Настя замерла, пытаясь пролистать в памяти даты Сашкиных визитов, которые обрушивались на нее даже не как снег на голову, а как камнепад, как вулканическая лава.
Когда?..
— Точно!
Настя дернула коленками, и орешки с тарелки посыпались на пол.
Это было в последний его визит. Больше он не приходил. Потому что пропал. Искать его она отказалась. В глубине души радовалась, что он не появляется, и поэтому не искала. Вдруг Сашку она неосторожно найдет, и снова в ее жизнь все вернется: его визиты, нытье, угрозы.
Он пришел к ней после скандала, устроенного им Ильину в ресторане. Об этом скандале еще много писали СМИ, и даже кусочек транслировался по телевизору. По Интернету тоже что-то транслировалось. Она краем уха слышала, что репортаж набрал более миллиона просмотров.
Ей было неинтересно. Она не смотрела настырно. А когда Сашка исчез с радаров, попыталась найти это видео. Не нашла. Его заблокировали.
Почему она сейчас об этом вспомнила вдруг? Из-за того, что Сашку вскоре после памятного последнего визита к ней убили? Или потому, что наголо бритый смуглый оперативник Громов не дает ей покоя своими вопросами? Или потому, что она, кажется, слышала отрывок Сашкиной страшной тайны и подозревает, что именно из-за этого он мог лишиться жизни?
Так слышала она или додумала?!
— Господи, это не оставит меня в покое никогда, — проговорила со стоном Настя, опускаясь коленками на пол и подбирая рассыпавшиеся орешки. — Когда-нибудь я заживу спокойно?
Нет! Ответил ей дверной звонок заливистой трелью. Спокойная жизнь ей может только сниться.
— Кто? — громко спросила Настя, потому что в глазок не увидела ничего.
Человек, который стоял за дверью, словно прятался.
— Кто там?
— Настя, открой, это я, — наконец ответили ей, в глазке замаячила пышная шевелюра Сашиной сестры.
— Вера?
Настя щелкнула задвижкой, повернула оба ключа в замках, открыла дверь.
— Вера, что случилось?
Настя стояла на пороге, не решаясь впускать к себе сестру своего бывшего мужа. Бывшего, покойного мужа.
Они много нехорошего наговорили друг другу еще до того, как Сашу нашли мертвым. Упрекали друг друга шепотом, когда ждали приглашения на допрос перед кабинетом, в котором работал Громов. Потом продолжили еще и по телефону. Звонила ей Настя. В тот день, когда Громов ее вторично потащил к моргу, когда Вера сказалась занятой.
Брр, неприятным было то общение.
— Надо поговорить. — Вера смотрела тяжело, неприветливо. — Впустишь?
— Входи. — Настя тяжело вздохнула и распахнула дверь.
Вера разулась, прекрасно зная, что Настя не терпела, когда по дому ходили в уличной обуви. Поискала глазами гостевые тапки, которыми прежде пользовалась. Не нашла. А Настя их выбросила, вот так! И пошла босиком следом за бывшей невесткой в кухню.
— Чай будешь? — спросила Настя. — Или кофе?
— Что? — Вера рассеянно рылась в своей сумочке, подняла на нее взгляд. — Если можно, кофе. Без молока, но с сахаром.
— Хорошо.
Настя принялась заряжать кофеварку. Спросила, не поворачиваясь:
— О чем хотела поговорить?
— Громов давно тебя допрашивал?