очевидна для окружающих, что они стали даже смеяться над Иисусом.
Свидетелями великого чуда воскрешения умершей могли быть только люди достойные, способные оценить эту великую тайну Божественного всемогущества, а потому Господь повелел всем выйти вон, оставив лишь трех Своих апостолов, Петра, Иакова и Иоанна, и родителей умершей. Подойдя к умершей, Господь взял ее за руку и двумя властными словами талифа куми, что значит девица… встань (Мк. 5, 41), мгновенно воскресил ее, причем тело ее настолько укрепилось, что последствия тяжкой болезни не помешали ей сразу же ходить, как вполне здоровой.
Все изумились, а Господь повелел дать воскрешенной есть, дабы убедить родителей, что перед ними настоящая дочь их, а не призрак умершей. По Своему обыкновению, Господь запретил разглашать о чуде.
Исцеление двух слепцов и немого бесноватого
(Мф. 9, 27–34)
Когда Иисус вышел из дома Иаира, за ним двинулась толпа народа, из которой двое слепцов кричали: Помилуй нас, Иисус, сын Давидов! (Мф. 9, 27). Господь продолжал идти, как бы не обращая внимания на эти крики, по-видимому, с целью испытать веру кричавших и притом называвших Его Сыном Давидовым, то есть Мессией.
Когда же пришел Он в дом, неизвестно какой, и слепцы приступили к Нему там с просьбой об исцелении, Иисус спросил их, веруют ли они, что Он может исцелить их. Получив утвердительный ответ, Господь коснулся очей их, дабы они почувствовали самый момент исцеления, и очи их отверзлись. Иисус строго запретил им, как и всегда в таких случаях, рассказывать об исцелении, но они от радости и по чувству благодарности к своему Исцелителю не могли удержаться и разгласили о Нем по всей земле той (Мф. 9, 31).
Не успели они выйти, как к Иисусу привели немого бесноватого. Сам по себе он не мог просить об исцелении, потому что демон связал ему язык. Поэтому Господь не спрашивает его о вере, как других в подобных случаях, а повелевает бесу выйти, и немому возвращается способность говорить.
Народ, удивляясь, говорил, что никогда не бывало ничего подобного среди израильского народа, а фарисеи, желая ослабить впечатление, произведенное этим чудом, говорили, что Иисус изгоняет бесов силой князя бесовского, то есть диавола.
Вторичное посещение Назарета
(Мф. 13, 53–58 и Мк. 6, 1–6)
Затем Иисус вновь пришел в отечество Свое (Мф. 13, 54), то есть в Назарет, отечество Матери Его и мнимого отца Его Иосифа и место, где Он был воспитан. Там Он учил соотечественников Своих в синагоге их, так что они изумлялись и говорили: откуда у Него такая премудрость и силы? (Мф. 13, 54). Это было не то удивление, каким удивлялись в других местах, а удивление, соединенное с презрением: Не плотников ли Он сын? (Мф. 13, 55).