Метресса фаворита. Плеть государева: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Выругавшись себе под нос, Андрей Иванович вышел из временного кабинета Толстого и велел первому попавшемуся ему на глаза лакею вести их к наследнику, предполагая, что и его гости окажутся неподалёку. За ним еле поспевал в своей роскошной шубе Пётр Андреевич. Наблюдающие за ними придворные невольно обращали внимание на высокого и статного Ушакова, рост которого лишь немногим уступал росту покойного государя.

Глава 2. Задачка с неизвестным

Великий князь уже умылся и теперь позволил камер-лакеям облачать его для предстоящего театрального представления, от Андрея Ивановича не укрылось, что парень был уже порядком навеселе.

«Рано начинает. Ох, рано, — подумал Ушаков. — Его великий дед тоже был не дурак выпить, но не в одиннадцать же лет! В этом несчастье он полностью обвинял Светлейшего, потому как ясно: будь Пётр хоть каким помазанником Божьим, а толковый государь иной раз более крепостного трудится. Покойный Пётр Алексеевич день напролёт что-то делал: писал, командовал, строил, этих к порядку призвать, за теми доглядеть. А этот... ох, загубит Александр Данилович будущего русского царя, споит, а сам на правах его тестя будет страной править. Да ещё и сына своего старшего на княжне Наталье, сестре Петра, женит, чтобы наверняка, чтобы, куда ни глянь — везде Меншиковы. Чтобы вся Россия...

В комнату, легка на помин, вошла уже одетая, напудренная и нарумяненная великая княжна Наталья Алексеевна. Судя по изящному красноватому платью на малых фижмах и идеально сделанному макияжу и парику, густо припудренному розовой пудрой, девушка не участвовала в соревнованиях. Войдя, она легко поклонилась Ушакову и Толстому и, лучезарно улыбнувшись, направилась к своему непутёвому брату. Некрасивая, но статная и весьма изящная тринадцатилетняя цесаревна выгодно смотрелась на фоне своего вечно пьяного братца.

На стенах горели свечи в трёхсвечниках с зерцалами, люстру ещё не зажигали, но света всё равно было предостаточно.

— Я же попросил собрать здесь всех участников саночного соревнования, — негромко внушал кому-то Толстой за спиной Ушакова.

— Так ведь Пётр Алексеевич ещё не готов, — послышался умоляющий шёпот.

— Ничего страшного, я уже в штанах, — пьяно хорохорился великий князь. — Вот и сорочка на мне. Нет, эту не хочу, сам в ней ходи, дурилка. Не стесняйтесь, Пётр Андреевич, приглашайте, да пущай не опаздывают, скажите кто-нибудь, грозный Ушаков здесь. Всех, кто промедлит, в крепость на хлеб и воду. — Он весело подмигнул Андрею Ивановичу, позволив сестре выбрать для него сорочку из вороха лежащих на стульях и столах вещей. В комнате было невыносимо натоплено, должно быть, служители опасались, как бы после шумных игр и ванны великий князь не застудился. Купали его, судя по запаху модного в этом году шведского мыла, где-то поблизости. Может быть, даже в соседней комнате. Теперь же Толстой невольно подвергал наследника престола опасности сквозняков, приказав собрать здесь же других участников соревнования.

Андрей Иванович вымученно улыбнулся его высочеству и занял положение напротив двери, ожидая ребят.

Список всё ещё был у него в руке, но Андрей Иванович так и не удосужился просмотреть. Первым, уже одетый, помытый, с синяком под глазом и рукой на перевези, раненым героем явился девятилетний Александр Голицын, сын генерал-фельдмаршала князя Михаила Михайловича Голицына[105].

Надо будет составить план местности и особенно отметить на нём, где и когда произошли столкновения или участникам состязания кто-то помешал. Три круга — три плана.

Второй вошла дочь Светлейшего — пятнадцатилетняя Мария[106], ну как же без неё? Все знают, что Александр Данилович вознамерился во что бы ни стало женить наследника на своей дочери, так что той хошь не хошь приходится участвовать в опасных забавах. Хорошо хоть на ней не заметно никаких последствий. Впрочем, Мария как вошла, так немедленно и отвернулась от Андрея Ивановича, словно была на него чем-то обижена. Непонятная реакция, вроде давненько не виделись. Её сани вроде бы не переворачивались, впрочем, как она влезла в них с такой «кормой»? Или это просто широкая, пышная юбка, а под юбкой княжна немногим крупнее Катьки. Ну да, Кате для этих санных подвигов шили костюмчик типа охотничьего. Штаны, высокие сапожки на меху, тулупчик. Санки-то рассчитаны на детей, а не на этих великовозрастных и уж никак не в юбках с фижмами. С чего их вообще потянуло на такие забавы?

Дверь снова открылась, на пороге стояли Иван Скавронский[107] и его брат Мартын[108] — восьми и семи лет. Эти, едва завидев Андрея Ивановича, тут же вытаращились так, словно ожидали, что он вот-вот прикажет заковать их в железо. Но это как раз вполне нормально, все знают, что делает при дворе Ушаков. Вернее, делал. За год мальцы уже могли бы и позабыть, что такое страшная Тайная канцелярия, но, видать, взрослые напомнили. Все понимают, с ним нужно быть настороже, а то быстро мешок на голову — и в холодный подвал на допрос.

Последней в комнату вбежала крохотная Катька и, не обращая внимания на затянувшего своё одевание великого князя, бросилась на шею отца.

От сердца тут же отлегло. Дочка в безопасности, судя по всему, не пострадала. Теперь можно и к Могильщику на приём. Вопреки общему правилу, что отроки и особенно отроковицы должны держать очи долу, Ушаков не препятствовал Екатерине выказывать характер. Тем не менее необходимо было дождаться остальных и выяснить наконец, кто же пропал. Он с неохотой опустил дочку на пол, знаками призывая озорницу к порядку. Впрочем, великий князь не возражал.

— Екатерина Андреевна, безусловно, победила бы в соревновании, если бы ей не помешали, — глубокомысленно изрёк он. — Знаете, Андрей Иванович, а мне нравится ваша дочь, она не кривляка и не трусиха, как некоторые. — Взгляд полный презрения в сторону невесты.

— Весьма польщён столь высокой оценкой. — Ушаков поклонился.

— Я бы посватался за неё, честное слово, должно быть, в жарко натопленной комнате цесаревича совсем развезло. — Вот государыня... ик, того... в общем, войду в полную мою волю и тогда точно женюсь. А что, Андрей Иванович, надоела эта меншиковская шайка, вы мне Александра Даниловича и замените. Вы да Иван Алексеевич Долгоруков[109] — друг мой. Вы не смотрите, что ему девятнадцать. Он один меня по-настоящему понимает. Гоф-юнкером при мне служит, я его уже давно знаю и люблю. Вот я и говорю, за вами как-никак Канцелярия тайных дел, будем вместе их всех в ежовых рукавицах держать. — В этот момент наследник престола отвлёкся блеском ордена на ленте и забыл про планы женитьбы.

— Ивана и Романа Воронцовых, а также и Александра Голицына лейб-медики осмотрели и были вынуждены отправить домой, — доложил пожилой камергер в ливрее меншиковского дома.

— Итак, все? Кого не хватает? — Ушаков взглянул в список. — Иван Романович Горчаков[110].

Имя показалось незнакомым, ещё когда Алексей докладывал о пропаже цесаревича, это уже выглядело подозрительно, к наследнику обычно допускались только дети приближённых, впрочем, может ли он всех упомнить?

— Иван Романович Горчаков.

— Прибыл! — В дверях стоял мальчик лет десяти, на голову ниже цесаревича. Умытый, в идеально сидящем на нём камзоле, чешских туфлях и изящном датском парике, по последней моде. Мальчик смотрел на грозного Ушакова, как бы ожидая продолжения фразы.

— Десять участников, и все здесь? Как такое возможно? — опешил Толстой.

— В начале задачки было десять участников, затем из десяти вычислили неизвестное — и получилось десять. Проделав это в высшей степени несложное действие, я заключил, что неизвестным был ноль, то есть пустота. — Наследник престола расхохотался собственной сообразительности. — Я ведь правильно считаю, Пётр Андреевич? — обратился он к Толстому.

— Правильно, ваше императорское высочество, но кто тогда управлял вашими санями?

Великий князь пожал плечами. На нет, мол, и суда нет.

— Могу ли я осведомиться, вы знаете, где теперь находятся ваши сани и лошадь? — не отставал Пётр Андреевич.

— Справьтесь на конюшне. — Великий князь подошёл к Кате Ушаковой и предложил ей руку. При этом от Андрея Ивановича не укрылось, что наследник явно добивается реакции Марии.

[105] Князь Голицын Михаил Михайлович (Старший) (1 (11) ноября 1675 г., Москва — 10 (21) декабря 1730 г.) — русский полководец, генерал-фельдмаршал (с 1725 г.) и президент Военной коллегии (1728—1730), соратник царя Петра I, участник Северной войны 1700—1721 гг.

[106] Меншикова Мария Александровна (26 декабря 1711 г. — 26 декабря 1729 г.) — фрейлина, дочь ближайшего соратника и фаворита Петра I Великого, А. Д. Меншикова, невеста императора Петра II.

[107] Граф Скавронский Иван Карлович, племянник Екатерины I, капитан лейб-гвардии Измайловского полка.

[108] Граф Скавронский Мартын Карлович (24 июня 1714 г. — 28 июня 1776 г.) — племянник Екатерины I, генерал-аншеф.

[109] Князь Долгоруков Иван Алексеевич (1708, Варшава — 8 [19] ноября 1739[1], Новгород) — сын князя А. Г. Долгорукова, фаворит императора Петра II.

[110] Князь Горчаков Иван Романович (1716—1801) — генерал-поручик, генерал-провиантмейстер русской армии из рода Горчаковых.