Голубое солнце сверкало на фоне темного неба. Ретиф наблюдал, как его дыхание белым облачком исчезает в морозном воздухе. К тротуару подкатил широкий фургон, и элянин, жестом указав на маленькую заднюю дверцу, отошел в сторону.
Ретиф с любопытством посмотрел на выкрашенный в грязно-серый цвет крытый грузовик, на борту которого эльскими буквами было написано нечто вроде «для муската», и в душе пожалел, что, изучая язык по пути на Эль, уделял мало внимания письменности. Возможно, ему еще представится случай сказать, что он готов быть переводчиком всей миссии.
Путешествие было не из приятных. Отсутствие амортизаторов заставляло грузовик подпрыгивать на каждой неровности дороги. На первом же повороте посол потерял равновесие, и Ретиф едва успел подхватить его за плечи. Спрэдли бросил на вице-консула мрачный взгляд и попытался горделиво выпрямиться, но в эту минуту фургон повернул еще раз…
Наклонившись к низкому пыльному окошку, Ретиф увидел широкую улицу, вдоль которой располагались невысокие здания. Фургон въехал в большие ворота, замедлил ход и остановился. Они вышли в грязный двор перед задней стеной неприглядного серого дома. Ярко-красный автобус подкатил сзади, и группа элян, оказавшая им столь недружелюбный прием в космопорту, вышла, весело разговаривая и смеясь. Сквозь большие стекла автобуса Ретиф разглядел красивые чехлы на креслах и бокалы, стоявшие на небольшом баре.
П’Туа махнул рукой, показывая на низенькую дверь в серой стене, и Магнан бросился вперёд, открывая ее, чтобы пропустить посла вперёд. Маленький элянин тоже кинулся к двери и, остановившись у входа, выжидательно посмотрел на Спрэдли. Глава миссии издал какой-то непонятный звук, но сдержался и, холодно улыбнувшись, сделал шаг в сторону. Эляне переглянулись, потом прошли в дом.
Ретиф, последним переступивший порог, заметил, как слуга в черной тунике снял крышку с квадратного бачка на улице и выбросил в него пластиковый поднос, заполненный объедками. На одной из сторон бачка было написано нечто вроде «для муската».
Примерно через час Ретиф вышел из отведенной ему маленькой каморки, спустился вниз по лестнице, остановился у дверей банкетного зала и закурил дорогую сигару. Прищурившись, он стал наблюдать, как слуги в черном сновали по коридору и сервировали столы, расставленные квадратом в огромной комнате со свободным пространством в центре.
Самый ближний к двери стол был застлан тяжелой вышитой парчовой скатертью, остальные, кроме одного, — белыми льняными, а последний резко выделялся среди общего великолепия голыми досками и алюминиевой посудой.
Услышав за своей спиной голоса землян, Ретиф повернулся и увидел Спрэдли в сопровождении двух дипломатов. Бросив на Ретифа неодобрительный взгляд, посол поправил крахмальный манжет рубашки и заглянул в зал.
— По всей видимости, нас опять заставят ждать, — возмущенно заявил он. — Меня с самого начала предупреждали, что эляне не идут ни на какие уступки, но я не предполагал…
— Господин посол, — сказал Ретиф. — Вы обратили внимание, что…
— Однако, — продолжал Спрэдли, гипнотизируя Ретифа взглядом, — опытный дипломат должен преодолевать трудности с гордо поднятой головой, не обращая внимания на мелкие неприятности. В результате… а, Магнан! — Он повернулся и заговорил вполголоса.
Откуда-то издалека донёсся звук гонга. Через мгновение коридор заполнился шумной толпой элян, которые спешили к накрытым столам, не обращая на дипломатическую миссию ни малейшего внимания. П’Туа подошел к Спрэдли, поднял вверх руку и прошепелявил:
— Жжждать ззздесссь…
Постепенно свободных мест за столами становилось все меньше. Два стражника в шлемах встали по обе стороны двери, оттеснив землян в сторону. В сопровождении личной охраны, звеня драгоценными украшениями на одежде, элянин — гигант с огромным зобом прошествовал в банкетный зал.
— Глава государства, — услышал Ретиф голос Магнана. — Его Великолепие Ф’Кау-Кау-Кау.
— Но я еще не успел вручить верительных грамот! — забеспокоился Спрэдли. — Мы вправе были рассчитывать на точное соблюдение протокола, хотя… — Он покачал головой.
— Сссейчассс вы лечччь на сссвой кишшшки и ползззти к ссстолу, — сказал П’Туа и указал пальцем в дальний конец комнаты.
— Кишки? — Спрэдли растерянно завертел головой.
— Мистер П’Туа имеет в виду животы, — невольно улыбаясь, пояснил Магнан. — Он говорит, что мы должны лечь и ползком добраться до наших мест, господин посол.
— Чему вы радуетесь, кретин! — взвыл Спрэдли.
Лицо Магнана вытянулось.
Спрэдли посмотрел на ордена и медали, украшавшие его грудь и свисавшие до пупа.
— Это… я…
— Оказззать почччтение богам, — сообщил переводчик.
— A-а, религия, — уныло протянул один из секретарей.
— Ну, если речь идёт о вере… — Спрэдли окинул недоверчивым взглядом натертый до блеска паркетный пол.
— Всего несколько сот футов, — утешил Магнан.
Ретиф сделал шаг вперёд.
— Его превосходительство, посол Земли, отказывается ползти, — произнёс он отчетливым громким голосом.