Батильда ковыляла по комнате, зажигая свечи, но все-таки здесь было очень темно, не говоря уже о том, что безумно грязно. Под ногами скрипел толстый слой пыли, а нос Гарри различил, кроме запаха затхлости и плесени, нечто гораздо худшее, вроде протухшего мяса. Да когда же в последний раз к Батильде кто-нибудь заглядывал поинтересоваться, не нужна ли ей помощь? Она, кажется, напрочь забыла, что владеет магией, — свечи зажигала неуклюже, одной рукой, рискуя поджечь обвисшую кружевную манжету.
— Давайте я, — предложил Гарри, отбирая у нее спички.
Батильда молча смотрела, как он зажигает свечные огарки, расставленные на блюдечках по всей комнате, на шатких стопках книг и на чайных столиках среди растрескавшихся плесневелых чашек.
Последнюю свечку Гарри обнаружил на пузатом комодике, где теснились фотографии. Вспыхнул огонек, отражение заплясало в пыльных стеклах и на потускневших серебряных рамках. Изображения на снимках чуть заметно зашевелились. Пока Батильда возилась с дровами у очага, Гарри прошептал:
— Тергео!
Пыль с фотографий исчезла, и сразу стало видно, что с полдюжины самых больших и вычурных рамок пусты. Интересно, кто вынул фотографии — сама Батильда или кто-нибудь другой? Тут Гарри бросился в глаза один снимок, стоявший сзади. Он схватил фотографию.
Из рамки на Гарри смотрел, лениво улыбаясь, тот самый веселый вор с золотыми волосами, сидевший когда-то на корточках на подоконнике в мастерской Грегоровича. И тут Гарри вспомнил, где он видел это лицо, — в книге "Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора", рука об руку с молодым Дамблдором. Там же, наверное, и все остальные фотографии, Рита Скитер их прибрала.
— Миссис… мисс Бэгшот! — окликнул Гарри слегка дрожащим голосом. — Кто это?
Батильда стояла посреди комнаты и смотрела, как Гермиона разводит огонь в очаге.
— Мисс Бэгшот? — повторил Гарри, подходя к ней с фотографией.
В камине вспыхнуло пламя. Батильда оглянулась на голос, и крестраж забился чаще у Гарри на груди.
— Кто этот человек? — спросил Гарри, сунув фотографию ей под нос.
Старуха молча воззрилась на снимок, потом на Гарри.
— Вы знаете, кто это? — повторил он очень громко и раздельно. — Этот человек? Вы его знаете? Как его зовут?
Батильда тупо смотрела на Гарри. Он почувствовал глухое отчаяние. И как это Рита сумела ее разговорить?
— Кто этот человек? — громко повторил он.
— Гарри, что ты делаешь? — спросила Гермиона.
— Тут на фотографии тот самый вор, ну, который украл что-то из мастерской Грегоровича! Пожалуйста, вспомните! — взмолился он. — Кто это?
Старуха все так же молча смотрела на него.
— Зачем вы позвали нас, миссис… мисс Бэгшот? — спросила Гермиона, тоже повысив голос. — Вы что-то хотели нам рассказать?
Батильда словно и не слышала Гермиону. Она, шаркая, подступила к Гарри и движением головы указала на дверь.
— Вы хотите, чтобы мы ушли? — спроси Гарри.
Она повторила свой жест, однако на этот раз ткнула пальцем сперва в него, потом в себя, потом в потолок.
— А, понял… Гермиона. По-моему, она хочет, чтобы я поднялся с ней наверх.
— Ладно, пошли, — сказала Гермиона.
Но стоило Гермионе двинуться с места, Батильда на удивление энергично затрясла головой и снова указала на себя и на Гарри.
— Она хочет, чтобы я пошел с ней один.
— Почему это? — резко спросила Гермиона. Ее голос звонко разнесся по освещенной свечами комнате. Старуха качнула головой от громкого звука.
— Может, Дамблдор не велел ей давать меч никому, кроме меня?
— Ты думаешь, она на самом деле знает, кто ты?