– Я думала, вы разведены, а дочь у вас в Швейцарии.
– Да, Хайди в Цюрихе, но совесть не позволит мне бросить здесь ее мать. Бомбежки все чаще и чаще. Такое ощущение, что в небе над Германией уже полностью хозяйничают союзники. Гибнут тысячи людей, и спаси нас Господь, если сюда явятся русские. Я не могу обречь ее на такую судьбу.
Франка представила, как Джон, ковыляя на едва заживших ногах, ведет двух немолодых людей по заснеженному швейцарскому лесу.
– Я поговорю с нашим знакомым. У меня к вам тоже есть вопросы.
Франка огляделась. Поблизости никого не было. Они пошли дальше.
– Надеюсь, вы все приготовили, как я хотел, – продолжил Хан. – Дом на побережье, две машины – немецкая и американская. – Он улыбнулся своим мыслям. – Исследование должен возглавлять я.
– Все уже сделано, – заверила его Франка. – Как продвигается ваша работа?
– Мы близки к прорыву.
– А руководство? Вам уделяют должное внимание?
– На прошлой неделе пришло письмо от Гиммлера; хвалит меня за успехи. Ходят слухи, что он хочет взять нас под свое крылышко, думает с помощью наших открытий выслужиться перед Гитлером. Собирается нанести нам визит. Если Гиммлер добьется одобрения фюрера, мы получим неограниченное финансирование и сможем довести до конца разработку оружия.
При слове «оружие» Франка насторожилась, в голове завертелись разные вопросы, но она говорила так, как инструктировал ее Джон:
– Вы в состоянии затормозить исследования?
– Я работаю в коллективе. Если я намеренно допущу ошибку, другие заметят. Меня отстранят, и у вас не будет там своего человека. Я так не могу – пострадает моя репутация, и потом, ваши хозяева хотят, чтобы я успел сделать как можно больше. Они не верят, что нацистское руководство обеспечит нас всем необходимым для завершения работы.
– Они не правы?
– Трудно сказать. Опасная это игра.
– А без вас работу смогут продолжить?
– Я – организатор и вдохновитель проекта, его лицо. Без меня люди вроде Гиммлера потеряют к нему интерес. Все ресурсы направят на разработку реактивных двигателей, которые, как считает Гитлер, изменят ход войны. Наш проект – один из многих, претендующих на роль спасителя Германии. Случилось так, что именно я знаю настоящий потенциал этого направления. Убедить прочих было довольно трудно. Встреча с Гиммлером сильно продвинет дело.
Франка так и не поняла – противник он нацистов или нет. У нее сложилось впечатление, что если его не увезти из Германии, то Хан так и будет работать над проектом, и нацисты получат мощнейшее оружие. Похоже, его просто заинтересовали более развитые научные ресурсы Америки и обещанное финансирование. Наверное, для него важно открытие само по себе, а как его будут применять, безразлично. Человек, преданный исключительно своей работе, опасен.
Несколько минут они шли молча, в окружении величественных каменных зданий. Темнело. Зажглись фонари – не все, некоторые были разбиты.
– Так каков план действий?
– Мы хотим, чтобы вы две недели выждали, а затем приехали во Фрайбург.
– И вы переправите меня вместе с женой в Америку, где я продолжу работу?
– Сколько вашей жене лет, доктор Хан?
– Пятьдесят три.
– Если вести с собой кого-то еще, тем более не очень молодую женщину, перейти через границу будет гораздо сложнее. Полагаю, такой умный человек отлично это понимает.
– Повторяю, таковы мои условия.
Франка пыталась представить, что сказал бы Джон. Он мог бы переправить их поодиночке – сначала жену, а потом вернуться за Ханом… Путь неблизкий, но такое возможно.
– Вы сумеете взять с собой результаты исследований?
– Я снял все документы на микропленку. Так что сложностей не возникнет.
– А где микропленка?