— За музыканта! — сказала она.
Фред рассмеялся и чокнулся с ней.
— Надеюсь, никто из вас не останется разочарованным.
— Не думаю, — согласилась Лясия, не спуская глаз с Джери-Ли.
Джери-Ли опять почувствовала, что шея у нее краснеет.
— Конечно, — сказала она.
— Почему вы не танцуете? — спросила Лисия. — Обо мне не волнуйтесь — мне и здесь хорошо.
— Пойдем, девочка? — спросил Фред.
Она кивнула и поднялась из-за стола. Танцевальный пятачок был переполнен дергающимися телами, и через минуту Джери-Ли полностью отдалась вместе со всеми пульсирующему ритму. Она любила танцевать, особенно рок. В танце было что-то эксгибиционистское, что всегда волновало ее. Это был тот танец, который, казалось, придумали специально для нее и который можно было танцевать в одиночку.
Фред наклонился к ее уху.
— Что ты думаешь о Лисий? — прокричал он.
— В ней есть нечто особенное. Фред кивнул. Его тело двигалось в такт с ударами музыки.
— И умна, чертовски умна. У нее, кроме «Зеленого бара», есть интересы в целом ряде предприятий: магазины пластинок, музыкальные группы и даже клубы в других городах.
— Звучит здорово, — сказала она.
— Действительно, здорово, — согласился Фред. — По крайней мере, нам не придется вечно носиться в поисках деньжат. Она гарантирует мне полторы сотни в неделю, как минимум, на ближайший год.
— А что она получит за это?
— Мы будем партнерами из расчета фифти-фифти. Мы вкладываем все мои песни в дело — передаем их издательству, студии звукозаписи и тому подобное, включая диски и клубные выступления по особым дням.
— Что она вкладывает еще, кроме денег?
— Все свои связи. Она знает в этом бизнесе всех. И если учесть, в чем она участвует, то понимаешь, что у нее есть возможность надавить и довольно сильно надавить. Люди стремятся угодить ей.
— Звучит здорово.
— Это, действительно, здорово, — повторил он. Она внимательно посмотрела ему в глаза.
— Между нами ничего нет, только бизнес, — торопливо сказал он. — У нее подружка — Сэм.
И сразу же все встало на свои места — как цветная разрезная картинка.
Джери-Ли сразу же почувствовала, что в Лисий есть особенность, уже знакомая ей раньше, напоминающая ей кого-то еще. Теперь она знала кого.
Нет, то было вовсе не внешнее сходство, все дело было в том, как Лисия смотрела не нее, когда они встретились. Карла Мария! Именно ее взгляд заставлял вот так чуть волноваться, вызывал ответную вибрацию во всем теле. Может быть, это ощущение, новое для нее, стало возможным после того опыта с Карлой Марией. В это время в образовавшемся в толпе танцующих просвете она увидела Лисию. Та многозначительно смотрела на нее, и Джери-Ли опять почувствовала, что ее лицо залило горячей волной краски.
Лисия ощутила ее так же, как ощутила Карла Мария. Вероятно, она просто посылала какие-то волны, «телеграфировала» им послание, сама того не подозревая. Неужели в ней спал латентный лесбийский инстинкт? Неужели он всегда таился под ее кожей, готовый вырваться наружу?
Она так погрузилась в свои мысли, что не расслышала, когда Фред обратился к ней с какими-то словами.
— Что ты говоришь? — переспросила она. — Здесь так шумно, что я ничего не слышу.
— Она хочет, чтобы я начал разрабатывать новые идеи. Тексты она достанет. Она хочет, чтобы я написал суперхипповую песню в стиле Сэма Кука.
Она молча кивнула.