«Бой абсолютно неизбежен»: Историко-философские очерки о книге В.И. Ленина «Материализм и эмпириокритицизм»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В работе Богданова «Десятилетие отлучения от марксизма» содержится любопытное свидетельство: «В своей философской книге он (Ленин. – А.В.) напал на меня, как на философа. Я ответил ему не мягким разбором книги…[294] Один молодой кавказец, явившийся из России, спрашивал его, скоро ли он выступит печатно против моей книги. Ильин сказал: „Разве я обязан на все отвечать?“»

Разумеется, это совсем не означало равнодушия Ленина к вопросам философии в последующие годы[295]. Вот только один из фактов, почерпнутый из воспоминаний А.В. Луначарского. В августе – сентябре 1910 года он встретился с Лениным на Международном социалистическом конгрессе в Копенгагене. Луначарский приехал туда в качестве представителя группы «Вперед», но в течение всего конгресса работал в тесном контакте с Лениным.

«…Во время наших разговоров на всевозможные темы, – вспоминал Луначарский, – мы очень часто беседовали мирно, и Ленин проявлял всю ту исключительную обаятельность, которую он умел внести в частные товарищеские отношения. Но когда мы заговорили о моих богостроительских домыслах, то Ленин превратился в очень строгого учителя и заговорил в самом резком тоне, не стесняясь в выборе выражений.

Мне кажется, что я и теперь могу передать с большей или меньшей точностью, чтó от него тогда слышал. По крайней мере то, что врезалось в мою память:

„Самое позорное в этой вашей позиции, – говорил мне Ленин, – это то, что вы действительно воображаете, будто делаете честь марксизму, когда называете его величайшей из религий, и будто вы чем-то украшаете его, когда, не ограничиваясь этим мерзейшим понятием – религия, еще при помощи разных ухищрений притягиваете туда и позорное слово „бог“.

В то время как научный социализм есть нечто прямо противоположное всякой религии, в то время как всякий марксист является беспощадным борцом против религии, вы пытаетесь поставить социализм в одну шеренгу с религией, вы пытаетесь перебрасывать мосты через непроходимые бездны, которые отделяют материализм от всего, хотя бы слабо попахивающего поповством.

Вот это непонимание, повторяю, делает ваши ложные шаги такими отвратительными“.

Я пытался слабо защищаться и возражал: „Владимир Ильич, я думал, что социализм выигрывает от раскрытия его этической ценности, от того, что он будет представлен как полный ответ на все религиозные проблемы и, таким образом, как завершитель и разрушитель, ликвидатор всякой религии. Я думал, что так будет по крайней мере в глазах людей, которые, не будучи пролетариями, своими особыми путями ищут дороги к пролетарской истине“.

Владимир Ильич с прежней жесткостью подхватил это мое возражение.

„А на что нам симпатии людей, которые могут проникнуться к нам любовью, только если мы навяжем на себя всякое зловонное тряпье старых вреднейших предрассудков, давно уже во всех своих редакциях служащих одним из главных способов держать умы масс в слепоте?“

Я помню, Ленин тут засмеялся, но отнюдь не дружелюбно.

„Нет, – воскликнул он, – такие люди с таким богостроительством не приведут к нам крестьянского медведя. Этот медведь их не пустит назад. Вы скользите от марксизма в гнуснейшее болото, и если вы не опомнитесь и уже не станет яснее в головах от того удара, который на вас обрушила партия, то, боюсь, вы не сумеете спастись от самой неприглядной судьбы, жертвой которой делались и до вас всякие неустойчивые типы, случайно забредшие в ряды пролетарской партии и потом потерявшиеся черт знает в каком-то историческом мусоре“»[296].

Этот факт, как и ряд других, ясно свидетельствует о том, что Ленин вел упорную борьбу за Луначарского. Беспощадно критикуя «впередовцев», он считал, что партия не должна закрывать дверей для тех участников группы, которые увидели свои ошибки и возвращаются «от „Впереда“ к партии» (25, 358), радовался постепенному возвращению их в большевистские ряды. Правда, «впередовские» ошибки, особенно в сфере собственно философской, изживались Луначарским медленно. Не случайно Ленин 30 июля 1912 года в письме Каменеву предлагал подвергнуть критике в «Просвещении» статьи Луначарского о «научном мистицизме», опубликованные в газете «Киевская мысль» (см. 48, 75).

Луначарский готов был признать ненаучной свою богостроительскую терминологию, но еще и в послеоктябрьские годы утверждал, что в ошибочные термины он «вкладывал в сущности совершенно материалистические идеи»[297]. В связи с этим он счел возможным переиздать некоторые главы из книги «Религия и социализм» (под измененным заглавием)[298]. Лишь позже, в последние годы своей жизни, Луначарский пришел к безоговорочному выводу о ложности и вредности связанных с богостроительством взглядов.

Что же касается Богданова, то, когда он сделал попытку опубликовать в «Правде» статью «Идеология», написанную с позиций махизма, это вызвало крайне отрицательную реакцию со стороны Ленина (см. 23, 246 – 247; 24, 307; 48, 190 – 191, 262 – 263). В феврале 1914 года Ленин отмечал: «Марксисты убеждены, что совокупность литературной деятельности А. Богданова сводится к попыткам привить сознанию пролетариата подмалеванные идеалистические представления буржуазных философов… Его попытки „изменить“ и „подправить“ марксизм – разобраны марксистами (чуть выше в качестве оппонентов Богданова упоминались Плеханов и Ленин (Ильин). – А.В.) и признаны чуждыми духу современного рабочего движения» (24, 339).

Заслуживает внимания и то, что примерно в это же время в журнале «Современный мир» была опубликована рецензия плехановца В. Ольгина, заканчивавшаяся такими словами: «В 1909 г. В. Ильин, резко критикуя эмпириомонизм нашего автора (Богданова. – А.В.), говорил: „Мертвый философский идеализм хватает живого марксиста Богданова“. Тогда Вл. Ильин надеялся, что „живой марксист“… способен еще повернуть к диалектическому материализму, и потому он писал: „поживем – увидим, долго ли еще будет расти у Богданова китайская коса махистского идеализма“. Прошло четыре года и вот теперь можно видеть: китайская коса идеализма стала у Богданова и толще и длинней, и с этим головным украшением он прогуливается перед российским пролетариатом, „философия“ А. Богданова глубоко реакционна. Недаром А. Луначарский нашел, что она есть „прекрасная почва для расцвета религиозного сознания“»[299].

Борьба продолжалась… Но главное дело было сделано: махизм, провозглашавшийся его адептами из среды социал-демократии «пролетарской философией», потерпел фиаско.

Ленин выиграл трудный бой.

6. «Долой материализм!», «Старье воскресло!» и т.д.

Появление ленинского «Материализма и эмпириокритицизма» стимулировало дальнейшее развертывание критики махистского философского ревизионизма.

Характерен в этом отношении опыт В.Ф. Горина, о котором мы уже не раз упоминали. Около 1907 года он начал работать над изложением материалистической философии. Значительная часть его труда должна была быть по его замыслу посвящена «критике махизма и т.п. течений». В связи с этим Горин готовил критический разбор учения Богданова и особенно заинтересованно изучал богостроительские воззрения Луначарского. В письмах к брату он констатировал необходимость распространения этой работы и на других махистов. Так, 31 августа 1908 года он писал о том, что работу по философии ему придется расширить, может быть, за счет очерков о Махе, Шуппе и т.д.; затем нужно разобрать Юшкевича, Базарова, Валентинова, Бермана и «кое-кого еще из наших эмпириокритиков».

В своей работе по критике махизма Горин пользовался поддержкой и советами Ленина. «…Вл.И. (опытный литератор) находит, – писал Горин 31 августа 1908 года, – что более удобно сначала скопить несколько вещей раньше, чем начать литераторствовать…» Ленин горячо поддержал желание Горина выступить против махистов в печати. «Владимир Ильич предлагает свою моральную поддержку. И у Бельтова (Плеханова. – А.В.), видимо, склонность поощрять меня печатно (и без задней мысли напакостить противникам, а просто потому, что проповедь махизма считает величайшим скандалом). Его поддержка еще больше обозлит против меня наших. Но Вл.И. говорит, что я не должен считаться с этим…»

Материалы архива Плеханова также свидетельствуют о поддержке им антимахистских выступлений Горина. В неопубликованной записи прений на реферате Богданова об эмпириомонизме, датируемой приблизительно 1908 – 1910 годами, Плеханов отмечал: «Горин желает бороться с махистами-большевиками. Это трогательно».

В августе 1910 года в Екатеринославе под псевдонимом Н. Грабовский вышла в свет философская книга Горина «Долой материализм!». Она состоит из двух частей: I. Введение к критике эмпириокритической критики (материалистическая теория познания); II. Философия Луначарского, или эмпириокритическая критика в действии.

Раскрывая в своей книге идеалистический характер махистской ревизии философии марксизма, Горин дважды ссылается на «Материализм и эмпириокритицизм». Восторженно отзываясь о марксистском философском материализме (что и само по себе в тех условиях имело немалое значение), указывая на реакционный характер и социальный вред взглядов махистов, Горин вместе с тем при изложении диалектического материализма допустил ряд ошибок механистического характера. Материализм он трактовал как учение о «принципиальной однородности всех качеств природы», которая представляет собой ряд «степеней одного универсального качества»; диалектика, не желающая, по Горину, «видеть иной разницы между всеми качествами мира, кроме разницы количественной», играет в этом сведéнии мира к единому материальному качеству (понимаемому как энергия) служебную роль[300]. Во второй части книги Горин справедливо указывал, в частности, на идейные истоки махизма – «перепев юмизма». Он верно отмечал: «Куцей реальной политике радикальной буржуазии как раз по плечу куцая „реальная философия“ – позитивизм… Махисты, считающие себя идеологами пролетариата, оказывают против своей воли немалую услугу реакции…»[301]

Махисты недаром считали Горина принадлежащим к группе своих критиков. Так, Богданов в работе «Десятилетие отлучения от марксизма» писал: «Третьим отлучителем из большевиков явился Н. Грабовский, скромный старый марксист, которого всецело соблазнил пример В. Ильина. По образцу книги В. Ильина Грабовский написал свою, тоже довольно большую. Но философ он, если возможно, еще меньше, чем Ильин, а талантом обладает, конечно, меньшим и знаниями также. Читатель, я думаю, не слыхал об этой книге: и я на ней не буду останавливаться»[302].

Стоит упомянуть здесь и о резкой критике махистской ревизии философии марксизма, содержащейся в книге «Старье воскресло!» Льва Леонова[303]. Личность автора этой книги, к сожалению, не удалось установить. Вполне возможно, что «Лев Леонов» – псевдоним. Следует отметить, что книга написана как ответ на реферат махиста Ф.Н.[304].

«Человек, побуждаемый известными мотивами, – писал Леонов, – стремится охватить своим познанием возможно больший круг вещей и явлений окружающего его мира. На практическом поприще человек, коль скоро он начинает проводить в жизнь свое стремление, неизбежно сталкивается с одним весьма важным вопросом, а именно: возможно ли, вообще, при данных познавательных условиях точное познание или нет, т.е. исчерпываются ли данные нам в опыте вещи и явления теми воззрениями и знаниями о них, которые в данное время имеются у нас? Или, говоря иначе, не остается ли что-либо, чего мы не познаем и что не поддается нашему познанию, или, что то же, не находятся ли вещи вне нашего сознания?»[305]

При рассмотрении данного вопроса автор считает возможными два ответа. «Первый из них заключается в том, что в вещах, явлениях нашей среды не остается ничего, что не исчерпывалось бы нашим познанием, т.е. что вне сознания нет ничего. Второй же ответ гласит как раз обратное, а именно, за бортом сознания остается целый мир – мир вещей в себе. Представителями первого воззрения (ответа) в новейшей философской литературе являются так называемые эмпириокритики и эмпириомонисты, как-то Р. Авенариус, Э. Мах, А. Богданов и т.д. Представителями второго ответа – материалисты…»[306]

Несмотря на недостатки, книга Леонова написана, по-видимому, под определенным воздействием идей «Материализма и эмпириокритицизма». В ней, как и в труде Ленина, прежде всего рассматриваются идейные истоки учения Маха – Богданова. Прослеживая эволюцию махизма, автор подробно останавливается на воззрениях Беркли, представителей имманентной школы – Леклера, Шуппе, Шуберта-Зольдерна и других. Последовательно рассмотрев взгляды почитателей эмпириокритицизма, Леонов пишет: «Из всего этого ясно, что, с одной стороны, не признается существование вещей вне нашего сознания, а с другой, утверждается тождественность нашего сознания и объекта сознания, т.е. окружающего мира вещей»[307].

[294] В статье «Вера и наука» (в кн.: Падение великого фетишизма. М., 1910).

[295] См., например, письмо Ленина Н.Е. Вилонову от 7 апреля 1910 года, в котором, в частности, говорится: «Теперь в России усиленно переводят всю эту „новейшую“ философскую сволочь: Петцольдта и Ko, прагматистов и т.д. Это хорошо: когда русская публика и особенно русские рабочие посмотрят в натуре на учителей наших Богданова и Ko, – они быстро отвернутся и от учителей и от учеников» (47, 246).

[296] Литературное наследство, т. 82, с. 499 – 500.

[297] Луначарский А.В. Критические этюды (русская литература). Л., 1925, с. 4.

[298] См.: Луначарский А.В. От Спинозы до Маркса. Очерки по истории философии как миросозерцания. М., 1925. Главы из «Религии и социализма», вошедшие в эту книгу, Луначарский посчитал «непредосудительными». Позже он признал издание этих своих «старых ересей» безусловно недопустимой ошибкой (см.: Литературное наследство, т. 82, с. 500 – 501).

[299] Современный мир, 1913, № 9.

[300] См.: Грабовский Н. Долой материализм! (Критика эмпириокритической критики). Екатеринослав, 1910, с. 16, 23.

[301] Там же, с. 171.

[302] Свою книгу Горин переиздал в 1920 году. Посылая ее Ленину, Горин в письме к нему (от 1 апреля 1921 года) напоминал о себе и просил разрешить ему читать систематический курс по философии. 4 апреля Ленин обратился по этому поводу с запиской к М.Н. Покровскому (см. 52, 126; Владимир Ильич Ленин. Биографическая хроника. М., 1979, т. 10, с. 276).

[303] См.: Леонов Л. Старье воскресло! (Ответ на реферат одного махиста Ф.Н.). Тифлис, 1909.

[304] Кто такой Ф.Н., выяснить не удалось. Впервые о книге «Старье воскресло!..» было рассказано в упомянутой ранее диссертации У.Н. Бакирова.

[305] Леонов Л. Старье воскресло!.., с. 4 – 5.

[306] Леонов Л. Старье воскресло!.., с. 5.

[307] Там же, с. 11 – 12.