Право на бессмертие: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ого, на месяц в госпиталь, — проговорил тоном знатока Андрей Семячкин, увидев большую кровоточащую рану на правом плече Семена. — Не меньше, чем на месяц в глубокий тыл.

Побледневший от потери крови Воробьев терпеливо перенес перевязку, потом виновато проговорил:

— Вот тебе и на... И повоевать не пришлось... Вы уж, ребята, простите меня.

— За что же прощать? — удивился Соснин.

Поздно ночью на разрушенном до основания полустанке эшелон остановился. В темноте началась выгрузка. Команды невольно произносились вполголоса. Все это придавало обстановке таинственность. Батальоны ушли в ночь. Полустанок опустел.

Привал устроили рано утром в лесу. Костров не жгли. Закусывали консервами и сухарями, запивали кипяченой водой из фляжек.

Матросов, взглянув на лес, удивился. Вершины деревьев были срезаны, местами торчали совершенно голые, без единого сучка стволы.

Не задерживаясь в разбитых селениях, торопливо проходя открытые места, маршевые роты километров через двадцать остановились в большом селе с кирпичной церковью на площади.

Матросов с замиранием сердца и с болью в душе присматривался ко всему, что встречал на прифронтовых дорогах: к мальчику, босиком бегавшему по снегу, к голодным людям, выходившим из землянок, к одиноко торчащим на месте деревень печным трубам, к машинам, везущим раненых... Как пострадала русская земля!

На площади перед церковью выстроились маршевые подразделения. Их встречала группа фронтовых офицеров. Новоприбывшие внимательно присматривались ко всему. Среди офицеров Матросову понравились двое: один — высокий, с черными усами, опрятно одетый, и другой — невысокий, полный, круглолицый, с орденом Красной Звезды.

Саша увидел, как невысокий офицер вышел вперед и громко, чтобы услышали сотни людей, скомандовал:

— Разведчики, два шага вперед!

Потом отбирали артиллеристов, саперов, оружейников, портных. Наконец раздалась долгожданная команда:

— Автоматчики, два шага вперед!

Эту команду подал высокий черноусый офицер. «Такой молодой, а сколько седых волос», — подумал Саша, разглядывая офицера. Матросов сделал два шага и оглянулся — в шеренге стояли все свои ребята. Особенно радостно было то, что и Николай Соснин тоже был автоматчиком.

Молодой черноусый офицер оказался лейтенантом Артюховым, под начальством которого выпало Матросову и многим другим молодым солдатам получить первое боевое крещение. Выстроив автоматчиков отдельно, Артюхов сказал им:

— Вы теперь зачислены в первую роту. Наш полк гвардейский, двести пятьдесят четвертый. Ваша задача — умножать славу своего полка. Советский автоматчик должен быть сильнее и искуснее трех немецких. Я думаю, вы оправдаете доверие Родины. Вот и все. Вопросы есть?

— Нет, все ясно, товарищ лейтенант, — дружно ответили молодые гвардейцы первой роты.

Так встретил фронт Александра Матросова, отныне ставшего гвардии рядовым Красной Армии.

Солдатская жизнь

Если бы можно было во время этого бурана подняться в воздух, то человек с самолета увидел бы полотно железной дороги, стрелой прорезавшее снежную равнину, и в километре от него небольшое село, приткнувшееся к берегу замерзшей речушки, каких много в «краю болот», на Смоленщине, в Калининской области, на Псковщине... Между тем в суровом словаре войны село это называлось «опорным пунктом немецкой обороны», а речушка «передним краем».

Командиру полка, плечистому, высокому мужчине с крупными чертами лица, подполковнику Гаркуше, естественно, не было необходимости подниматься в воздух, чтобы обозреть свой передний край. Знал он прекрасно и оборону противника. Его в данную минуту беспокоило другое: где и как ударить, чтобы наверняка пробить брешь в системе укреплений противника, а затем опрокинуть и его живую силу, сделать большое дело быстро и с малой кровью. Поэтому он и выдвинулся для наблюдения за противником в кустарник, находившийся в нейтральной полосе.

Командир дивизии, давая согласие на рекогносцировку, шутливо посоветовал подполковнику:

— Не высовывайте свои усы над кустарником. Немецкий снайпер непременно воспользуется ими как мишенью.

Вспомнив это предупреждение, Гаркуша улыбнулся: «Усы, может быть, и не стоит беречь, да головой приходится дорожить, иначе другому командиру придется руководить наступлением на Холминки».

— Бинокль! — потребовал Гаркуша.

Сержант Папазян, его верный ординарец, быстро подал бинокль.

Немало обязанностей нес Папазян: в зависимости от обстоятельств, он был шофером и поваром, связным и штабистом. Сейчас он полз за командиром полка в качестве телохранителя. Он, Папазян, садовник из Еревана, должен был неустанно заботиться о Гаркуше, инженере из Сибири, и, может быть... даже спасать ему жизнь...

Гаркуша энергично выругался: буран мешал разглядеть вражескую оборону. Крупные хлопья снега казались обрывками облаков, несущихся над заснеженной лощиной. Между порывами ветра наступил короткий перерыв. Тогда над усами, торчащими из кустов, поднялся бинокль.

— Пошли дальше, — сказал Гаркуша, возвращая бинокль ординарцу.