Как только Иисус вышел на берег, сейчас же был окружен жителями того места. Они узнали Его, поспешили оповестить об этом во всех окрестных селениях и принесли к Нему всех больных. Вера в чудесную силу, исходившую от Него, была столь сильна, что жители того места, где Он высадился, просили лишь позволения больным прикоснуться к краю одежды Его; и которые прикасались, исцелялись (Мф. 14, 36).
Беседа о хлебе небесном – о таинстве Причащения
(Ин. 6, 22–71)
Чудесный переход Господа Иисуса Христа через Геннисаретское озеро вызвал удивление народа, евшего чудесно умноженные хлебы. Об этом повествует один евангелист Иоанн, который вслед за тем передает и замечательную беседу Господа о Себе как о Хлебе, сшедшем с небес, раскрыв в этой беседе учение о необходимости для спасения таинства причащения Тела и Крови Его.
Народ искал Господа по пустыне, зная, что Он не поехал в лодке с учениками. Найдя Его уже на другой стороне озера учащим в Капернаумской синагоге, с удивлением спрашивал Его, когда Он успел прийти сюда. Оставив этот вопрос без ответа, Господь сделал его поводом к пространной беседе о Себе как о Хлебе жизни.
Начал Он эту беседу с того, что в ответ на вышеупомянутый вопрос упрекнул иудеев за то, что они во всем, даже в следовании за Ним, остаются рабами своей чувственности. Они ищут Христа не потому, что в совершенных Им чудесах уразумели благость Божию, подающую им вечные нетленные блага, а потому, что чудом, накануне совершенным, был утолен их голод, как остальными чудесами прекращались другие страдания тела. Но никто из них не заботится об удовлетворении потребностей духа, ради чего, собственно, Христос и пришел на землю.
Вы ищете Меня… потому, что ели хлеб и насытились (Ин. 6, 26). Этот упрек Господа направлен вообще и против всех тех, кто считает христианство ценным лишь постольку, поскольку оно полезно для благоустройства временной нашей земной жизни. «Старайтесь не о пище тленной», погибающей вместе с телом, «но о пище, возводящей в жизнь вечную», то есть о такой пище, которая пребывает вечно и вам послужит к жизни вечной.
Эту пищу даст вам Сын Человеческий, – говорит дальше Господь, – ибо на Нем положил печать Свою Отец, Бог (Ин. 6, 27). Бог Отец положил Свою печать на Сыне Человеческом, удостоверяя людей в том, что это их Жизнодавец, могущий даровать им эту пищу. Под этой печатью надобно понимать те знамения и чудеса, которые творил Христос по воле Отца.
Возбуждаемые упреком, иудеи сказали Ему: Что нам делать, чтобы творить дела Божии? (Ин. 6, 28), поняв, что в словах Господа содержится требование нравственных действий с их стороны, но непонятно каких. На это Господь вместо множества дел, какие они считали необходимыми творить ради богоугождения, с точки зрения закона Моисеева, указывает им на одно только дело: Вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал (Ин. 6, 29). Это – главное богоугодное дело, без которого невозможна вообще богоугодная жизнь, ибо в нем, как в семени, содержатся все дела, благоугодные Богу.
Поняв, что Посланником Божиим Иисус называет Себя, иудеи отвечают, что для такой веры в Него, какую имели израильтяне в Бога и в Моисея, пророка Его, мало тех знамений, какие Он творит (см. Ин. 6, 30–31). Вот доказательство того, насколько ненадежна вера, основывающаяся только на чудесах: она требует все больших и больших чудес. И вот иудеи не довольствуются тем, что Господь Иисус напитал пять тысяч людей пятью хлебами, а требуют, чтобы Он показал им большее чудо, вроде, например, манны, которой Моисей питал их во время сорокалетнего странствования в пустыне.
На это Господь отвечает, что это чудо, совершенное Богом через Моисея, маловажнее того, которое теперь совершает Бог через Него – Мессию, давая им уже не призрачный хлеб, каким была манна, а истинный хлеб с небес. Этот хлеб дает жизнь миру (Ин. 6, 32–33).
Поняв слова Господа так, что Он говорит им о хлебе, хотя особенном и чудесном, но чувственном, иудеи выражают желание всегда получать от Него такой хлеб. В этом сказывается совершенно плотское направление их духа, вполне чувственное представление о Мессии.
Тогда Господь прямо и решительно раскрывает им учение о Себе как о Хлебе жизни, говоря, что этот Хлеб, сходящий с небес и дающий жизнь миру, – Он Сам, что приходящий к Нему не будет алкать, и верующийв Него не будет жаждать никогда (Ин. 6, 35). Со скорбью отмечает Господь, что иудеи не веруют в Него, но это не помешает осуществлению воли Отца Небесного через Него: все ищущие спасения через Него – «приходящие к Нему» (см. Ин. 6, 37) – станут наследниками основываемого Им Царства Мессии, все они будут воскрешены Им в последний день и сподобятся жизни вечной (см. Ин. 6, 40).
Иудеи недоумевают на это и с ропотом пересуживают между собой, как Иисус может говорить, что Он сошел с неба, когда они знают Его земное происхождение. Господь объясняет им их ропот тем, что они не находятся в числе тех избранников Божиих, которых Бог Отец Своей благодатной силой привлекает к Себе. Без этого благодатного призвания нельзя уверовать в посланного Им на землю для спасения людей Сына Его – Мессию.
Этой мыслью не уничтожается идея свободы воли у человека. «Отец привлекает тех, которые имеют способность, по их произволению, – говорит блаженный Феофилакт Болгарский, – а тех, которые сами себя сделали неспособными, не привлекает к вере. Как магнит привлекает не все, к чему приближается, а одно только железо, так и Бог ко всем приближается, но привлекает только тех, которые способны и обнаруживают некоторое сходство с Ним».
«Ропщите не на Меня, а на себя, – как бы так говорит Христос, – за то, что вы неспособны уверовать в Меня как в Мессию». Ибо все ветхозаветные книги свидетельствуют о пришествии Христа, и кто сознательно изучает их, тот не может не быть научен Богом и не принять посланного Им Мессию Христа. Научение от Бога – это не лицезрение Бога, ибо видел Бога Отца только Тот, Кто Сам от Бога, то есть Он – Христос. Научается как бы Самим Богом непосредственно тот, кто внимательно, с верой изучает Писание, ибо главный предмет Писания – Христос.
Я есмь хлеб жизни, – говорит о Себе дальше Христос (Ин. 6, 48). Хлеб жизни – хлеб живой, а не бездушный, какой была манна. Манна питала только тело, а потому те, кто ее ели, умерли. Хлеб же, сходящий с небес действительным образом, а не только видимым, как манна, таков, что ядущий его не умрет, но будет жить вовек (Ин. 6, 50–51). Этот хлеб… сшедший с небес (Ин. 6, 51), – Сам Господь Иисус Христос.
Еще более ясно и определенно говорит Господь дальше, что этот хлеб есть Плоть Его, Которую Он отдает за жизнь мира (см. Ин. 6, 51), имея в виду предстоящую Ему крестную смерть на Голгофе во искупление грехов всего человечества. Здесь, в связи с приближающимся праздником Пасхи, Господь учит о Себе как об истинном пасхальном Агнце, вземлющем на Себя грехи всего мира. Пасхальный агнец был только прообразом этого Агнца – Христа. Господь давал понять теперь Своим слушателям, что время прообразов проходит, ибо явилась Сама Истина в Его лице: вкушение пасхального агнца заменится в Новом Завете вкушением Тела Христова, принесенного в жертву за грехи всего мира.
Иудеи, правильно поняв слова Господа, пришли в недоумение и начали спорить между собой по поводу этих слов Господа: Как Он может дать нам есть Плоть Свою? (Ин. 6, 52). Очевидно, что они поняли эти слова именно буквально, а не иносказательно, как хотят понимать их современные сектанты, отрицающие причащение в качестве Таинства, подающего благодатное соединение со Христом.
И вот Христос, чтобы пресечь их спор, повторяет решительно и категорично: Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день (Ин. 6, 53–54). Здесь Господь уже во всей полноте и ясности раскрывает Свое учение о необходимости для вечного спасения причащения Его Тела и Крови.
При исходе евреев из Египта кровью закланного тогда агнца помазывались косяки и пороги жилищ еврейских в знамение спасения первенцев их от руки Ангела-истребителя (см. Исх. 12, 7–13), а при заклании агнца пасхального при храме кровью его окроплялись роги алтаря, напоминавшие косяки и пороги еврейских жилищ. На пасхальной вечери эта кровь агнца символически заменялась вином.
Так как пасхальный агнец прообразовал Христа, как и избавление евреев из Египта было прообразом искупления мира, то в словах Христовых о необходимости для вечной жизни есть Плоть Его и пить Кровь Его надо видеть замену ветхозаветного пасхального агнца плотью Христовой и символического вина при пасхальной вечери – кровью Христовой. Это – Новая Пасха, которую Господь пророчески предызображает в этой беседе.
Смысл этих слов Христовых, следовательно, тот, что кто хочет усвоить себе искупление, совершаемое Христом в крестной смерти Его, тот должен вкушать Его Плоть и пить Его Кровь. Иначе он не будет участником этого искупления, не будет иметь в себе жизни вечной, то есть пребудет в отчуждении от Бога, что есть вечная смерть.
Тело и Кровь Господа, по Его словам, есть истинная пища и истинное питие (см. Ин. 6, 55), ибо только они сообщают человеку жизнь вечную. Это потому, что они дают вкушающему и пиющему самое тесное внутреннее общение со Христом, таинственное соединение с Ним (см. Ин. 6, 56). Через это таинство падшему грехом человеку дается, таким образом, прививка новой жизни.
Как садовник, чтобы сделать дерево плодовым, прививает ему отрасль другого плодового дерева, так и Христос, желая сделать нас причастниками Божественной жизни, Сам входит телесно в оскверненное грехом тело наше и полагает начало внутреннему преображению и освящению, делая нас новой тварью. Недостаточно для спасения только веровать во Христа: надо слиться с Ним воедино, пребывать в Нем, дабы и Он пребывал в нас, а это и достигается через великое Таинство причащения Тела и Крови Его.
Эти слова Господа были, однако, столь непривычны для слуха, что на этот раз не только враги Господа, но и несколько из учеников Его соблазнились, говоря: Какие странные слова! кто может это слушать? (Ин. 6, 60). Господь прочел их мысли и чувства и сказал: Это ли соблазняет вас? Что ж, если увидите Сына Человеческого восходящего туда, где был прежде? (Ин. 6, 61–62). Здесь Господь имеет в виду то, как соблазнятся они, когда увидят Его распинаемым на кресте.
Дальше Господь поясняет, как надо правильно понимать Его слова: Дух животворит; плоть не пользует нимало. Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь (Ин. 6, 63). Это значит, что слова Христовы нужно понимать духовно, а не грубо чувственно, то есть так, как будто Он предлагает для вкушения Свою плоть, подобно мясу животных, снедаемому для утоления чувственного голода. «Мое учение, – как бы так говорит Господь, – не о мясах, не о яствах, питающих телесную жизнь, но о Божественном Духе, о благодати и о вечной жизни, которая устрояется в людях благодатными средствами».
Плоть не пользует нимало (Ин. 6, 63). Это сказал Он не о Своей плоти – отнюдь нет! – но о тех, которые Его слова понимают чувственно. «Что значит понимать чувственно? – говорит святитель Иоанн Златоуст. – Смотреть на предметы просто и не представлять ничего больше, вот что значит понимать чувственно. Но не так дóлжно судить о видимом, а надобно внутренними очами прозирать во все его тайны. Вот это значит понимать духовно»18. Плоть Христова, разобщенная с Его Духом, не могла бы животворить, но понятно, конечно, что в словах Христовых идет речь не о бездушной, безжизненной Его плоти, а о Плоти, неразлучно соединенной с Его Божественным Духом.
Но есть из вас некоторые неверующие (Ин. 6, 64). Конечно, трудно без содействия благодати Божией веровать в Божество само-уничиженное. Как видно дальше, в этих словах Господа заключается и первое Его указание на Иуду предателя.
Учение о святой Евхаристии было и будет всегда пробным камнем веры во Христа. Много есть людей, восторгающихся нравственным законом Христа, но не понимающих необходимости единения со Христом в этом великом Таинстве. Между тем без таинственного соединения со Христом, без привития Ему невозможно в жизни своей следовать и Его нравственному закону, ибо это выше естественных человеческих сил. Вот почему многие, как говорит Евангелие, после этой беседы отошли от Христа, тем более что эта беседа совершенно шла вразрез с чувственными представлениями иудеев о Мессии.
Тогда Господь, испытывая веру в Себя своих ближайших учеников – двенадцати, – спросил их, не хотят ли и они отойти от Него. Но в ответ Симон Петр от лица, конечно, всех остальных апостолов произнес великое исповедание веры в Него как Христа, Сына Бога Живого (см. Ин. 6, 69), – исповедание, которое мы всегда произносим теперь, читая молитву пред причащением: «Верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси Христос, Сын Бога Живаго».
[18] Беседы на Евангелие от Иоанна Богослова, 47.