Однако она продолжала стоять рядом с комнатой, прислонившись к стене плечом и тяжело дыша.
Ничего не понимая, Семен вернулся, осторожно тронув ее за руку.
– Тебе нехорошо?
– Пить хочу, – выдавила Катя. – И душно что-то…
– Пойдем. Недолго осталось.
Следователь взял девушку под локоть, но едва Катя, отлипнув от стены, сделала первый шаг, кто-то с силой дернул ее назад, едва не свалив на пол.
– Стоять! – визгливо прокричал женский голос.
Капков не понимая смотрел, как та самая женщина, с которой он разговаривал минуту назад, держала за волосы Катю, другой рукой приставив к ее горлу опасную бритву.
– Стоять!! – повторила сумасшедшая. – Одно движение, и я полосну!
Семен медленно поднял руки вверх.
– Тихо, тихо, – ровно произнес он. – Все нормально! Уберите бритву. Зачем вам это?
Женщина рассмеялась сухим колючим смехом, и Капков подумал о ржавой сковороде, по дну которой ожесточенно скребли вилкой.
– Не узнал меня?! – хрипло выкрикнула женщина. Ее искаженное от ярости лицо было похоже на бесформенное серое пятно с глазами-дырами, в которых бесновалось пламя. – Забыл?!
– Спокойно. Я не узнал, – сказал следователь и осторожно спросил: – Кто вы?
– Теперь ты меня не забудешь, – пообещала она. Ее буквально трясло от ярости, и Капков боялся, как бы она ненароком не ранила Катю. Между тем на побледневшем лице девушки застыл непередаваемый ужас. Ее широко распахнутые глаза молили о помощи, и Семен лихорадочно соображал, как же можно ее вызволить из хватки этой взбеленившейся женщины.
– Прошу вас, не делайте этого, – сказал он. – Кто вы?
– Тебе было наплевать, – с ненавистью выдохнула женщина. – Ты даже не смотрел в мою сторону, ты пялился только в свои бумаги… Тварь! А я знаю, зачем ты засадил его! Только я знаю! Потому что ты сам убил Аллу! Ты ее убил, Капков! На тебе ее кровь! И кровь моего мужа!
На лице Семена отразилось понимание происходящего.
– Я узнал, – тихо промолвил он. – Вы – жена Саулова.
– Вдова! – закричала женщина. – Это две большие разницы, убийца!
Из-за разгорающегося шума двери комнат начали приоткрываться, сквозь щели мелькали испуганные лица обитателей общежития.
Капков сделал осторожный шаг вперед:
– Пожалуйста, не нужно этого делать.
– Ты ведь ее любишь? – неожиданно спросила женщина. – Любишь, я не сомневаюсь… Я видела, как ты на нее смотришь. Знаешь, как больно, когда отбирают любимых?
– Не надо, – произнес Капков, придвигаясь еще ближе.
– Это очень больно, – прошептала жена погибшего, всхлипнув. На секунду ее рука с бритвой, вздрогнув, опустилась вниз, и Капков, неотрывно следивший за происходящим, рванулся вперед. Перехватив руку с бритвой, он вывернул сустав, пытаясь заставить женщину разжать пальцы. Антон, оценив обстановку, стремглав метнулся на помощь следователю, перехватив вторую руку женщины.
Катя шмыгнула в сторону, испуганно ощупывая шею.
«Сколько раз за этот день к ней прикасались ножами и стеклами?» – невольно подумала она, со страхом глядя на извивающуюся на полу женщину.
Наконец бритва вывалилась из разжатых пальцев, и она взвыла в бессильной ярости.
Капков бросил взгляд на собственную руку, с запястья капала кровь.