Она поразмыслила над этим и неохотно кивнула.
— Да. И Кнут придет за ней?
— Он придет за мной.
— Скромности тебе не занимать.
— Я ранил его гордость. Он придет.
— Ох уж эти мужчины с их гордостью.
— Хочешь, чтобы я стал смиренным?
— С таким же успехом я могла бы надеяться, что луна начнет кувыркаться, — ответила она, наклонила голову и поцеловала меня в щеку. — Осферт влюбился, это довольно трогательно, — заявила она.
— В Ингульфрид?
— Я бы хотела с ней встретиться, — сказала Этельфлед.
— Она умна, очень умна.
— Как и Осферт, и он заслуживает умную женщину.
— Я пошлю его обратно к твоему брату, — объявил я. Осферт поехал на север после того, как доставил мое послание Эдуарду, а тот отправил его в Глевекестр, чтобы приказать Этельфлед вернуться в Уэссекс, этот приказ она ожидаемо проигнорировала.
Осферт прибыл в Глевекестр лишь за несколько часов до того, как датчане высадились к югу от города, и теперь он должен был вернуться, чтобы поторопить западных саксов.
— Твой брат собирает армию?
— Так говорит Осферт.
— Но поведет ли он ее на север?
— Ему придется, — жестко произнесла Этельфлед.
— Скажу Осферту, чтобы дал Эдуарду пинка под зад.
— Осферт такого никогда не сделает, — возразила она, — но будет рад вернуться в Уэссекс. Он оставил свою леди в Винтанкестере.
— А я свою в Глевекестре, — сказал я.
— Я знала, что ты вернешься, — она заворочалась, похлопывая своей маленькой ручкой по моей груди.
— Я подумывал, не присоединиться ли к Кнуту.
— Неправда.
— Он хотел, чтобы я стал его союзником, а вместо этого мне придется его убить, — я подумал о Ледяной Злобе, мече Кнута, и о его прославленном мастерстве и почувствовал, как по телу пробежали мурашки.
— Придется.
— Придется, — я гадал, стал ли Кнут с возрастом более медлительным. А я?
— Как ты поступишь с мальчишкой?
— С сыном Ингульфрид? Продам его отцу, когда покончу с Кнутом.
— Осферт рассказал, что ты почти захватил Беббанбург.