− Рано радуемся, − отрезал Иакинф. – Глядите!
«Урна» на экране прекратила вращение и начала быстро двигаться в сторону наступающей эскадры. Неуклюжее с виду судно совершало манёвры, которым позавидовали бы самые лучшие самолёты-истребители. Оно уходило то вверх, то вниз, то в сторону, уворачиваясь от плазменных зарядов, которыми поливали его синорские корабли. Летающая цитадель Гхоршарэна в одночасье выпустила сотни жёлтых огненных шаров, распавшихся при столкновении с защитными полями синорян. Корабли эскадры испытывали сильные энергетические проблемы от сверхвысоких нагрузок на двигатели и отражатели, но продолжали бить по громаде вражеского судна.
Главное орудие «Альфы» перезарядилось, и Владимир снова получил приказ стрелять. Одновременно с флагманом залп произвели «Лямбда» и «Каппа-Дельта». Корабль Гхоршарэна снова закувыркался, стремительно удаляясь от эскадры. Наблюдатели увидели, как из его корпуса в нескольких местах вырвались яркие струи раскалённых газов, которые тут же погасли. Неприятельское судно стабилизировалось. Кто-то начал настойчиво пытаться выйти на связь с «Альфой». Находившийся в командном отсеке префект Ро́сии Синории, Борис Михайлович, приказал ответить.
На экранах возникло изображение помещения, стальные стены которого были покрыты изображениями существ, выпрыгнувших из самых отборных ночных кошмаров. Вокруг был беспорядок. По-видимому, два попадания и нестабилизированный полёт повлияли на силу тяжести внутри корабля. В большом крутящемся кресле, среди валявшихся на полу предметов и разбитых приборов, сидел сам Гхоршарэн из рода Гхоршаридов, повелитель всех родов и земель Магхорч.
− Глупцы! Как вы посмели стрелять в мою летающую крепость?! – воскликнул он по-русски. – Решили, что если сотни миллионов подданных изменили мне и переметнулись на сторону этого паршивого недобитка из рода Тохамакид, то вам теперь можно посягать на священную особу царя Магхорч?!
− Полагаю, ты не намерен сдаваться? – спросил Борис Михайлович.
− Если ты не отведёшь свои корабли, я уничтожу их, а затем буквально сожгу почву под твоими городами, не говоря уж об остальной планете! – Гхоршарэн сорвался на визг и вскочил со своего кресла. – Идиоты! Вы не знаете, с какой силой связались! Наш хозяин обладает такой мощью, которую вам не отразить, будь вас в тысячу… в миллион раз больше!
Глаза Гхоршарэна были полны ярости и безумия. На углах рта появилась пена.
− С Божьей помощью, и эту силу одолеем, − сказал Борис Михайлович. – Вернее, уже одолели, ибо Христос Воскресением победил смерть, а значит и тебя – её слугу.
Гхоршарэн что-то заорал. Вокруг него забегали элитные воины. Вражеский корабль стал крутиться вокруг своей оси. Вдруг все, кто находился на «Альфе», почувствовали, что весь корпус корабля задрожал и заходил ходуном. Всё вокруг словно поплыло. Послышался странный шум, будто рвались листы металла. Гравитация то исчезала, то меняла свой вектор.
Владимир понял, что уже почти не может различить, где верх, а где низ. Он слышал голоса находившихся поблизости людей. Разобрать можно было лишь отдельные слова. Голос Иакинфа говорил что-то про искажение ткани пространства, которая буквально «рвётся» вокруг корабля. На одном из экранов маячила безумная торжествующая рожа Гхоршарэна. Вдруг отчётливо послышался голос Бориса Михайловича.
− Огонь на поражение!
Владимир попытался нажать на светящийся зелёный огонёк на пульте, но промахнулся – всё двоилось и троилось. На секунду в душе возникла паника, что выстрела не произойдёт и корабль развалится на части, но он закрыл глаза и вспомнил тропарь Пасхи.
− Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав!
Повторяя про себя тропарь, Владимир обеими руками надавил на скачущий перед ним зелёный огонёк. И тут обезумевшее пространство вернулось в норму. На борту раздалось несколько громких хлопков, и освещение переключилось в аварийный режим. Экраны погасли. Только потом, на Земле, Владимир и его друзья увидели видеозапись, произведённую другими кораблями.
Защита враждебной космической цитадели не выдержала очередного прямого попадания главного калибра. В момент, когда луч с «Альфы» поразил вращающуюся «урну» Гхоршарэна, перед тем, как передатчики корабля Магхорч вышли из строя, в эфире появилось лицо царя. Оно вспучилось от жара, мгновенно объявшего всё судно. За две секунды наблюдатели успели заметить, как кожа Гхоршарэна лопнула и начала чернеть, а глаза буквально потекли из орбит. Затем картинка пропала. Царь испёкся заживо. Та же участь постигла всю его свиту и экипаж летающей цитадели – единственного космического аппарата Магхорч.
Летучие крепости открыли огонь. Исполинская космическая цитадель, ставшая мёртвым куском стали, была за минуту обращена в пыль. «Альфу», «Стигма-Йоту» и «Гамма-Йоту» взяли на буксир – другие корабли потянули их силовыми лучами к Земле, где все выпуски новостей только и делали, что восторженно транслировали фрагменты боя эскадры с последним оплотом Гхоршарэна.
Глава 46
Жители городов и посёлков выскакивали на улицы с криками радости, когда победоносная эскадра Ро́сии Синории вошла в атмосферу. Грохот фейерверков не стихал несколько дней подряд по всей планете. Люди словно превратились в малых детей, которые проснулись утром праздничного дня и увидели самый желанный подарок перед своей кроватью. Непрекращающиеся восстановительные работы и рытьё гигантских братских могил временно отошли на второй план – радость победы была столь сильна, что никакая горечь утрат не могла перекрыть её. Тем, кто потерял всё, включая близких людей, сейчас казалось, что погибшие радуются победе и отмщению вместе со всеми. Тёплая весенняя погода добавляла ощущения всеобщего единства и возрождения.
Исчезли из виду все прежние конфликты между народами, религиозными учениями и социальными классами. Казалось, что победа сплотила всех настолько, что уже ничто и никогда не сможет расколоть человеческое единство. Все вокруг делились друг с другом, чем только возможно: пищей, водой, одеждой и кровом. Совершенно незнакомые между собой люди собирались и строили для себя общие дома, брали на воспитание сирот, чьих родителей никогда не видели, собирали общий урожай с клочков плодородной земли.
Крупнейшими промышленными державами на планете оставались Исетская Лига, Ро́сия Синориа и чудом оставшаяся в стороне от конфликта Япония. Их предприятия стали работать круглосуточно ещё во время войны, но теперь, после демобилизации, возросло количество рабочих рук, и поток продукции оказался столь велик, что транспортники едва справлялись с задачами своевременных поставок в пострадавшие регионы мира.
Однако пока народы ликовали под действием победной эйфории, уцелевшие в войне политики и экономисты, решили, что пора позаботиться о новом мироустройстве. Организация Объединённых Наций фактически перестала существовать. Генеральный секретарь погиб ещё в первые недели боевых действий. Некоторые государства-члены ООН были стёрты с карты. Никто даже не решался говорить о восстановлении государственности стран, где от миллионов остались едва лишь жалкие тысячи выживших граждан. Тем не менее, мир остро нуждался в международной организации, которая была бы единым правовым регулятором, ответственным за миротворческую деятельность и решение глобальных проблем Земли. Всем уже было ясно, что ООН не будет восстановлена в прежнем формате.
В полуразрушенном Нью-Йорке, в бывшем особняке Аршеона Зармахиада, уже отмытого от крови покончивших с собой приверженцев Гхоршарэна, собралось особое заседание Генеральной Ассамблеи ООН. Некоторые откровенно удивлялись тому, что для такой цели не были избраны другие крупные города, менее затронутые войной. Однако все согласились с мнением некоторых влиятельных мировых политиков, что город, освобождённый героическими усилиями интернациональной коалиции, бывший и прежде штаб-квартирой ООН – лучшее место для проведения Ассамблеи.
Уже было ясно, что первое послевоенное заседание станет и последним. На нём должен был решиться вопрос, в каком виде ООН будет существовать дальше, или какая новая организация должна прийти ей на смену.
Для начала собравшиеся участники ассамблеи решили избрать временного председателя. Эту должность хотели было предложить Евгению Антоновичу Грязнову – полномочному представителю России, имевшему большой опыт в деле восстановления мира после Большой Аравийско-Средиземноморской войны. Пожилой дипломат отказался, предложив избрать кого-то более молодого, мотивировав это тем, что для ликвидации последствий мировой катастрофы нужны энергичные и остро мыслящие люди.
Следующим претендентом был индийский политик и крупный деятель медицины Бахадур Сингх Саджан, бывший сотрудник ВОЗ. Несколько лет назад он принимал личное участие в ликвидации пандемии так называемой «замбийской лихорадки», в короткие сроки поразившей почти весь африканский континент. Сейчас талантливый эпидемиолог и организатор попросил сутки на размышление.
На следующий день, когда заседание продолжилось, Саджан выступил с речью.
− Я благодарен вам, друзья, за оказанную мне честь, − говорил он, стоя на трибуне в зале приёмов дворца Зармахиада. – Я согласен с утверждением достопочтенного господина Грязнова, что для возрождения планеты нужны свежие и молодые силы, но считаю, что я не гожусь на эту роль, ибо я всё-таки в большей мере представитель науки, нежели администратор. Мне кажется, и вы возможно согласитесь с этим, что ООН в новом формате мог бы возглавить такой замечательный и всесторонне развитый человек, как мой покойный друг и соратник Сильвестр Кинг. Вчера мы почтили его светлую память минутой молчания, но я думаю, что лучшим увековечиванием его дел стало бы продолжение развития миротворческих идей этого талантливого человека. Он создал команду толковых и решительных людей. Среди нас находится его помощник и заместитель, полковник Тесей Хайрам. Я знаю лично его самого и его жену Шанталь, которая, будучи генетиком, нашла ключ к разгадке многих человеческих заболеваний, побеждённых в последние годы. Если Кинг был «головой», то Тесей – его «руками». Осуществлением многих довоенных проектов Сильвестр был обязан ему. Во время войны Тесей Хайрам стал незаменимым в деле организации и координации сил Сопротивления. Его главными качествами являются самоотверженность, высокая работоспособность и скромность. Я искренне уверен, что если кто и должен возглавить новую организацию, объединяющую все народы мира, так это только он.
Будучи новым лидером американского Сопротивления, а, следовательно, и главным полномочным представителем народа Соединённых Штатов Америки, Тесей Хайрам присутствовал на заседании Ассамблеи. Пока Бахадур Сингх Саджан говорил о его заслугах и качествах, он покраснел и стал беспокойно озираться, словно желая выйти из зала, из-под обращённых на него взоров присутствующих. Когда объявили небольшой перерыв, Тесей выскользнул в коридор и до продолжения заседания простоял в задумчивом одиночестве у окна, выходящего на полуразрушенное здание Хаммерштайн Балрум. Когда он вернулся в зал, временный спикер Ассамблеи сообщил, что его хотят видеть на трибуне.
Тесей оправил мундир и, продолжая краснеть, занял своё место перед многочисленной аудиторией.