Он кивнул.
– Вот команды и отправились в путь, лорд.
– И куда?
– Они собираются в Йофервике, – ответил Оффа.
Я уже слышал эту новость от торговцев, которые побывали в Нортумбрии. О том, что подошли корабли с амбициозными и алчными воинами. Однако все торговцы утверждали, что армия собирается для нападения на скоттов.
– Они хотят, чтобы ты так думал, – сказал Оффа. Он кончиком пальца обвел голову Альфреда, вычеканенную на серебряной монете. – Хитро ты все придумал, там, в Натанграфуме, – с бесстрастным выражением на лице добавил он.
Я промолчал. Мимо таверны пронеслась стая гусей, оглашая окрестности злобными криками. На них залаяла собака.
– Не знаю, что ты имеешь в виду, – наконец сказал я.
– Я никому не рассказывал, – заверил меня Оффа.
– Ты фантазируешь, Оффа, – сказал я.
Он мгновение пристально смотрел на меня, а потом перекрестил тощую грудь.
– Даю слово, лорд, я никому не говорил. Но ловко ты все придумал, честь тебе и хвала. Это так разозлило ярла Сигурда! – Он хмыкнул и костяной ручкой ножа расколол орех. – Что сказал один из твоих ангелов? Что Сигурд – мелкая сошка без существенных доходов. – Он снова хмыкнул и покачал головой. – Это жутко разозлило его, лорд. Возможно, именно поэтому Сигурд дает Йорику деньги, много денег. Йорик примкнет к остальным датчанам.
– Эдуард говорит, что Йорик дал торжественное обещание соблюдать мир, – напомнил я.
– Ты сам знаешь, чего стоят обещания Йорика, – отмахнулся Оффа. – Они собираются сделать то, что должны были бы сделать двадцать лет назад, лорд. Они собираются объединиться против Уэссекса. Все датчане и все саксы, которые ненавидят Эдуарда.
– А Рагнар? – спросил я. Рагнар был моим давним и близким другом, и я воспринимал его как брата. Правда, мы не виделись с ним много лет.
– Он не очень хорошо себя чувствует, – ответил Оффа, – во всяком случае, не настолько, чтобы отправиться в военный поход.
Эта весть расстроила меня. Я налил себе эля, и одна из служанок поспешила проверить, не опустел ли наш кувшин. Я жестом отослал ее прочь.
– А что насчет Сента? – спросил я.
– А что насчет Сента, лорд?
– Сигебрихт ненавидит Эдуарда, – ответил я, – и хочет иметь собственное королевство.
Оффа покачал головой.
– Сигебрихт – молодой дурак, лорд, отец быстро осадил его. Хлыст выполнил свою задачу, так что Сент останется лояльным. – Его голос звучал очень уверенно.
– Сигебрихт больше не ведет переговоры с датчанами? – спросил я.
– Если и ведет, я об этом ничего не слышал, – ответил Оффа. – Нет, лорд, Сент лоялен. Сигельф знает, что самому ему Сент не удержать, а Уэссекс для него лучший союзник, чем датчане.
– Ты рассказывал все это Эдуарду?
– Я рассказывал отцу Коэнвульфу, – ответил он. Теперь уже Коэнвульф был ближайшим советником Эдуарда. – Я даже сказал ему, где начнется атака.
– И где же?
Он посмотрел на мои монеты, лежащие на столе, и промолчал. Я вздохнул и добавил еще две. Оффа подвинул монеты к себе и выстроил в одну линию.
– Они хотят, чтобы ты думал, будто нападение начнется из Восточной Англии, – наконец нарушил он молчание, – но на самом деле все не так. Они атакуют из Сестера.
– Откуда ты знаешь? – удивился я.