На улице все долго не могут распрощаться друг с другом. Ещё бы! Распрощаться — это закончить праздник. Продолжаю слышать «спасибо», «прекрасно», «какая Таточка умница!», «какие молодцы вы, ребята!».
Мы скромно принимаем поздравления, в конце концов, какая у нас особая заслуга?!
И тут Василий Иваныч неожиданно восклицает:
— Дорогие родители! Я хотел бы на завтра пригласить мужскую половину звёздочки в нашу замечательную образцовую баню, поверьте, это тоже будет полезное для их здоровья дело…
Все замолкают. Мама, чувствую, не очень довольна. Бабушка Байкина тоже.
— Зачем же в баню, — решается возразить она, — когда есть ванны?!
— Но как вы можете сравнивать, Екатерина Константиновна?! — возмущается Василий Иванович. — Баня — это рай! А ванна — всё равно что большая суповая кастрюля! Так что вы, пожалуйста, меня не обижайте!
Родители замолкают. Никто не хочет огорчать лучшего банщика района.
В назначенный час собрались мы трое: Севка, я и Федя. Не пришёл Мишка Фешин, его всё-таки не отпустили.
Конечно, жалко, но ничего, как говорят, не попишешь.
Сразу же направились к бане, в старинный кирпичный дом напротив рыбного магазина. Федя почувствовал себя главным — баня была для него невнове. Он проверил общую нашу готовность.
— Мыло, надеюсь, взяли?! — спрашивал он очень строго. — А мочалки?!
Мы были вполне готовы.
Василий Иванович встретил нас в белом халате, как доктор. Правда, тапочки у него были на босу ногу.
— Прошу, ребятки! — радушно хлопотал он. — Вас ждёт расчудесная банька.
Он сразу же повёл нас в раздевалку. Поставил на столик бутылки «пепси», три штуки! Но предупредил, что пить правильнее после бани, когда начнём одеваться.
— Это мой подарок! — объяснил Василий Иваныч.
Мы, конечно, поблагодарили.
Разделись моментально. Понеслись к двери.
— Будьте осторожней с горячей! — крикнул вслед Поликарпов-старший. — Ты, Федя, следи! Ты всё знаешь!
— Не боись! — крикнул ему весело Федя.
Ну и духота оказалась в бане!
Я помыл таз, как приказывал Федя, окатил скамейку кипятком. Севка сделал так же. Потом я налил два таза воды: в один встал ногами, в другой — опустил голову. И стал мылить.
— Готов спорить! — закричал радостно Севка. — Баню нельзя даже сравнивать с ванной!
И Байкин принялся так взбивать пену, что она поднялась над шайкой в виде густой пышной шапки. Тогда Севка стал накладывать на себя мыльные лепёшки.
— Превращаюсь в пирожное безе! — объявил Севка.
Мыло постепенно закрывало всё Севкино тело, свободного места не оставалось. Белая гора с двумя ногами, а не Байкин.
— Давай, Дырочкин, — не унимался Севка, — и тебя обляпаем. И Федьку. Будем снежные люди. Ты читал про снежного человека?
— Читал, — сказал я. — Только мы станем мыльные люди…