Танки вел Алексеев: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Что, младший лейтенант, наверное, сам испугался, увидев вдруг фрицев в нескольких шагах? — шутливо спрашивал позже полковник Алексеев, вручая Ощепкову орден Красного Знамени. — Молодец, не растерялся, горжусь тобой, — сказал командир бригады, крепко пожимая руку младшему лейтенанту.

После упорного продолжительного боя, в течение которого немцы двенадцать часов удерживали село, Большая Камышеваха была освобождена. Не давая врагу опомниться, танкисты преградили возможные пути отхода противника из следующего опорного узла Мечебилово и совместно с 1141-м стрелковым полком разгромили немецкий гарнизон и взяли село.

…Просторная украинская хата под крышей из красной черепицы, окна со ставнями. Деревянный пол выкрашен светло-желтой масляной краской, косяки и оконные рамы — голубой. В дверных проемах белые занавески с красной узорчатой вышивкой. В одной из трех комнат сдвинуты столы, заставленные коробками телефонных аппаратов. На самом большом столе пишущая машинка «Мерседес», у стены, между окнами, большой шкаф с папками для бумаг и чайным сервизом. В углу на этажерке радиоприемник «Телефункен». Здесь был штаб немецкого батальона, а теперь — КП командира танковой бригады.

За одним из столов начальник штаба бригады Нестеров. Он докладывает о результатах боя полковнику Алексееву, который расхаживает по комнате, попыхивая трубкой.

— Уничтожено до батальона пехоты, четыре противотанковых орудия, семьдесят автомашин. В общем, товарищ полковник, «немцевбилово» получилось. Капитан Филиппов доложил, что среди пленных оказался начальник штаба, гауптман по званию. Перед тем как отправить офицера в тыл, капитан допросил его. Между прочим, гауптман заявил: «Ваши танки хорошо воюют».

— Ну, ерунда, гауптман просто с перепугу, чтобы на тот свет не отправили, стал комплименты сыпать. Пока плохо мы воюем, Степан Кузьмич.

Полковник помолчал и продолжил:

— Вот что я думаю. Впереди, километрах в тридцати от нас, Лозовая, крупная железнодорожная станция. Судя по тому, что немцы построили оборону на опорных узлах, не имея сплошного фронта, нам надо создать маневренную десантную группу с танками, чтобы она значительно раньше основных сил вышла к железнодорожной магистрали Лозовая — Харьков и перерезала ее. Да и шуму можно наделать, уничтожая отступающие немецкие части.

В десантную группу объединили взвод автоматчиков и взвод пулеметчиков, посаженных на грузовики, восемь танков и противотанковую батарею. Возглавил группу капитан Филиппов.

Полковник Алексеев внимательно следил за донесениями отряда. «Очистили такой-то населенный пункт, уничтожили столько-то немцев», — передавал по радио Филиппов.

В один из вечеров связь с десантом прервалась. Алексеев не давал покоя начальнику связи капитану Чепкову, заставляя еще и еще раз вызывать по рации Филиппова. Наконец радист Филиппова вышел в эфир. Слышимость была отличная. Когда об этом доложили Алексееву, он сам подошел к рации и попросил вызвать капитана. Выслушав рапорт о делах десанта, полковник взял в руки микрофон: «Дорогой мой Володя. Спасибо. Хорошо действуете. Обнимаю всех…»

Неугомонный командир десантного отряда, воспользовавшись благоприятным моментом, попросил Алексеева:

— Товарищ третий, разрешите погостить у «тещи» в Лозовой. Как меня поняли?

— Понял вас отлично, разрешаю. Только, Володя, не жадничай на блины. Понял?

— Все понял. Ждите завтра.

Трое суток пробыл в тылу врага десантный отряд. Утомленный, осунувшийся, с забинтованной рукой, но довольный, со счастливым блеском в карих чуть лукавых глазах, капитан Филиппов докладывал полковнику:

— Задание выполнено. В Янычевке уничтожили до двухсот солдат и офицеров. В Александровке наделали суматоху, ворвавшись на большой скорости в село. В районе села Николаевка встретили колонну пехоты с артиллерией длиной километра в четыре. Это были свежие подходившие резервы…

— Володя, а ты не преувеличиваешь? — мягко прервал капитана Алексеев.

— Нет, товарищ полковник, не преувеличиваю. Так вот… как увидел я эту колонну, ну, думаю, дади-и-м мы им жару! Вспомнил, что они у Больших Сал под Ростовом с нашей пехотой делали. Скомандовал я своим, чтоб осколочных не жалели, и давай стрелять по гадам, а потом давить. На разъезде Нижние Раздоры взорвали стрелки. В Екатериновке, что вблизи Лозовой, разогнали немцев и начали обстрел Лозовой. Отрядом уничтожено не менее семисот солдат и офицеров. Наши потери — один танк Т-60.

— Очень хорошо, Володя. Задачу выполнили блестяще. Спасибо. Пусть танкисты отдохнут. А тебе в медсанбат, руку лечить. Скажи начальнику штаба батальона, пусть готовит документы для представления к наградам.

«Заслуживает звания гвардейской»

Полковник Алексеев задумался. На столе перед ним стопка исписанных листов бумаги, схемы боев под Ростовом и Харьковом. Через несколько дней ему предстоит выступить на тактической конференции командного состава танковых бригад армии с докладом об опыте боевого использования танков. Доклад ответственный, но Василию Михайловичу было что сказать. И самое главное, наболевшее — правильное использование танковых соединений. Вопрос очень принципиальный, так как многие решают его неграмотно, от чего страдает общее дело.

Фактический материал подобрать не составило большого труда: журнал боевых действий бригады, в котором ежедневно, какой бы трудной ни была обстановка, велись записи, был под рукой. «Как отнесется армейское начальство к выводам, которые я сделаю на основе собственных наблюдений? Наверняка не всем понравится, что мнение командира танковой бригады об использовании танков идет вразрез с указаниями штаба армии, — размышлял Алексеев. — Нет, скажу все так, как думаю», — решил он. Полковник взял ручку и крупным ровным почерком неторопливо стал записывать тезисы своего выступления:

«Прежде всего, нельзя распылять танковое соединение. Целесообразнее было бы иметь танковые корпуса, объединив в них танковые бригады. А у нас танковую бригаду дробят и поротно придают полкам. Командиры же полков порой идут еще дальше и повзводно подчиняют танки батальонам. В лучшем случае танковая бригада придается дивизии. Но и командиры стрелковых дивизий нередко задачу ставят так: «Придаю танковую бригаду стрелковому полку». Неоднократно я лично убеждался, что командиры полков используют танки неграмотно.

Для выполнения серьезных задач необходимо массированное применение танков. Я понимаю, — писал он далее, — у нас мало танков, в связи с этим, возможно, мы не можем иметь в настоящее время крупных танковых соединений. Но тем не менее не следует все-таки подчинять дивизии танковую бригаду, а через штаб армии ставить ей самостоятельную задачу, используя на главном направлении.

Второе. У нас утвердилась практика, когда танки без должной артиллерийской поддержки бросают на оборону противника. В результате при подходе к переднему краю танки несут большие потери от огня вражеской противотанковой артиллерии. Очень важно улучшить взаимодействие танков с артиллерией в ходе боя».

Доклад слушали с большим интересом. Командиры, начальники штабов танковых бригад поддержали выводы и предложения полковника Алексеева. Заместитель командующего армией заверил, что протокол конференции будет представлен начальнику Главного управления бронетанковых войск.

Весной 1942 года бригада продолжала вести наступательные бои за новые опорные пункты врага: Фидлерово, Аннаниколаевку, Елизаветовку, Очеретино.

Василию Михайловичу не повезло, простудился. Ангина. Пришлось лечь в постель. В отрыве от боевых дел, оставшись наедине с собой, вспомнил семью, Пермь. «Как там они, родные, переносят тяготы войны? Нам тут тяжело, но и им нелегко». Представил жизнь жены, детей. С началом войны жена Александра Петровна пошла работать на завод, дочка заканчивает десятилетку. Сын Витя совсем еще мал, учится в начальной школе. Вспомнил последнее письмо из дому: «Ты за нас не беспокойся, у нас все хорошо…» Представил, как с продовольственными карточками ходят они в магазин. Нормы на хлеб, на крупу. А мясо, масло и сахар отпускаются в таком мизерном количестве, что ему даже как-то неловко стало за себя и своих боевых товарищей перед теми, кто остался в тылу…

Раздумья прервал Нестеров. Степан Кузьмич заходил к нему часто, по нескольку раз в день, не доверяя ни адъютанту, ни начальнику медсанслужбы. Приносил то банку малинового варенья, то крупные сочные яблоки. В последний раз, как только зашел в хату, достал из кармана бутылку водки и с серьезным видом посоветовал употребить для лечения. На этот раз Степан Кузьмич пришел сообщить, что танкисты вместе с артиллеристами отбили ожесточенную атаку немецких танков на Фидлерово, подожгли одиннадцать танков.