Да, правильно.
– Вы признаете себя виновным в убийстве на сексуальной почве американской гражданки Розанны Макгроу и в том, что совершили это убийство в ночь с четвертого на пятое июля прошлого года?
– Я никого не убивал, – прошептал Фольке Бенгтссон.
– Говорите громко.
– Не признаю.
– Вы уже признались, что познакомились с Розанной
Макгроу четвертого июля прошлого года на экскурсионном пароходе «Диана». Правильно?
– Нет. Я не знал, как ее зовут.
– У нас есть доказательства, что вы были с ней четвертого июля. Ночью у нее в каюте вы убили ее и бросили труп в воду.
– Нет, это неправда!
– Вы убили ее тем же способом, которым пытались убить женщину на Рунебергсгатан?
– Я не хотел ее убивать.
– Кого вы не хотели убивать?
– Эту девушку. Она ходила за мной. Приглашала к себе домой. Она говорила со мной несерьезно. Хотела только унизить меня.
– Розанна Макгроу тоже хотела вас унизить? Поэтому вы ее убили?
– Не знаю.
– Вы были у нее в каюте?
– Не помню. Может, и был. Не знаю.
Мартин Бек молча смотрел на него. Наконец спросил:
– Вы очень устали?
– Нет, не очень. Я совсем не устал.
– Рука болит?
– Уже нет. В больнице мне сделали укол.
– Когда вчера вечером вы увидели эту женщину, то вспомнили о другой, в прошлом году на пароходе?
– Это были не женщины.
– Как вы сказали? Да нет же, это были женщины.
– Нет… они были как животные.
– Не понимаю.
– Они как зверь… во власти… во власти…
– Чьей? Вашей власти?