— Какое на тебе клеймо? — спросил он.
— Цветок рабынь, дина! — выкрикнула я. Как он сказал сейчас? «Ты самая обычная. Ничего особенного в тебе нет. Значит, и имя надо придумать незначащее, простое и скромное, чтобы подходило для такой ничтожной, никчемной, невежественной, клейменой рабыни, как ты».
— Дина! — выкрикнула я.
Тело его начало совершать плавные движения.
— Позволь мне кончить! Позволь мне кончить, хозяин! — исходила я криком.
— Нет, — был ответ.
Что за мука! Изо всех сил пыталась я не шевелиться.
— Я дам тебе имя.
Я молчала, не в силах выдавить ни слова.
Среди его рабынь я единственная Дина. Самое обычное клеймо. Девушек, носящих его, часто зовут Динами. Вполне подходящее имя для ничем не выделяющейся, низшей среди рабынь. Незначащее. Простое. Скромное. Я — обыкновенная, мне грош цена. И имя обыкновенное, грошовое. Чего же еще для такой, как я? Для невежественной клейменой рабыни?
— Ты не забудешь свое имя! — обещал он.
— Нет, хозяин! — Знаю, как именно он впечатает это имя мне в память.
Говорит, я никчемная, ничтожная. Знаю: красная цена мне — горсть медяков.
Я знаю, как он назовет меня.
Он не останавливался.
Наконец, не выдержав, я снова закричала:
— Я должна кончить, хозяин! Не могу больше! Не могу! Сейчас кончу!
— Ты должна кончить, — спросил он, — даже если за это придется умереть?
— Да, хозяин!
— Тогда кончай, рабыня.
Я зашлась в крике.
— Ты Дина! — победно смеясь, рыча, как лев, провозгласил он. — Ты Дина, моя рабыня! — Он хохотал, упоенный своей победой над поверженной в прах рабыней.
— Да, хозяин! — намертво вцепившись в него, самозабвенно вторила я. — Я Дина! Дина! Дина любит хозяина!
А потом, счастливая, опьяненная его могуществом, я лежала в объятиях хозяина — рабыня, которой он обладал. Как я любила его!
— Странно. — Он глянул вверх. В небе Гора дрожали звезды.
— Хозяин? — откликнулась я.
— Ведь ты вроде бы самая обыкновенная.
— Да, хозяин. — Я нежно поцеловала его плечо.
— Самая обыкновенная.
Так оно и есть. Он — Клитус Вителлиус, предводитель воинов Ара. А я — просто Дина.