– Да ладно, алкаш! Ты вот что, десять минут тебе. Ты мой пресс-атташе или кто? Десять минут – и две свежие идеи по поводу моей раскрутки.
– Ты сначала песни запиши.
– Неважно! Будем раскручивать заранее, без песен пока.
– Заранее? Тогда мне пива. Два.
– Бери, алкаш, – уступила Маня.
Я купил у стюардессы пару банок «Баварии». В минуту осушил.
– Сейчас и у меня попрет, – прикрыл глаза, слушая мелодию самолетных турбин. – О! Пошло. Понимаешь, женушка...
– Не называй меня, блин, женушкой!
– Хорошо. Понимаешь, Маня, если б ты уже была звездой, можно было прогнать фишку с птичьим дерьмом. «Избранная! Все офицеры Хургады стояли перед ней на коленях!..»
– Не надо с дерьмом. Прилипнет на всю жизнь.
– Согласен. Поэтому предлагаю роман с реальной звездой.
– Как это?
– Выдуманный любовный роман.
– С кем конкретно?
– Конкретно пока не знаю. Но сейчас расскажу тебе, как прокрутил эту фишку с группой «Лицей». Я там подрабатывал одно время пресс-секретарем.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Трио «Лицей» тогда пребывало в глубоком ауте. После стопроцентного хита «Осень», за который группа даже получила какую-то премию от самой Аллы Пугачевой, ничего равноценного спето не было. Пресс-атташе они сроду не держали, и я очень удивился, когда продюсер и композитор «Лицея» Алексей Макаревич предложил мне эту работу. Причина выяснилась быстро: на носу десятилетие группы и выпуск нового альбома.
На перекладных я добрался до Сетуни – сиротского района Москвы, где в низкорослом казарменного вида здании ютилась репетиционная база «Лицея». Поскольку предварительный сговор состоялся, я приехал с готовой идеей. Настя Макаревич, Аня Плетнева и Изольда Ишханишвили, запахнувшись в живописные шубы, уже ожидали меня на диванчике.
– Надо закрутить любовный роман продюсера с кем-нибудь из вас, – сказал я решительно. – Настя, как дочь, отпадает. Остается Аня или Изольда.
– Меня мой молодой человек просто убьет! – тут же воспротивилась Изольда. – Пусть Плетнева крутит романы.
Не успела Аня и рта раскрыть, заговорил Макаревич:
– Я против. У меня жена, дети. Репутация какая-никакая.
– Не, я готова принести себя в жертву, – неожиданно вставила Аня. – Но только не с Лешей, а с мегазвездой.
– Правильно, – рассмеялась Настя. – Если спать, то с королевой, воровать, так миллион.
– Можно и с королевой, – кивнул я. – Это сейчас модная фишка.
– Ага! – хихикнула Аня. – Роман с Пугачевой. Вот будет круто!
– Ну ладно, хватит, – посуровел Макаревич. – В принципе идея про роман продуктивная. Какую ты, Ань, мегазвезду реально хочешь?
– Киркорова!
– Не трогай, ради бога, семью.
Несколько минут мы напряженно думали, глядя на снежную сечу за окном. Наконец Плетнева вспомнила, что на ее первом выступлении в составе группы (она заменила скандальную Лену Перову) в клубе «Мираж» присутствовал сам Дэвид Копперфильд, гастролировавший тогда в Москве. То есть он не специально пришел на «Лицей», а после своего представления просто ужинал с какой-то минутной свитой, мимолетной, разодетой, как клоуны в шапито.