– Вы разговаривали с людьми, которые сидели с вами за столом?
– Нет, я был один. Остальные уже поели.
– А потом? После завтрака.
– Я вышел на палубу. Была прекрасная погода.
– Вы с кем-нибудь разговаривали?
– Нет, я в одиночестве стоял на носу. Потом был обед.
– За обедом вы тоже сидели один?
– Нет, за столом сидели еще какие-то люди, но я с ними не разговаривал.
– Розанна Макгроу сидела за вашим столом?
– Не помню. Я не обратил внимания, кто сидит со мной за столом.
– Вы помните, как с ней встретились?
– Нет, не помню.
– В прошлый раз вы сказали, что она вас о чем-то спросила и вы разговорились.
– Да, уже вспоминаю. Она спросила, как называется город, мимо которого мы как раз проплывали.
– И как же он назывался?
– По-моему, Норсхольм.
– А потом она осталась стоять рядом с вами и вы разговаривали?
– Да. Но я уже не помню, о чем мы говорили.
– Она была вам несимпатична сразу, с самого начала?
– Да.
– Почему же вы с ней разговаривали?
– Она мне навязалась. Стояла рядом, болтала и смеялась. Она была такая же, как и все остальные. Бесстыдная.
– Что вы делали потом?
– Потом?
– Да, вы сходили вместе на берег?
– Она шла за мной, когда я спустился на берег.
– О чем вы говорили?
– Не помню. О том, о сем. Я еще подумал, что теперь, по крайней мере, потренируюсь в английском.
– Что вы делали, когда вернулись на пароход?
– Не знаю. Наверное, пошли ужинать.