Только осознание того, что выбор сделан, не позволял ему вернуться к прежнему состоянию.
Смотря на всех остальных, Шото думал о том, что они считают так же.
Устраивало всё одного лишь Бакугоу, которому, по-видимому, было глубоко насрать на всех. Да по его роже было видно, насколько сильно вся эта ситуация его радовала.
Мидория молчал, не лез к ним. Он всё ещё надеялся, что всё это закончится, не хотел поднимать панику, но было видно: Изуку держится из последних сил.
Момент, когда он сорвётся, — только вопрос времени и его выдержки.
Аизава старался скрыть своё волнение за маской безразличия. Он понимал, что нужно держать себя в руках, чтобы вся эта ситуация не вышла из-под контроля. Но теперь ему начинало казаться, что уже давно этот самый контроль Шота потерял.
Иида стоял перед ним, как и всегда, вытянувшись по струнке. Парень смотрел твёрдо, но чуть выше плеча учителя, словно, посмотри он ему в глаза, и Аизава поймёт всё, что творится. А этого нельзя было допустить ни в коем случае.
— Так вот, тесты начнутся с понедельника, после этого мы поедем в тренировочный лагерь. Поэтому собрание старост будет перенесено на завтра. Остальных я уже уведомил, да и думаю, что они и тебе передали.
— Да.
— Но в любом случае, предупредив ещё раз, я ничего не потеряю. Просто чтобы ты знал.
— Хорошо. Спасибо, Аизава-сенсей, — он поклонился и поспешил покинуть учительскую, но мужчина неожиданно окликнул его снова. — И ещё, Иида, в классе же всё нормально?
Тенья остановился, чуть обернувшись назад, и через плечо, пытаясь не показывать своего волнения, ответил:
— Нет, конечно же. Всё как всегда, просто многие подавлены из-за предстоящих экзаменов. Это связано с плохой подготовкой. Они сильно устают из-за дополнительных занятий. Но всё равно все стараются как могут. Если же что-то выходящее за рамки всё-таки произойдёт, я незамедлительно сообщу Вам, сенсей, — отрапортовал он механическим голосом, чуть подёргивая вытянутой рукой.
— Что ж, если так, то ты можешь идти.
Иида ещё раз поклонился и ушёл, закрывая за собой дверь.
Стоит ли говорить, что теперь Аизава точно уверен: что-то началось.
Наверное, эти коридоры знали подробности уже многих заговоров. Трудно представить, сколько разговоров слышали эти стены ежедневно! Но именно академия Юэй хранила секреты своих учеников лучше, чем кто-либо. Хотя в последнее время никто не мог быть уверен в этом наверняка. Поэтому каждый старался затеряться среди многочисленных кабинетов, лестничных пролётов, лишь бы сохранить втайне свои домыслы и планы.
Снова двое молодых людей стояли в безлюдном коридоре перед началом уроков, стараясь говорить, не повышая голосов. Но получалось это не очень хорошо. Эмоции раз за разом грозились захватить их с головой.
Они часто прерывались, чтобы осмотреться, не слышит ли кто их. Однако стоило им только замолчать, как всё вокруг погружалось в мёртвую тишину.
— Нам нужно срочно что-то придумать. Это уже выходит за рамки, — говорил один из них.
— В этом нет смысла. Просто подумай…
Но договорить ему не дали, нетерпеливо прерывая, чтобы чуть прикрикнуть:
— Она завербовала Бакугоу!
Тёмные глаза одного из них от этих слов расширились, но он тут же попытался вернуть спокойное выражение лица, привычно скрещивая руки на груди.
— Мне кажется, ты зря паникуешь. Само предположение того, что Бакугоу позволит собой командовать, — уже нереально.
— Я с ним говорил. И боюсь, что это уже реально. Я не знаю как, но факт налицо.
Одновременно их взгляды устремились в пол, будто бы там было что-то, что позволит им найти ответы на все волнующие их вопросы. Но это был просто-напросто обычный пол. И никто посторонний не решил бы их проблем сейчас.
Они старались быть сильными, изображать из себя взрослых. Но даже это было непосильно для них. В конце концов, они всего лишь подростки, которые хотят защитить всё и вся, веря в свои идеалы, следуя выбранному ими пути.
— Хорошо. И что ты предлагаешь делать?..
— Мидория-кун? А что ты здесь делаешь?