Страсти по Анне: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вы смеетесь надо мной? — с притворным гневом вскричала она. — Ученых людей я всю жизнь боюсь. Книжки не знаю, как в руки брать, а вы мне говорите о философствовании!

Вскоре Вадим Александрович начал прощаться с нами. Я внимательно наблюдала, как поведет себя Аверинцева, но она только равнодушно протянула ему руку для поцелуя и сказала:

— Надеюсь, мы еще увидимся с вами. И Любомирский ушел.

— Ох уж эти слова, слова, слова! — сказала Вирсавия Андреевна, глядя куда-то мимо меня. — Когда я выходила замуж, то была наивна настолько, что и не догадывалась об особенностях собственной физиологии. И философские темы для меня были тайной за семью печатями. Да и сейчас я несильна в них. Просто научилась слушать собеседников, вовремя кивать и болтать глупости, выдавая их за личные взгляды.

— Вы слишком беспощадны к себе, — сказала я. Мне надо было разобраться со всеми чувствами, на меня обрушившимися, и, если честно, мне хотелось, чтобы Вирсавия Андреевна поскорее ушла.

А вы, моя милая Анна Николаевна, слишком счастливы, — в ответ сказала она. — И не метайте в меня огненных взглядов. Если я не скажу, то кто вам скажет? Будьте осторожней.

— Счастлива? — повторила я, словно ища себе оправдания.

— Я говорю о дачном климате! — тонко улыбнулась Вирсавия Андреевна. — Он улучшает и цвет лица, и настроение. Однако люди предпочитают видеть вокруг себя слабых и болезненных. Так что хотя бы вуалируйте свое здоровье. Мне пора! Сегодня вечером я уже уеду. Боюсь, что увидимся мы с вами теперь только осенью!

Я смотрела ей вслед: как она шла по песчаной дорожке — красивая, тонкая, наблюдательная, и почему-то мне казалось, что под ее модным платьем надета власяница, а ноги ее босы и что она очень хорошо чувствует каждый мелкий камушек, каждую песчинку своими ступнями.

Глава 7

Разговаривать со своим отражением в зеркале — глупейшее занятие, но иногда я к нему прибегала:

— Мне надо что-то сделать, — сказала я точно такой же даме. И она кивнула. — Мне надо разобраться во всем — и чем скорее, тем лучше. Вадим Александрович ко мне приходит каждый день, и я ему не безынтересна. И Боже мой! мне приятно быть с ним. — Дама в зеркале улыбнулась чарующе. — Как много бы я отдала за то, чтобы он был со мною еще чаще! — Дама опустила ресницы, но было видно, что ей интересна предложенная тема. — Вадим Александрович всегда любезен и весел. С ним так хорошо, что сердце замирает и дрожит!..

Дама примерила серьги.

— Хорошо! — успокоила ее я. — Может, сегодня в этих серьгах появиться? Помнится, Николке они нравились. Только Николка сейчас в учебных лагерях, до самого выпуска из училища. Даже не попрощался со мною, прислал записку, да и ту сердитую. Верно, злится на меня. А что сердиться? Он мне брат, и все наши глупые поцелуи в моей спальне не больше чем шалость. Вадим Александрович — другое дело.

Дама уже примеряла такую же нитку жемчуга, что и я, немного обнажила грудь, оценивая матовый блеск на коже.

— Может, мне завести любовника? — спросила я. — Пока обстановка соответствует этому нелепому желанию… Вадим… — мечтательно и нараспев произнесла я. — Вадим…

Дама улыбнулась, но потом нахмурила идеальные брови.

— Но, кажется, у моих желаний есть одна помеха, — поделилась я с ней. — Я ни за что не смогу позволить себе ничего греховного, пока со мной моя святая… Придется немного пожертвовать привычкой ради нового счастья.

Я отвернулась от зеркала и позвала:

— Таня! Приди сюда!

Появилась Таня, загоревшая под летним солнцем.

— Вы звали, Анна Николаевна.

— Звала. Скажи мне, Танечка, тебе тут не скучно?

— Нет, Анна Николаевна, — растерялась она. — Отчего скучно?

— И все равно. Подумала я, Танечка, отправить тебя домой. Там Александр Михайлович… Будешь вовремя приносить ему кофе в кабинет. Приготовишь комнату к моему приезду, я скажу, что надо сменить: шторы там уже никуда не годятся, ковер на полу вытерся…

— А как же вы здесь?..

— Тут со мной останется… Как же ее зовут? Новая горничная… Дарья! Она вчера причесывала меня, и очень неплохо! Так что готовься, Танечка, завтра поедешь домой. Ты не рада?

— Как прикажете, Анна Николаевна, — отозвалась она.

Мы с Любомирским катались по пруду на лодке. Вокруг царила зелень, плакучие ивы полоскали ветви в теплой воде. Я была во всем белом, в широкополой шляпе и была счастлива.

— Если бы мне раньше сказали, что на земле есть рай, не поверила бы. А вот сейчас…