Красное дерево, или как путешествовали в лихие 90-е: читать начало книги онлайн

Потом мой фильм победил на фестивале и получил довольно крупный по тем временам денежный приз – тысячу долларов, но я стал другим. Во мне поселилось отчаяние. Единственная фраза, которую я выучил по-испански в тот раз: «Уно тинто, уно бьянко» – «Бутылка красного, бутылка белого». Фестивальный ресторан был круглосуточным и бесплатным.

…Если верить закону кармы, когда-то ведь мне должно было воздасться за все эти потери. И вот мне воздалось.

…Я шёл пешком по Криту и на вершине одной горы увидел церквушку. В Греции много таких старинных храмов. Раза два-три в год туда совершают паломничество жители окрестных деревень, а всё остальное время они стоят пустые. Двери в них никогда не закрываются, любой может зайти и помолиться. Зажечь свечу перед иконкой и, при желании, оставить небольшое пожертвование в специальном ящике стола или комода, который тоже стоит открытым. Свечи, зажигалка и пожертвования обычно лежат в одном и том же ящике. В этих церквях часто попадаются старинные, потемневшие от времени фрески. Я никогда не отказываю себе в удовольствии полюбоваться ими. Правда, у большинства из тех, кто изображён на них, выколоты глаза (воспоминание о веках турецкого владычества), что придаёт им невероятную трагичность и возвышенность.

Мне тоже захотелось поставить свечу, и я открыл ящик стола, в котором они должны были лежать. В ящике, рядом со связкой свечей лежала целая куча денег. На первый взгляд, больше тысячи евро: несколько десятков сотенных и немеряное количество банкнот рангом поменьше.

Я положил туда свои «две копейки», взял свечу, зажёг её и ушёл. И только часа два спустя, осознал, что в моей голове даже не шевельнулась мысль об этих деньгах. О том, что их можно было взять!

Видимо, прав был старик Кант, когда говорил о двух вещах, которые поражают его воображение… Звёздное небо над головой и вот это вот, оно самое.

Заборонено! или Самый Весёлый Новый Год

История эта случилась лет за десять до всем известных событий на Майдане, а записал я её тогда почти по горячим следам, так что сейчас она уже читается, как исторический документ. А посему я ничего не стал в ней менять, дабы меня не заподозрили в политической конъюнктуре.

Приграничный Белгород – ключевая точка для тех путешественников, которые хотят сэкономить на билетах из Москвы и Питера в Крым. Вы доезжаете на поезде до российского Белгорода, потом прямо у железнодорожного вокзала садитесь на автобус до украинского Харькова, а в Харькове пересаживаетесь на какой-нибудь поезд до Крыма. Железнодорожные билеты на Украине в несколько раз дешевле, чем в России. По деньгам экономия получается раза в два, а по времени теряешь всего часов шесть.

Естественно, такой способ подходит далеко не всем, а только таким же авантюристам, как я, обычно не связанным временем, но зачастую скованным деньгами. Вернее, их отсутствием. Впрочем, большинство таких авантюристов едут в Крым вообще автостопом. То есть, бесплатно.

Этим оригинальным способом – поезд-автобус-поезд (кто ж знал тогда, что скоро такой «комбинированный» способ добраться до Крыма станет не оригинальным, а вполне себе обыкновенным) – я пользовался не всегда, а только тогда, когда было совсем уж плохо с финансами.

В Крым я езжу часто. Там живут мои родители, там я провёл свои детство и юность. С пятого класса начал ходить по нему пешком и до сих пор продолжаю. Так что обошёл я его раз двадцать вдоль и раз тридцать поперёк, приключений здесь было больше, чем в любом другом месте нашей планеты, поэтому Крыма в этой книге будет много.

Но перейдем к самой истории.

Однажды, где-то в начале нулевых, с тесной группой товарищей и подруг мы поехали отмечать Новый Год в Крым. Деньги были, поэтому ехали мы на поезде. А по поезду, пересекающему государственные границы, как известно, ходят таможенники и пограничники. Иногда даже с собаками. В Белгороде пограничники ходят русские, а в Харькове – хохляцкие.

Хохляцкие пограничники, как известно, предназначены не для охраны своей незалежной границы, а для создания проблем мирным пассажирам поездов, (особенно в ночи) и взимания с них денежных средств под различными предлогами. Поиск таковых предлогов и входит в прямые должностные обязанности хохляцких пограничников.

Однажды хохляцкий пограничник, найдя какой-то очередной предлог, предложил мне выйти в тамбур «поговорить по-мужски». Сначала я подумал, что будут бить… Когда же мы вышли в тамбур, пограничник повернул ко мне жалостливое лицо и сказал: «Ну, ты ж понимаешь, семью кормить надо…»

В общем, не удержался я и присобачил к этому своему рассказу позднейшую вставку. Вот она.

Вспоминается и другой случай с другим хохляцким пограничником. Он настолько невероятный, что стоит о нём рассказать, хоть сначала и не собирался. К тому же, совсем я забыл про него, и вот только сейчас вспомнил.

Ехали мы вполне себе чинно и благопристойно полноценной ячейкой общества: я, жена и дочка маленькая. Я сидел в наушниках и на ноутбуке кино смотрел. Зашли хохляцкие пограничники:

– А шо это вы там смотрите?

– Кино, – говорю.

– А нет ли у вас, у сукиного сына, в вашем кыно чего-нибудь запрещённого? Порнографии какой-никакой или призывов к национальной розни, например.

– Нет, – говорю я, опешив. Хотя, конечно же, надо бы употребить другое слово, с началом на ох…

– А вот это мы сейчас и проверим. Давайте-ка сюда этот ваш компутэр.

Можно было бы послать их подальше, но чем заканчиваются такие истории, я уже знал, а скоро узнаете и вы. Поэтому я безропотно отдал им свой ноутбук, и они по нему целый час лазили!!! Забыв про остальных пассажиров. Не верите? Да мне и самому как-то не особенно верится… Но нет, было!

…Но всё это было в другие разы. В этот же – предновогодний раз – моё преступление было налицо:

– И хто это тут у вас Исаак Ньютон?

Исааком Ньютоном оказался я.

Я, конечно же, знал, что шуток они не любят, а юмора не понимают, но в преддверии Нового Года мне захотелось над ними немного пошутить, а заодно развлечься и самому. Так что в листке «прибуття-убуття», в графе имя и фамилия я подписался вышеозначенным английским господином. К разговору «по-мужски» в тамбуре я был готов.

А вот то, что я не взял с собой в эту поездку обычный общегражданский паспорт, это было моей ошибкой. Просто из Крыма я собирался продолжить путь дальше – на Ближний Восток и в Египет, а там мне мой российский паспорт был без надобности, поэтому я его и оставил дома, в Питере. Так что хохляцким пограничникам я протянул свой загран.