— Нет, хозяин. Прости.
Наружу положено выползать на животе или на четвереньках — в зависимости от размера клетки — и, распластавшись у ног хозяина, ждать приказа. Так принято на Горе. Тогда я этого не знала. До сих пор меня в клетку не сажали.
Я лежала в песке. Они стояли надо мною. Только бы не били!
— Хороша штучка, а? — причмокнул Турнус.
Наверно, распростертая у их ног на горячем песке, я была и впрямь хороша.
— Рад, что тебе нравится, — ответил Клитус Вителлиус.
— Спасибо тебе за такой подарок.
— Не за что Просто милая безделушка.
— На четвереньки, рабыня! — приказал Турнус.
Я встала на четвереньки. Шею обвязали веревкой — на таких водят слинов. Другой конец веревки несколько раз обмотан вокруг перекладины клетки для слинов. Так что привязь получилась около фута длиной.
— Посмотри на меня, — велел Турнус. Я подняла на него глаза.
— Ты пыталась убежать.
— Убежать мне бы не удалось, хозяин. На меня натравили бы слина.
— Правильно, — согласился он. — Убежать тебе бы не удалось. Но ты в невежестве своем этого не знала.
Я испуганно молчала.
— Ты пыталась убежать? — спросил он. Да, пыталась.
— Да, хозяин, — прошептала я.
— Сесть спиной к клетке, колени подтянуть к подбородку!
Я повиновалась. Привязанную к моей шее веревку прикрутили к решетке. Турнус присел рядом. Вынул нож. Левой рукой ощупал мои ноги.
— Хорошенькие ножки.
— Спасибо, хозяин.
— Ты знаешь, что это? — Он нащупал связки под коленом.
— Сухожилия, хозяин.
— Знаешь, для чего они?
— Они управляют движениями ног, — отвечала я. — Без них я не смогу ходить.
Сухожилия под правым коленом коснулся нож. Проведет разок лезвием — и связка перерезана.
Он убрал нож в ножны.
Потом дважды ударил меня по лицу. Моя голова откинулась вправо, потом влево.
— Это, — пояснил Турнус, — за то, что пыталась убежать.
— Да, хозяин.