– На этот раз вы сидели за одним столом?
– По-моему, нет. Не помню.
– Попытайтесь вспомнить.
– Нет, я в самом деле не знаю.
– А вечером вы с ней снова встретились?
– Помню, я стоял на носу, когда стемнело. Но я был один.
– Вы встречались с ней вечером? Постарайтесь вспомнить.
– Думаю, да. Я не уверен, но мне кажется, что мы сидели на корме, на скамеечке и разговаривали. Я предпочел бы, чтобы она оставила меня в покое, но она навязалась мне.
– Она пригласила вас к себе в каюту?
– Нет.
– Позднее в этот вечер вы ее убили, да?
– Нет. Я ничего похожего не делал.
– Вы в самом деле не помните, что убили ее?
– Нет. Я говорю правду.
– Да. Я знаю, что вы ее убили.
– Зачем вы мучите меня? Зачем все время повторяете это слово? Я ничего не сделал.
– Я не хочу вас мучить.
Действительно не хочет? Мартин Бек не знал. Зато он знал, что мужчина, сидящий перед ним, ушел в защиту, что уже начинает срабатывать инстинкт самосохранения и что чем дальше, тем труднее будет одержать победу.
– Мне вовсе это не нужно.
Взгляд мужчины стал тупым, глаза испуганно забегали.
– Вы меня не понимаете, – сдавленно сказал он.
– Я пытаюсь. Понимаю: многие люди вам не нравятся.
Они вызывают у вас отвращение.
– Вас это удивляет? Люди умеют быть гнусными.
– Да, я понимаю. Особенно вам не по душе одна категория людей – женщины, которых вы называете бесстыдными. Правильно?
Мужчина ничего не отвечал.
– Вы верующий?
– Нет.
– Почему?
Он неопределенно пожал плечами.