Муравьиный Царь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Воздух насыщен запахом бани, парфюмерной лавки, пыли. Дышать решительно нечем. Возгласы восторга сливаются с неумолчным щелканьем фотокамер и шарканьем многочисленных ног по раскаленным плитам дворцовой площади… Из стороны в сторону снуют туристы. Мелькают вперемешку белые панамы, темные очки, красные потные шеи…

В этой многолюдной сутолоке, в этой возбужденной толпе, охваченной общей страстью глазеть и ахать, заметно выделяется одинокая низкорослая фигурка пожилого, сухощавого туриста в соломенной шляпе, с кожаным чемоданом в руке. Словно вьюн стаю неуклюжих карасей, рассекает он гущу очкастых, ошалелых от жары туристов, следуя каким-то своим, строго определенным маршрутом. Наступая дамам на ноги, он не извиняется и даже не оборачивается на возгласы справедливого возмущения.

Лишь набежав по пути на служителя Гроссерии, какого-нибудь дородного монаха в желтой сутане с широким зеленым поясом, человек с чемоданом задерживается перед ним на несколько секунд и конфиденциально, вполголоса, задает ему короткий вопрос. Монах вздрагивает, быстро обшаривает незнакомца пронзительными глазами, словно стараясь запечатлеть его в памяти, но затем дает ему все же удовлетворительный ответ. Небрежно козырнув сутане одним пальцем, соломенная шляпа устремляется дальше через бесконечные многоязычные толпы.

Перед входом во дворец самого гросса сардунского человек останавливается, ставит свой чемодан на горячие каменные плиты и испытующе смотрит на двух исполинов часовых, облаченных в маскарадные воинские доспехи. Часовые не замечают любопытного пигмея. Да им и не полагается замечать — они просто живая бутафория. Их тупые остекленевшие глаза устремлены в пустоту и не выражают ничего, кроме полной покорности. По темным лицам стекают из-под меховых шапок струйки горячего пота.

Заложив руки за спину, делец в соломенной шляпе обходит со всех сторон одного часового, оглядывает его, сильно запрокинув голову, и затем направляется к другому, которого тоже внимательно оглядывает. Потом возвращается обратно к первому, по-видимому найдя его более подходящим, и, решительно отставив ножку в узконосом башмаке, кричит, словно на колокольню:

— Эгей! Привет тебе, доблестный воин! Великий гросс у себя?!

У часового чуть-чуть дрогнуло веко, но он продолжает оставаться неподвижен, глух и нем.

— Я спрашиваю, ведеор Брискаль, именуемый Неповторимым, он же сын божий, он же первосвященник гирляндский, он же гросс великий и прочая и прочая, принимает сегодня?! — сразу раздражаясь, повторяет свой вопрос пришелец и пронизывает часового холодным злым взглядом.

Однако и на сей раз он не получает никакого ответа. Проворчав что-то вроде «болваны безмозглые!», человек в шляпе подхватывает свой чемодан и смело входит во дворец гросса. Часовые не пытаются его задерживать. Очевидно, они поставлены здесь не для этого.

В огромном прохладном вестибюле, с высоким лепным потолком, пришельца тотчас же окружает целая дюжина разноцветных сутан. Они с подозрением косятся на чемодан, но в общем ведут себя сдержанно и вполне тактично. Один из них, видимо главный привратник, солидный мужчина в синем облачении, изображает на лице леденящую усмешку и обращается к соломенной шляпе с вопросом:

— Вы случайно сюда зашли, ведеор, или вы знаете, где находитесь, и имеете особую надобность? Если вы пришли с намерением, то извольте сказать, что вам угодно!

— Я Куркис Браск, глава фирмы «Куркис Браск и компания», приборостроительные заводы в Марабране. Мне нужно срочно видеть сына божьего ведеора Брискаля Неповторимого, великого гросса сардунского… По делу! — сухо, отрывисто заявляет посетитель и, сняв шляпу, принимается ею обмахиваться, словно веером.

Улыбка на лице главного привратника мгновенно меняется, теплеет, становится угодливой, почти подобострастной. Он рассыпается в слащавых любезностях. О-о, Куркис Браск! Достопочтеннейший ведеор Куркис Браск! Ну как же! Кто же в Гроссерии и во всей стране не знает Куркиса Браска, одного из крупнейших фабрикантов Юга, одного из богатейших людей благословенной Гирляндии! Для столь достойного и уважаемого мужа все двери Гроссерии открыты настежь! Здесь помнят, как ведеор Браск наполнил золотом казну его святости!.. Но, быть может, ведеор Браск будет все же столь добр и любезен и скажет про свою необыкновенную надобность?! Его святость сын божий, да продлятся дни его на веки веков, ашем табар, безмерно обременен заботами и на прием к нему попасть очень трудно!

Главный привратник вежлив до умопомрачения. Лица других монахов так и расплываются. Но Куркис Браск становится от этого лишь еще более сухим и официальным. Он довольно бесцеремонно прерывает главного привратника:

— Дело большое, ведеор монах! Всемирное предприятие во славу бога единого! Укрепление святой гирляндской общины на всех континентах, сколько их ни есть на Земле! Полный разгром еретиков и безбожников! Дело абсолютно верное! Так и доложите великому гроссу!

— Да продлятся дни его…

— Да продлятся, ашем табар! Довольно юлить! Ступайте и доложите! Куркис Браск не привык ждать!

Из жирных грудей монахов вырывается стон. На их лицах неподдельный восторг. Главный привратник начинает положительно истекать елеем:

— Ну конечно же, дорогой, достопочтеннейший ведеор Браск!.. Такое великое богоугодное дело!.. Извольте следовать за мной, ведеор Браск!..

Его беспорочество протер Мельгерикс не поднялся навстречу гостю из Марабраны. Над массивным письменным столом, стоящим в центре просторного, роскошно убранного кабинета, лишь взметнулся рукав белоснежной мантии, и узкая холеная рука царственным жестом указала на кресло…

Доклад грема-привратника не произвел должного впечатления на многоопытного и просвещенного протера. Если он все же принял гостя, то единственно потому, что уж слишком это заметная фигура среди всех провинциальных толстосумов Юга.

Но Куркис Браск, не имея ни малейшего опыта по части высочайших аудиенций, обладает зато неисчерпаемым запасом самоуверенности и нахальства. Он развязно вбегает в кабинет, ставит свой пыльный чемодан на ковер возле кресла, располагается без малейшего стеснения и, выхватив из кармана сигарету, отрывисто спрашивает:

— Курить у вас разрешается?

Протер благосклонно кивает головой и уже с настоящим интересом принимается рассматривать провинциального нахала.

Куркис Браск щелкает зажигалкой, выпускает несколько клубов душистого дыма и деловито осведомляется:

— Надеюсь, я смогу поговорить с сыном божьим, ведеором Брискалем Неповторимым, великим гроссом, да продлятся дни его до бесконечности?

В глазах Мельгерикса появилась легкая улыбка.

— Уважаемый ведеор Браск, вы находитесь в преддверии божественного престола. Однако наш гросс Брискаль Неповторимый, да продлятся дни его на веки веков, ашем табар, сейчас занят. Но я льщу себя надеждой, что вы найдете мой сан достаточно высоким, чтобы доверить мне сущность вашего дела.

— Вы, по крайней мере, митрарх? — разочарованно щурится гость.

Это уж слишком!