– Он когда-нибудь говорил с этой девушкой? Просто болтал, когда заходил снять показания?
– Да. Он сказал, что мисс Оутли была славной девчушкой, смешливой. По его словам, она была эстрадной танцовщицей.
– Вот как?
– Да. Оказывается, она время от времени танцевала в «Ветряной мельнице».
В печально знаменитом варьете «Ветряная мельница» очень долго шли ревю с обнаженными девицами: менеджер хвастался, что они не закрываются даже во время авианалетов… из патриотического долга перед военнослужащими. Это было одно из немногих заведений, куда Агата никогда не ходила.
– Похоже на очень-очень старую историю, – добавил инспектор. – Она была танцовщицей, начала стареть – и стала работать на улице. С начала затемнения проституция взлетела, словно аэростат: вдоль всей Хеймаркет и Пикадилли стоят девицы, направив свет фонарика вниз, себе на ноги, чтобы клиентам проще было их найти.
– Наверняка это помогает провести время при затемнении, – сухо отметила Агата.
Сэр Бернард стоял на коленях рядом с раскрытым саквояжем, надевая перчатки.
Дверь соседней квартиры открылась, и стройная, довольно привлекательная женщина лет двадцати пяти встала в проеме, сжимая рукой ворот махрового халата. Тонкую талию обхватывал пояс в красно-белую конфетную полосу. Несмотря на халат, она была полностью (и довольно густо) накрашена.
Агате показалось, что она не допустит ошибки, сочтя эту особу еще одной «работающей девицей».
– Я… я вроде бы успокоилась, инспектор. Наверное, я уже могу ответить на ваши вопросы.
Инспектор посмотрел на Агату:
– Это Айви Пул, миссис Маллоуэн. Подруга и соседка мисс Оутли.
Айви округлила свои темно-карие глаза и сказала:
– На самом деле, инспектор, Эвелин – миссис. Была замужем. Миссис Оутли, так ее надо называть. А я – мисс. Мисс Пул.
Инспектор занес это в записную книжку. Агата достала из кармана блокнот и тоже начала делать заметки.
Мисс Пул так и стояла в дверях своей квартиры, прислонясь к косяку: в этой позе было нечто чувственное, однако Агата не могла бы сказать, является ли это врожденным свойством, отражает род занятий или служит способом задобрить инспектора.
– А вы кто такая, милочка? – спросила мисс Пул у Агаты, нахмурившись.
Инспектор ответил за нее:
– Это мой секретарь. Мы оба ведем записи и позже их сверяем. Это стандартная следственная процедура, мисс Пул… Но вам, конечно, неоткуда об этом знать, вы ведь никогда не нарушали закон.
– Это точно, – подтвердила она. Рот у нее был красивый, а вот зубы кривые, и верхние, и нижние. – Закурить нету?
Инспектор снабдил ее сигаретой и дал прикурить.
Агате стало интересно: смогла бы эта особа вести себя столь же непринужденно, если бы видела ту же картину, что наблюдала она – истерзанный труп из соседней квартиры.
– Эвелин работала на улице? – спросил инспектор.
– Откуда мне знать? У меня есть работа, в ресторане.
– В каком именно?
– Ну… раньше была. Сейчас ищу новое место. Но Эви – она выходила по вечерам, так что сами делайте выводы.
– Муж с ней не живет?
– Нет. Они расстались. Его зовут Билл, по-моему. Он продавец, работает где-то на севере.
– Так что, она регулярно выходила по вечерам?