— Вам письмо, ведрис Арцисса! — сказал он, поклонившись.
Арса вздрогнула от неожиданности, секунду помедлила, глядя на письмо расширенными глазами, потом схватила его, прочитала обратный адрес и вдруг вся покрылась румянцем.
Вар-Доспиг и Канир смотрели на нее с недоумением и растерянностью. Служка, еще раз отвесив поклон, бесшумно удалился.
— Это в самом деле тебе, дитя мое? — с нескрываемым раздражением обратился профессор к дочери.
Арса молча кивнула и дрожащими руками разрезала конверт.
— От кого это? — снова спросил Вар-Доспиг. Но ответа не получил.
Арса читала письмо, и лицо ее все больше и больше озарялось радостью. Но дочитав, она вдруг разрыдалась и, выскочив из-за стола, убежала к себе наверх.
— Что бы это значило? — профессор озадаченно посмотрел на своего ассистента.
Тот пожал плечами.
— Судя по реакции ведрис Арциссы на это письмо, я бы сказал, что оно от Рэстиса Шорднэма.
— Неужели у них это настолько серьезно?
— К сожалению, да. Серьезнее, наверное, не бывает…
— Ну ладно! — отрезал Вар-Доспиг и отшвырнул салфетку. — Этим я займусь позже. Теперь мне некогда… Пойдемте, доктор, в лабораторию и закончим сборку генератора!
До самого полудня Вар-Доспиг и Канир не выходили из подземелья. Время за работой бежало незаметно. Тревоги ассистента, увлекшегося сборкой диковинной машины, несколько улеглись. Когда последняя деталь была подогнана на место, Вар-Доспиг и Канир поднялись на лифте в кабинет, ненадолго разошлись в ванные комнаты, чтобы привести себя в порядок, а затем снова сошлись у входа в гостиную. Здесь их уже поджидал служка.
— Прибыл курьер от его святости, ведеор профессор! — доложил он, как только Вар-Доспиг появился в дверях.
— Проси! — крикнул профессор.
Не успели они сесть, в кресла, как в гостиную вошел дородный монах с пакетом в руке. Произнеся положенное приветствие, он поцеловал пакет и обеими руками поднес его Вар-Доспигу.
— От его святости великого гросса сардунского, да продлятся дни его на веки веков! Ашем табар!
— Ашем табар! — ответил Вар-Доспиг и, поспешно схватив конверт, вскрыл его, забыв предварительно поцеловать.
Монах огорченно вздохнул и отошел в сторону. Вынув из конверта письмо, профессор убедился, что его и не следовало целовать — оно было подписано не гроссом, а протером Мельгериксом.
— Надо быть внимательней, любезнейший! Это от его беспорочества протера-секретаря, а не от его святости! — наставительно сказал профессор монаху и, перекинув ногу на ногу, принялся читать послание.
В письме было лишь несколько строк:
Дочитав, профессор сложил письмо и обратился к монаху:
— Передай его беспорочеству, любезнейший, что я принял его послание к сведению и что устрою все, как нужно. Ясно?
— Ясно, ведеор профессор.
Монах поклонился и вышел. Как только шаги его затихли в холле, профессор сказал Каниру:
— Началось, дорогой доктор! Теперь будьте готовы ко всему!
— Что мне делать, ведеор профессор? — чуть внятно пролепетал Канир.
— А вот это я и хочу вам сказать. Прежде всего возьмите себя в руки и не смотрите на меня, как кролик на удава! А дальше так. Сейчас вы оденетесь в парадную форму и отправитесь в конференц-зал святейшего собрания. Доложитесь протеру Мельгериксу и скажете ему, что профессор Вар-Доспиг с прибором знаком и категорически его отвергает…
— С каким прибором, ведеор профессор?!