Постарайся не ходить: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Отработанные лоскутья медленных лент свисали с ладоней, неприятно врезаясь сухими ломкими краями в кожу между пальцев. Свежие по-прежнему липли к рукам — ползли, но уже не жгли. Голограмма над диагностом была на треть бордовой, на две трети черной. Не идет восстановление. Хоть все тело этими лентами облепи, не поможет. Хорошо, если полегчает немного.

Жаль. Он уже не встанет.

В груди не давило, но мучительно жгло, будто туда горящую палку воткнули; дышать было трудно. Глазами он видел в полумраке высокий потолок, ушами слышал, как чьи-то негромкие шаги отражаются от широко расставленных стен. Звуков извне не долетало — значит, это большое и прочное, замкнутое помещение. Но Эару все равно казалось, что он лежит в крошечной комнатушке маленького домика, болтающегося в кроне тонкоствольного дерева. От малейшего ветерка домик качается, а в комнатке забиты окна и замазаны щели, уже заканчивается воздух. Остается только зажмуриться и ждать. Он умрет в этой душной коробке, только пока не знает, как: задохнется или разобьется, рухнув вниз.

Он зажмурился, преграждая путь слезам страха.

— Э-э нет, старина, — толкнул его сбоку знакомый, но нервный голос. — Рановато тебе черные голограммы нам показывать.

«Самое время», — хотел ответить Эар, но не смог. Рот приоткрыл, а произнести слова не получилось.

— Я сожалею о Мэги. Это жуткая потеря.

«Как же. Ты ее полсотни оборотов не видел».

Он вяло пошевелился, осматриваясь. На стенах угадывались длинные панели старого типа: на каждой сенсорные полосы и кнопки управления шли крестом в центре, индикаторы и экраны рассыпались по краям. Индикаторы не подсвечивались, экраны были как дыры, черные и глухие. Пахло растревоженной пылью.

Он — на койке в середине комнаты. Тусклый свет от двух крошечных псевдо-светляков, которым место не в закрытых помещениях, а над тропинками аллей, чтобы какой-нибудь парочке прогуливаться незамеченными, но не спотыкаться. На тумбе по правую руку — диагност с размотанными общеукрепляющими лентами и голограммой, безнадежно чернеющей.

Пусто.

И еще голос.

— Ты так резко помирать собрался, — говорил неподалеку Боон и чем-то шуршал, — что пришлось всё наспех. И Шэри, как назло, зарядник перепутал. Сейчас принесет новый, подключим тебя — и тогда помоги нам всем Малая!

«Они что-то затеяли вдвоем, — Эар закрыл глаза. — Интересно, Иса в деле?.. Хотя нет, неинтересно».

— Рассказывай, — с трудом шепнул он.

Боон посопел слева, потом обошел койку и встал за головой. Лучшего места, чтобы быть невидимым для почти парализованного старика, не найти.

— Не утруждай себя, старый друг, догадками, где мы. Не давай себе устать. Твои силы на исходе… Мы в ученическом корпусе, на последнем этаже. Это — старая хосиниальная лаборатория. Ею не пользовались… никто даже не вспомнил, как давно! В архивах я нашел по ней кое-что: перечень оборудования, жалобы на несогласованные запуски лаборатории и отчеты о нарушениях в энергообеспечении всего корпуса… Здешние Мастера, когда работали с потоками наших энерго-зарядов, немало жизни попортили соседям по зданию!

«Ты болван, не знающий прошлого. Хо́син — это не управление энерго-зарядами. Это создание в крови телец-ограничителей, впрыск личных кандалов», — хотел сказать Эар. Но сил хватило лишь открыть рот и с невнятным стоном пошевелить сухим языком.

Ни слова не вырвалось.

— Недавно, когда Мастера уходили отсюда, — продолжал Боон, — оказалось, что из этой комнаты ничего забирать не хотят, даже самого завалящего ю́хта. Я решил присмотреться. Как-то ведь получилось, что лаборатория есть, а что в ней и зачем, никто не знает.

«Не только с лабораторией у тебя так получилось. Хоть бы у меня спрашивать научился».

И снова ни шепота, ни звука. Немота.

Нестерпимо захотелось прокашляться, но в горле давило, воздух застрял пробкой. Эар распахнул рот, услышал собственный хрип — и тут же горячая лента упала поперек его шеи.

Спазм исчез. Эар с облегчением вдохнул, осторожно прочистил горло — в него будто смолы налили. Огромных усилий стоило продышаться, прокряхтеться и прошептать:

— В пыль эти хо́сины, юхты… Чего ты хочешь?

— Я сожалею о Мэги, — сказал Боон. — И Экре был мне как сын… Неприятно это говорить, но тебе недолго осталось. И вдвойне неприятно признать, что ты — последний из Проводников. Равных тебе по силе нет.

— Я — полумертвая немощь.

— Не перебивай, береги силы.

— Заладил: силы, силы, — проворчал Эар.

И вдруг догадался.