Сзади послышались звуки удаляющихся шагов, и девушка резко остановилась. Прерывистое дыхание сипло вырывалось изо рта.
Оглянувшись, Катя молча уставилась в промозглую тьму.
Никого.
Если не считать едва подрагивающую ветку увядшего кустарника – словно секунду назад ее кто-то задел ногой.
Она медленно двинулась вперед, шлепая кедами прямо по грязным, пузырящимся от дождя лужам. Пнула пустую пивную бутылку, остановившись в круге тусклого света фонаря.
– Я тут, – хрипло проговорила Катя, обводя взором окружающее пространство. – Ну?! Давай, выходи! Тут я!
Ее голос сорвался на надрывно-пронзительный крик:
– Давай же! Чего боишься?! Или ты привык нападать только со спины?! Да легко! На! Бери меня! Забирай, чертов трус!!!
Катя посмотрела в сторону кустарника. Ветка больше не дрожала, замерев в стылом ночном воздухе скрюченной лапкой.
– Не хочешь, – тихо произнесла она. – Все. Хватит с меня. Я…
Внезапно из ее глаз градом хлынули слезы.
– Я больше так не могу!!! – исступленно закричала она. – Я не хочу так!! Что тебе надо от меня?! Почему ты выбрал меня? Чего ты хочешь?! Забирай меня!! Забирай!!!
Захлебываясь рыданиями, она обессиленно упала на колени прямо в лужу.
– Забирай, – едва слышно всхлипнула она. – Пожалуйста… К маме… к папе…
Ее голова склонилась, а дождь продолжал лить равнодушно-холодной стеной.
Проводив Катю, Семен заехал в управление. Повозился какое-то время с бумагами, в который раз машинально пролистал досье на погибших девушек, затем устало посмотрел в окно.
«Глубокая ночь, – подумал он безо всяких эмоций. – Скоро светать начнет, а домой и не тянет…»
Конечно, можно было переночевать и здесь, но каким он предстанет утром на службе? Небритый, осунувшийся, в измятой, пропахшей потом рубашке?
Убрав документы в сейф, Капков закрыл кабинет, вышел на улицу, зашагал к машине.
Спустя полчаса он уже поднимался по ступенькам, пытаясь вспомнить, что же съестного у него есть в холодильнике. Не доходя пары ступенек до своей площадки, Семен остановился – у его двери на корточках сидела Катя. Насквозь промокшая, обхватив себя руками, она мелко тряслась от холода.
Следователь молча сел рядом, и она подняла голову.
– К-капков, у т-т-тебя есть чай? – стуча зубами, спросила девушка.
– И не только чай, – ответил Семен, доставая ключи из кармана. – Идем.
Через пятнадцать минут они расположились на кухне. На Кате была пестрая футболка с коротким рукавом и спортивные брюки, которые постоянно сползали, отчего ей приходилось их поддерживать, но девушка была рада и этой одежде. Ее мокрые вещи были аккуратно разложены на батарее.
– Тебе сейчас не чай нужен, – сказал Семен, внимательно посмотрев на нее. С этими словами он открыл холодильник, вытащив наружу запотевшую бутылку водки. Плеснув в стакан, следователь подвинул его в сторону Кати:
– Пей.
Она покачала головой.
– Это была паническая атака, Семен, – сказала она. – Как говорят мои друзья-психиатры… Я сейчас согреюсь и пойду.
– Куда ты пойдешь в такое время? Не чуди. Тебя никто не выгоняет, – мягко произнес Капков.
– И на том спасибо, – горько усмехнулась Катя. – Ты узнал что-нибудь о Ларисе? Хоть что-нибудь?