3. «Материализм и эмпириокритицизм» и Плеханов
Решения Большевистского центра встретили сочувственное отношение Плеханова. В статье «Нечто о выгодах „генерального межевания“» («Дневник социал-демократа», август 1909 года) он писал: «…т. Ленин и его ближайшие единомышленники в самом деле очень хорошо поступили, „отмежевавшись“ от Н. Максимовых… и прочих социал-демократических минусов… Раскол среди большевиков увеличит силы большевистской фракции»[268].
В переписке Горина содержится любопытное свидетельство об отношении Плеханова к книге Ленина: «Бельтов о ней хорошо отозвался, хотя он в ней здорово задет!»
Об этом же, в сущности, говорится и в письме М.И. Ульяновой от 11 (24) июня 1909 года из Парижа А.И. Елизаровой. Сообщая, что Плеханов вышел из редакции газеты ликвидаторов «Голос социал-демократа», она усматривает главную причину этого в его несочувствии ликвидаторству, которому эта редакция явно мирволит, и при этом добавляет: «…но повлияла немало и философская работа Ильина»[269].
В том, что Плеханов был «задет» ленинской работой, нет ничего удивительного. Особенно он был «задет», по-видимому, следующими словами Ленина: «Плеханов в своих замечаниях против махизма не столько заботился об опровержении Маха, сколько о нанесении фракционного ущерба большевизму. За это мелкое и мизерное использование коренных теоретических разногласий он уже поделом наказан – двумя книжками меньшевиков-махистов» (18, 377)[270]. Ленин имел в виду, вероятно, «Философские построения марксизма» Н. Валентинова и книгу П. Юшкевича «Материализм и критический реализм».
В работе «Материализм и эмпириокритицизм» Ленин дал развернутый анализ ряда ошибок Плеханова, под флагом критики которых махисты провозили контрабандой свое отречение от материализма. Особо остановился Ленин на игнорировании Плехановым связи махизма с определенной школой в современной физике, на его ошибке в трактовке понятия «опыт», на так называемых плехановских «иероглифах» и т.д. Однако, как писала Н.К. Крупская, «вся эта очень серьезная критика плехановских ошибок сделана в очень спокойных тонах»[271].
Хотя Плеханов, естественно, и был раздражен ленинской критикой[272], в целом он не мог не оценить положительного значения книги «Материализм и эмпириокритицизм».
Ленинская линия на «союз» с Плехановым в области философской теории вполне себя оправдала, и не только в отношении критики и разгрома махизма, но даже и в чисто политическом отношении: одним из ее результатов было усиливавшееся сближение с меньшевиками-партийцами в борьбе против ликвидаторства в 1909 – 1912 годах.
В ответ на получившие распространение в партии превратные суждения о смысле его сближения с Лениным Плеханов писал осенью 1910 года: «Кто в самом деле интересуется моей литературной деятельностью, – а я прежде всего литератор, – тот знает, что мое миросозерцание остается неизменным с тех самых пор, как я сделался марксистом в начале восьмидесятых годов прошлого века… Что же касается, в частности, моих тактических взглядов, то и они остаются неизменными с того времени, как вышли в свет главные издания группы „Освобождение труда“. Поскольку товарищи „большевики“ расходятся со мною в этих взглядах, постольку мы были и останемся противниками… Однако иное дело противник, а иное дело враг. Я не могу не быть противником большевиков в известных вопросах. Но я не имею права смотреть на них, как на врагов, уже по одному тому, что мы принадлежим к одной и той же партии. И не только принадлежим к одной и той же партии. В последнее время мы все чаще выступаем вместе на борьбу за существование этой партии. Само собою понятно, что совместное выступление во имя одного и того же практического принципа, имеющего колоссальное значение для всего сознательного пролетариата России, не может не вызывать некоторого взаимного сближения между нами»[273]. И в докладе, прочитанном в Цюрихе 20 июля 1911 года для членов РСДРП, анализируя различного рода толки о его отношениях с Лениным, Плеханов указывал: «Мои разногласия с Лениным – тактического свойства. В интересах партийного единства я очень хотел бы, чтобы они сгладились»[274].
Махисты из обеих фракций не сумели понять истинного смысла отношений Плеханова и Ленина. Так, Богданов в работе «Десятилетие отлучения от марксизма» писал: «В 1909 году он (Ленин. – А.В.) заключил союз с Плехановым, против „оппортунизма“ которого раньше ожесточенно воевал, и как залог этого союза дал свою философскую книгу. Она была, в сущности, политическим действием, и критики – я в том числе – были, может быть, неправы, прилагая к ней научно-философскую мерку. Просто надо было пожертвовать старыми друзьями, чтобы закрепить связь с новыми, а чтобы заглушить поднимавшиеся в душе сомнения, понадобилось много, очень много страниц, имен… средства самооглушения и самогипноза». Другой махист, меньшевик П. Юшкевич, в статье «На тему дня» (1909) писал: «В. Ильин – подающий в этом случае руку Плеханову – не останавливается перед весьма сильными выражениями, чтобы заклеймить тлетворную философскую деятельность своих ближайших вообще единомышленников – Богданова и Базарова»[275]. Интересы групповщины закрыли как от Богданова, так и от Юшкевича подлинный смысл ленинской поддержки Плеханова в области философии.
4. Первые отклики
В статье «Наши упразднители» Ленин писал: «Спор о том, что такое философский материализм, почему ошибочны, чем опасны и реакционны уклонения от него, всегда связан „живой реальной связью“ с „марксистским общественно-политическим течением“ – иначе это последнее было бы не марксистским, не общественно-политическим и не течением. Отрицать „реальность“ этой связи могут только ограниченные „реальные политики“ реформизма или анархизма» (20, 127 – 128). Эта связь отчетливо проявилась и в самом характере восприятия ленинского «Материализма и эмпириокритицизма» в различных слоях российского общества, хотя, надо признать, мы еще мало изучили ту конкретную реакцию, которую вызвала книга Ленина.
Прежде всего отметим, насколько изменилось после выхода «Материализма и эмпириокритицизма» мнение веховцев о русском махизме. Если в «Вехах» философию Богданова и Луначарского просто поносили, то в 1910 году в статье «Философские отклики» (раздел «Философская распря в марксизме») веховец С. Франк отзывался о ней совсем иначе: «…чрезвычайно интересна и поучительна ожесточенная философская распря среди марксистов… Не пытаясь дать здесь общую философскую оценку этой распри, я хотел бы обратить внимание на один любопытный вопрос, обсуждаемый в настоящее время в марксистской литературе. А именно, спор между „материалистами“ и „махистами“ в значительной мере сводится к спору о понятии абсолютной истины и абсолютной действительности… В этой борьбе все принципиальные преимущества на стороне махистов. Прежде всего, защищать материализм в настоящее время так трудно, – если не невозможно, – что вскрыть противоречия, неясности, нелепости в суждениях „материалистов“ есть дело крайне простое и полемически благодарное. Кроме того, большинство „махистов“ – люди серьезные, культурные и привыкшие к действительно философскому мышлению, тогда как „материалисты“ взялись за философию больше поневоле, понуждаемые необходимостью отразить ересь». И далее С. Франк утверждал, что поскольку дело идет о том, какое из двух мировоззрений более верно и основательно – материализм или эмпириокритицизм, то для «стоящих вне борющихся сторон совершенно очевидно, что материализм давно уже сражен, повергнут в прах и что даже вся эта распря есть в сущности борьба с призраком, ибо философский материализм есть мертвое тело»[276].
В этих словах Франка, вероятно, нашли свое отражение рассуждения по поводу философской работы Ленина, содержавшиеся в откликах на нее Богданова, Базарова и Юшкевича[277]. Естественно, что их реакция на нее была резко отрицательной. Еще более характерным является отмеченный в свое время И.К. Лупполом «любопытнейший переплет мыслей критиков Ленина, принадлежавших к различным философским лагерям»[278].
Среди всех откликов на труд Ленина в первую очередь обращают на себя внимание специально посвященные ему рецензии.
Уже в мае 1909 года в журнале «Возрождение» (№ 7 – 8) была напечатана рецензия А–ова (сотрудника журнала А.И. Авраамова), которого И. Луппол отнес к группе плехановцев[279]. Это – наименее критический отзыв со стороны критиков «Материализма и эмпириокритицизма».
Передав в кратких чертах и вполне грамотно содержание книги Ленина – «горячего сторонника философии диалектического материализма», рецензент отметил как «наиболее интересную» пятую ее главу и заключил свой отзыв такими словами: «Рекомендуя философский труд Вл. Ильина всякому желающему познакомиться с тем, как действительно марксистская философия, т.е. диалектический материализм, опровергает „новейший позитивизм“ русских махистов-марксистов и раскрывает его незаконную связь с исторической и экономической теориями Маркса, мы считаем своим долгом, однако, прибавить, что читатель будет сильно разочарован, если будет искать в нем новое, более глубокое трактование диалектического материализма, чем то, какое мы имеем в глубоко продуманных „философских очерках“ другого вдумчивого и серьезного „философского“ ученика Плеханова, Л. Аксельрода (Ортодокс)»[280]. Таким образом, по Авраамову, Ленин в философии – лишь один из учеников Плеханова, к тому же уступающий Ортодокс. Тем не менее рецензент пишет, что «труд Ильина может оказаться весьма полезным руководством для знакомящихся с философией марксизма»[281].
Из окружения Плеханова вышла и пространная рецензия Л.И. Аксельрод (Современный мир, 1909, № 7), хотя, по ее мнению, Ленин, по существу, не сказал в своей книге «ничего такого, что не было бы высказано раньше» «ортодоксальными марксистами» (разумеется, Плехановым и ею самой). Основное место в рецензии Аксельрод отвела критике, выделив пять «главных ошибок» Ленина: она защищает от него плехановский «иероглифизм» (от которого, кстати говоря, сам Плеханов уже несколько лет тому назад отказался[282]), отстаивает его же ошибочную, отвергнутую Лениным трактовку «опыта», критикует ленинское понимание причинности и вопроса о соотношении свободы и необходимости, наконец, особо пишет о «способе полемики» автора. Прямой, причем явной, неправдой было следующее утверждение Аксельрод: «Из русских махистов достается от Ильина больше всего П. Юшкевичу. С Богдановым, Луначарским и Базаровым он обращается куда вежливее. Это, должно быть, потому, что в области политики Ильин, подобно всем махистам-большевикам, сам принимал все свои ощущения и все свои представления за реальную действительность»[283]. В полном противоречии с этим утверждением звучали слова Аксельрод, что в своей книге Ленин «горячо и страстно защищает истину»[284].
С открыто враждебных позиций характеризовали ленинский труд М. Булгаков в «Критическом обозрении» (1909, вып. V, сентябрь) и Ив. Ил–н в «Русских ведомостях» (29 сентября 1909 г., № 222).
Так, М. Булгаков писал: «Неприятную сторону книги… представляет рассмотрение вопросов не только и не столько по существу, сколько с точки зрения, так сказать, социал-демократической благонадежности. При этом оказывается, например, реакционером партийный товарищ г. Ильина и автор единственной настоящей пролетарской философии, г. Богданов…»[285]
Сотрудник газеты «Русские ведомости» Иван Ильин (а вовсе не известный философ-гегельянец И.А. Ильин[286]) видит главный порок книги в том, что «материализм есть для автора последнее и высшее слово философии». Обижаясь за эмпириокритицизм, Ильин считает, что выводы Ленина представляют лишь «субъективный или партийный интерес»[287].
Откликнулись на «Материализм и эмпириокритицизм» и сторонники Ленина. Сразу же после выхода этого труда они попытались использовать все возможные средства для его пропаганды и тем самым для развертывания критики махизма в ленинском духе.
Так, в газете «Бакинские вести» уже 19 мая 1909 года, всего шесть дней спустя после появления в бакинской прессе извещения о поступлении «Материализма и эмпириокритицизма» в книжные магазины, была помещена (за подписью «Т–н») положительная рецензия на книгу Ленина[288]. Откликаясь одним из первых на книгу Ленина, автор писал: «Только что вышла объемистая книга Вл. Ильина, посвященная критике учения Маха и Авенариуса с их русскими учениками. Автор, обладающий солидной эрудицией в философской литературе последних двух веков, достаточно знакомый и с современным состоянием естествознания, показывает самым неопровержимым образом, что эти модные „новые“ направления в философии далеко не первой молодости являются возвратом к учениям Беркли и Юма, имея за собой, таким образом, 200-летнее прошлое. Учение Маха, Авенариуса, Петцольда и Ko есть реакция не только по отношению к научной философии и прежде всего к гносеологии Маркса – Энгельса, но даже по отношению к философии Канта, (непознаваемая) „вещь в себе“ которого совершенно отрицается этими представителями „новейшего позитивизма“, подменившими реальный, действительно существующий мир комплексом ощущений. Некоторые места у виднейшего их представителя Маха – „сплошной плагиат“ у Беркли… Наряду с убийственной, редкой по ясности изложения критикой автор развивает параллельно и взгляды диалектического материализма на разбираемые вопросы, останавливая все свое внимание на коренном вопросе, пропастью лежащем между идеализмом и материализмом, на вопросе об отношении бытия к сознанию.
Русские махисты, эмпириомонисты, эмпириосимволисты и другие, все эти гг. Богдановы, Базаровы, Юшкевичи, Берманы и Ko, по мнению Ленина, не усвоили себе даже учений Маха и Авенариуса, на которых они постоянно ссылаются якобы для подтверждения основной идеи исторического материализма и для дальнейшего его развития, и подносят читателю под видом марксизма настоящий, – выражаясь словами автора, – хлам… Хотя марксистская литература на русском языке очень богата, но появление книги Ильина нельзя не приветствовать, видя в ней прекрасное орудие против той кашицы, которой в последнее время кормят среднего русского читателя наши махисты…»
В заключение в рецензии говорилось, что книга Ленина принесет большую пользу читателю, не имеющему возможности самостоятельно разобраться в основных вопросах философии, которые в ней прекрасно изложены. По прочтении же книги ему станет значительно легче изучать как марксизм, так и махизм[289].
Почти в это же время в газете «Одесское обозрение» (5 июня 1909 года) была опубликована рецензия[290] на книгу М. Ферворна «Естествознание и миросозерцание. Проблема жизни» (М., 1909)[291]. Эта рецензия содержала отзыв и о «Материализме и эмпириокритицизме». «Критика махизма, – писал рецензент, – представляет особую ценность для России, где целая серия гг. Богдановых, Базаровых, Юшкевичей, Берманов и Ko, ушедших от исторического материализма, вносит хаос в умы читателей, давая под видом марксизма „нечто невероятно сбивчивое, путанное и реакционное“, и, выступая якобы против Плеханова, в сущности выступает против Маркса и Энгельса»[292].
Такой была первая реакция на книгу Ленина[293].
5. «Разве я обязан на все отвечать?»
После опубликования «Материализма и эмпириокритицизма», решений Совещания расширенной редакции «Пролетария», ряда статей Ленина 1909 – 1910 годов и некоторых выступлений поддерживавших его членов партии задача борьбы с махистским поветрием в рядах социал-демократов была в общем выполнена. И Ленин больше не вступает в специально-философскую печатную полемику с махистами.
Однако махисты, особенно Богданов, стремились продолжить дискуссию. Об одном из богдановских выступлений В.Ф. Горин писал брату (в начале 1910 года): «…на днях читал реферат Богданов по философии и в расклеенном печатном объявлении вызывал на бой Бельтова, Ильина и меня. Но мы решили бойкотировать реферат, т.к. он стал пускаться в демагогию». Стремясь навязать партии продолжение философской дискуссии, Богданов часто выступал с докладами на философские темы. Так, 29 сентября 1910 года в Женевском клубе социал-демократов большевиков состоялся его доклад «Итоги философской борьбы в русском марксизме». «Борьба философских мнений, начавшаяся несколько лет назад среди русских марксистов, теперь вступает в новую сферу, и пора подвести итоги ее первому очень важному этапу», – было написано Богдановым на извещении об этом докладе.
[268] Плеханов Г.В. Соч. М. – Л., 1927, т. 19, с. 23.
[269] Переписка семьи Ульяновых. 1883 – 1917, с. 206.
[270] Место, к которому относится это примечание, по существу с ним не связано. По-видимому, сохраняется не замеченная в свое время опечатка. Из контекста видно, что имеется гораздо больше оснований отнести данное примечание к расположенной чуть далее фразе: «Сравните, в заключение, отзыв о Геккеле Франца Меринга, человека не только желающего, но и умеющего быть марксистом» (18, 377).
[271] Под знаменем марксизма, 1934, № 4, с. 9; см. также: Крупская Н.К. О Ленине, с. 339.
[272] «…Мне очень жаль, – писал Плеханов в сборнике „От обороны к нападению“, – что даже противник идеализма Вл. Ильин счел нужным пройтись в своей книге „Материализм“ и т.д. против моих иероглифов: нужно же было ему ставить себя в этом случае за одну скобку с людьми, давшими самые неоспоримые и очевидные доказательства того, что порох выдуман не ими!» (Плеханов Г.В. Избранные философские произведения, т. 3, с. 243. Примечание).
[273] Исторический архив, 1956, № 6, с. 15 – 16.
[274] Исторический архив, 1956, № 6, с. 22. Правда, говоря о необходимости этого соглашения в области политики, Плеханов все же не хотел признать полной правоты Ленина и продолжал повторять неверные фразы о его якобы бланкистской политической тактике. Так, в неопубликованном письме Х. Раппопорту 15 июня 1910 года он писал: «Что значит „идти до конца“? Заключить союз с Лениным? Это было бы нашим самоубийством. Ленина мы поддержим всякий раз, когда он поступит умно. Но и только. Более тесное сближение с ним невозможно, потому что [он] ведь, в самом деле, бланкист».
[275] Вершины, 1909, кн. 1, с. 366.
[276] Русская мысль, 1910, № 4, отд. II, с. 141, 142. Сравним это с тем, что Франк писал в 1908 году: «Социализм опирается философски на нигилизм, т.е. на отрицание всяких объективных ценностей личного и космического бытия, и на вытекающий из него эпикуреизм. И вот, ввиду крушения классической формы нигилизма – материализма, явилась потребность дать ему более свежую формулировку, и эту-то задачу должен выполнить модернизированный позитивизм, представленный „эмпириокритическим“ направлением. Однако в оценке эмпириокритицизма, как пригодной основы для нигилистического социализма, точка зрения Плеханова и его школы безусловно более верна, чем упования марксистов-эмпириокритиков… „Пересмотр“ философского учения марксизма не может ограничиться тем, что из этого учения будет механически „вынут“ материализм и вместо него поставлен эмпириокритицизм… Вместе с уничтожением материализма, напротив, гибнут некоторые из крепчайших устоев марксистского социализма» (Русская мысль, 1908, кн. XII, библиогр. отд., с. 272, 273).
[277] См.: Богданов А. Вера и наука (О книге г. В. Ильина «Материализм и эмпириокритицизм»). – В его кн.: Падение великого фетишизма (Современный кризис идеологии). М., 1910; Базаров В. Вместо предисловия. – В его кн.: На два фронта. Спб., 1910; Юшкевич П. Прикажут – и стану акушером, или г. В. Ильин на страже материализма. – В его кн.: Столпы философской ортодоксии. М., 1910.
[278] Луппол И. «Материализм и эмпириокритицизм» в оценке встретившей его критики. – Под знаменем марксизма, 1927, № 1, с. 19. Здесь же дан первый в нашей литературе обстоятельный разбор первых откликов на «Материализм и эмпириокритицизм».
[279] См. там же, с. 32.
[280] Цит. по: Ленин В.И. Соч., изд. 3, т. 13. Примечания, с. 326.
[281] Там же.
[282] См. об этом: Под знаменем марксизма, 1927, № 1, с. 29 и след. Свою идею ощущений как «иероглифов», символов Плеханов выдвинул в 1899 году в полемике с К. Шмидтом. В 1905 году, в примечаниях к работе Энгельса «Людвиг Фейербах…», Плеханов отказался от этой идеи, но, переиздавая статью против К. Шмидта в сборнике «Критика наших критиков» (1906), не счел нужным внести в нее соответствующие изменения. Об этом Плеханов так и написал во втором письме из цикла «Materialismus militans» (Голос социал-демократа, 1908, № 8 – 9; см.: Плеханов Г.В. Соч. М., 1925, т. 17, с. 39).
[283] Современный мир, 1909, № 7, с. 211. Цит. по: Ленин В.И. Соч., изд. 3, т. 13, с. 332.
[284] Там же, с. 333.
[285] Критическое обозрение, 1909, сентябрь. Цит. по: Ленин В.И. Соч., изд. 3, т. 13, с. 327. Вряд ли есть основания, как это иногда делается, отождествлять этого Булгакова с С.Н. Булгаковым. Кстати, в письме Горького (июнь 1910 года) к Е.П. Пешковой упоминается Булгаков (см.: Архив А.М. Горького, т. 9, с. 94). В указателе имен приводятся его имя и отчество – Михаил Иванович – и раскрывается политическая принадлежность – эсер (там же, с. 426). В словаре псевдонимов Масанова также упоминается Мих. Ив. Булгаков как автор рецензии на книгу Ленина и указываются даты его жизни (1884 – 1910). М. Булгакову принадлежат также рецензии на кн.: Ант. Морев. Философская самокритика марксизма. Спб., 1909. – Русская мысль, 1910, апрель; Л. Фейербах. О дуализме и бессмертии. Спб., 1908. – Там же, 1909, ноябрь.
[286] Ср. Под знаменем марксизма, 1927, № 1, с. 20.
[287] Цит. по: Ленин В.И. Соч., изд. 3, т. 13, с. 328.
[288] При перепечатке ее в журнале «Вопросы истории КПСС» (1969, № 8, публикация Ш.И. Чивадзе) эта рецензия на основании соображений Н.Я. Макеева была приписана Алеше Джапаридзе. Однако в недавно изданном в Баку сборнике Избранных произведений П.А. Джапаридзе (1979), в редколлегию которого входит и Н.Я. Макеев, данная рецензия не помещена.
[289] См.: Вопросы истории КПСС, 1969, № 8, с. 113 – 114.
[290] Автором ее считается В.В. Воровский. См.: Даниленко В.Д. В.В. Воровский о книге В.И. Ленина «Материализм и эмпириокритицизм». – Вопросы философии, 1957, № 3, с. 122.
[291] Макс Ферворн – немецкий физиолог, биолог. По философским взглядам был близок к махизму.
[292] Цит. по: Вопросы философии, 1957, № 3, с. 123.
[293] Возможно, что существуют еще и другие, неизвестные нам отклики. В 1909 году в адрес газеты «Социал-демократ» писал Д.Б. Рязанов (Буквоед) с просьбой выслать ему в Лондон книгу Ленина. Он намеревался написать К. Каутскому, чтобы тот поместил ее в перечне книг, полученных «Neue Zeit», а кроме того, хотел взять на себя ее рецензирование (см.: Владимир Ильич Ленин. Биографическая хроника, т. 2, с. 481). В том же году «Материализм и эмпириокритицизм» был включен в библиографию к статье «Эмпириокритицизм» (см.: «Малый энциклопедический словарь» изд-ва Брокгауз и Ефрон, изд. 2-е, т. II, вып. IV. Спб., 1909, стлб. 2144).