− Воистину Воскресе!
Раздался громкий мелодичный писк. Многочисленные присутствующие встрепенулись и прекратили разговоры. В кают-компанию вошёл префект и заговорил на синорском наречии без переводчиков, но здесь его понимали абсолютно все.
− Соратники, я рад видеть вас всех! Ещё раз поздравляю с праздником светлой Пасхи. Христос Воскресе! Только с верой в Него мы смогли одолеть выпавшее на нашу долю испытание. Победа близка, но ещё не окончательна. Столица Гхоршарэна, город Монуфр, открыл ворота перед нами и нашими союзниками, высадившимися в Австралии, но сам царь бежал.
Тем временем на белую стену кают-компании проецировалось изображение фрагментов битвы за Австралию. На одном из снимков исетский солдат и синорский аколит водружали флаги на крыше какой-то цитадели. Габров икнул от изумления, узнав в храбром аколите Данилу Богатырцева.
− Видали? – шёпотом спросил он у друзей.
− Ещё бы, – ответил Бочкарёв.
− Ну, наконец-то пошло на пользу людям его шило в ж… кхм… − прокряхтел Егоров.
Префект тем временем продолжал свою речь.
− Мы всего ожидали от наших врагов, но они снова пытаются удивить нас. До последнего времени противник ни разу не использовал аппаратов, которые могут перемещаться сквозь космос. Наш соратник Меркурий-Ашетэх Учтарданат ранее сообщал, что задолго до войны на его прежней планете разрабатывали способы перемещения гигантских космических кораблей. С началом возвращения Магхорч на Землю эти проекты были прекращены, но сегодня мы убедились, что это вовсе не так.
На экране появилось изображение. Это был снимок, сделанный с большой высоты. Крупный город, изображённый на нём, рассекал гигантский разлом, заполненный огненным морем.
− Это Южная Америка. Город Белу-Оризонти. Он смог уцелеть во время оккупации силами Гхоршарэна, которые к концу войны перешли на нашу сторону. Всего два часа назад он подвергся обстрелу из космоса и был почти целиком уничтожен. Точное количество жертв неизвестно, но, по предварительным данным, уже превышает несколько сотен тысяч. Противник применил оружие, напоминающее наши квантовые средства воздействия на структуру материи, а также их собственные модуляторы фазовых переходов. Мощный излучатель атаковавшего корабля фактически превратил земную кору на этом участке в песок и пыль, а магма стала выплёскиваться на поверхность. Сейчас космическое судно противника скрывается за Луной. Нам известно, что Гхоршарэн на его борту. Он передал сообщение для всех жителей планеты, пообещав, что уничтожит жизнь на поверхности Земли, если она не покорится ему. Нашим летучим кораблям надлежит отправиться навстречу врагу, чтобы окончательно добить его.
Борис Михайлович обвёл взглядом кают-компанию. Все молчали. Он вздохнул, немного помолчал и продолжил.
− Космический корабль Гхоршарэна примерно в пять раз больше, чем любой из наших. Согласно имеющимся у нас данным, всё время войны этот аппарат достраивался, оставаясь на планете Магхорч, поэтому царь смог использовать его лишь сейчас. Он заполнен всевозможными видами вооружений, которые неприятель раньше не применял. Радиус действия этих средств поражения намного превышает расстояние, на котором эффективно наше оружие. Одному Всевышнему известно, вернёмся ли мы домой с победой, и вернёмся ли вообще. Сейчас большая часть наших кораблей отправится к Луне, где мы, несмотря на наши возможности, никогда не бывали. Я хотел бы спросить вас, хотите ли вы идти на эту битву, когда всех дома уже ждут родные и близкие, готовящиеся встретить нас с победой. Но я не спрашиваю этого. Мне горестно от осознания того, что я собираюсь отправить вас на возможную погибель. Однако война ещё идёт, и я призываю вас чтить воинский долг. Поэтому приказываю в течение 15 минут всем занять места на кораблях согласно предусмотренной инструкции и приготовиться к бою. Помните, Христос Воскрес, чтобы и мы смогли победить смерть. А теперь по местам! С Богом!
Кают-компания опустела в течение трёх минут. Иакинф привёл Владимира, Егорова, Габрова и Бочкарёва в один из отсеков, где уже находились несколько катафрактов. Воевода посадил Владимира за какой-то пульт, а остальных на длинную лавку у стены, на которой имелись поручни для рук.
− Ого, да это же орудийный пульт! – воскликнул Владимир, глядя на светящиеся стеклянные пластины перед собой.
− Ты что, знаешь, как им пользоваться? – удивился Габров.
− Да, меня научили.
− Мы установили новые «внештатные» орудия, − сказал Иакинф, занимая место на лавке и пристёгивая себя специальным тросом к поручням. – Я счёл нужным, что наш отряд тоже должен подготовить борт-стрелка для одного из них. Пока вы трое участвовали в зимних боевых действиях в Китае, я решил направить Вову на краткосрочное обучение. Сейчас он будет управлять огневой системой, а мы подождём, не прикажут ли нам высадиться на борт корабля противника.
− Эх, вот надо же оказаться в нужное время и в нужном месте, − пробурчал Габров, явно грезивший побыть канониром хоть и в маленькой, но всё-таки космической войне.
Синорские корабли разворачивали носы в сторону естественного спутника Земли. Эскадра из двадцати гигантских аппаратов выстроилась в линию, длиной в 400 километров, затем корабли произвели синхронную телепортацию, мгновенно преодолев две трети расстояния от Земли до Луны. После нового «прыжка» они оказались всего в тысяче километров над лунной поверхностью. Эскадра разделилась на пять групп, одна из которых осталась на месте, а остальные стали облетать ночное светило с четырёх сторон.
«Альфа» шла во главе «четвёрки», огибавшей Луну над северным полюсом. Внезапно с «Гамма-Йоты» пришло тревожное сообщение. Датчики расстояний и скорости стали показывать околесицу. Через минуту на остальных кораблях, оказавшихся над обратной стороной Луны, началось то же самое. Эскадра стала поспешно зондировать пространство впереди себя с помощью излучения нейтрализаторов. «Стигма-Йота» нащупала что-то впереди, на расстоянии 1200 километров, и тут же подверглась воздействию мощного удара вражеского оружия. Корабль стал сходить с курса. Экипаж сообщил о нескольких пожарах на борту и мгновенной потере 70 процентов мощности двигателей и генераторов защитных полей.
«Гамма-Йота», «Альфа» и «Дзета» обогнали подстреленное судно и выстроились перед ним, включив защиту на полную мощность. Другие корабли продолжали облучать врага нейтрализаторами, и тут гигантская махина, потеряв визуальную маскировку, стала видна на экранах синорян.
Владимиру, сидящему за орудийным пультом, было отлично видно эту громадину. Отчего-то она вызывала у него странные ассоциации не то с надгробием, не то с урной для праха. Вражеский корабль действительно имел странную форму. С той стороны, откуда его мог видеть Владимир, он напоминал перевёрнутую усечённую пирамиду, воткнутую в плоский многоугольник. Объект имел бурый окрас, похожий на ржавчину.
Новый удар приняла на себя «Гамма-Йота». Корабль стало относить назад, и он едва избежал столкновения со «Стигма-Йотой».
По эскадре прошёл приказ князя-воеводы:
− Всем кораблям – огонь на поражение!
Командир «Альфы» повторил приказ для операторов орудий. Красные светящиеся шары полетели в сторону неприятеля. Владимир навёл фокус на громаду вражеского корабля и активировал излучатель. Яркий белый луч, затмевающий и Солнце и звёзды, вырвался из корпуса флагмана. Тут произошло невообразимое: гигантская «урна» вражеского судна, имевшая не менее 10 километров в высоту и 12 – 13 в ширину, от удара «главного калибра» стала кувыркаться в пространстве, будто это простая картонная коробка, подхваченная ураганным ветром.
− У, зараза! – прокомментировал Слава Егоров удачный выстрел. – Не нравится? А?!
− Похоже, они сейчас сами себе за шиворот насрали! – злорадно процедил Габров.
− Точно! Так в своём учебнике истории и напиши! − усмехнулся Бочкарёв.