Джулия присела в изысканном реверансе, а потом поняла, что еще сжимает свой кинжал. Она улыбнулась, подняла брючину, щедро обнажив ногу, и беззаботно сунула кинжал в голенище сапожка. Дракон широко улыбнулся, свет ярко блеснул на острых зубах. Нескольких ближайших придворных внезапно охватил приступ скромности и они живо растаяли в толпе. Единорог нервно дергал головой, обновляя дверной косяк.
— Сделаешь еще раз, — пробормотал Руперт, — и так поможешь мне, что я завяжу тебя узлом.
— Руперт, дружище, как хорошо видеть, что ты вернулся в целости и сохранности, — прогудел низкий голос из задних рядов придворных. Руперт повернулся и увидел, как между расступившимися придворными вперед уверенно шагает его брат Харальд, чтобы поздороваться с ним. Высокий, классически красивый, нагруженный мускулами, Харальд до последнего дюйма выглядел героем из легенды и сознавал это. Он похлопал Руперта по плечу и крепко пожал его руку. Оба жали до хруста костей и Руперт, как всегда, проиграл.
— Интересного дракона ты привел нам, мой мальчик, — весело сказал Харальд. — Знаешь, предполагалось, что вначале ты его убьешь.
— Можешь сам попробовать, — улыбнулся Руперт, украдкой потряхивая рукой, чтобы снять оцепенение с пальцев. Харальд глянул на дракона, который облизывал губы длинным раздвоенным языком и голодными глазами разглядывал старшего принца.
— Может быть, как-нибудь потом, — сказал Харальд и живо повернулся, чтобы чарующе улыбнуться Джулии. — Что ж, Руперт, по крайней мере улучшился твой вкус относительно женщин. Не хочешь ли нас представить?
— У меня ощущение, что один из вас об этом пожалеет, — сказал Руперт.
— Принцесса Джулия из Пригорья, могу я представить вам своего брата, принца Харальда из Лесного Королевства?
Привыкший уже к яростной реакции своих друзей, Руперт почти не был захвачен врасплох, когда весь Двор разинул рты в том, что подозрительно походило на легкий шок. Джулия бросила лишь взгляд на протянутую руку Харальда, а потом бросилась на него с воплем чистейшего бешенства. Харальд взглянул на правую руку Джулии и у него отвисла челюсть. Он отступал, беспомощно отмахиваясь руками. Джулия настроилась сделать выпад и свалить Харальда, но Руперт понял обстановку и схватил ее сзади.
— В чем теперь-то дело? — устало потребовал он ответа. — Ты можешь поладить хоть с кем-нибудь?
— Это он, — вопила принцесса, вырываясь.
— Я знаю, что это он, — рявкнул Руперт. — Я же вас представил, не помнишь?
Джулия вдруг перестала бороться и Руперт устало отпустил ее.
— Ты не понимаешь, — вяло сказала она. — Он тот самый принц, за которого мне полагалось выйти замуж; тот самый, от которого я сбежала.
Руперт с отвращением на мгновение закрыл глаза. Каждый раз, когда ему кажется, что он обрел сноровку…
— Почему ты ничего не сказала раньше, Джулия?
— Я не знала его имени, Руперт. Мне так и не сказали. Я была обещана в жены, когда была еще ребенком; предполагалось, что церемония состоится, как только я войду в возраст. Твой отец и мой в знак соглашения обменялись кольцами гравированного белого золота. Я ношу свое с четырех лет, а Харальд продолжает носить свое. Я увидела кольцо на его руке. На нем точно такой же рисунок, что и на моем.
Руперт уставился на брата, который был занят сбором оставшихся осколков своего самообладания.
— Это правда? Ты хотел жениться на ней?
— Ну да, дорогой мальчик, так предполагалось, однако…
— Однако что?
— Ну, она же потом сбежала, — с обидой сказал Харальд. — Таково было дело, и отец вполне естественно договорился о другом браке для меня, с дочерью одного из баронов. Милая маленькая кобылка. Чертовски хорошее приданное и солидные политические связи. Не хочешь поделиться с нами еще какой-нибудь катастрофической новостью?
— Дай мне секунду, — ответил Руперт. — Уверен, что я смогу что-нибудь придумать.
Харальд отошел переброситься несколькими тихими словами с королем, пока Руперт делал все что мог, чтобы успокоить бушующую Джулию.
— Я не пойду за него! — яростно огрызалась она. — Лучше уйду в монастырь!
Голова Руперта закружилась при мысли о Джулии в монастыре, однако он постарался остаться спокойным.
— Тебе и не надо выходить за него, — успокаивающе пообещал он. — Я что-нибудь придумаю.
Джулия фыркнула, никак не убежденная, и с сомнением рассматривала Харальда.
— Он твой брат — ну и каков же он?
— Яркий, видный, удачливый с женщинами. Три хорошие причины, чтобы его ненавидеть. Тем не менее, Харальд также напыщенный, педантичный, работоспособный насмешник, который думает, что было бы забавно объявить вне закона любого, у кого нет настоящего благородного происхождения. Когда я был мальчишкой, он превратил мою жизнь в ад. У меня все еще не сошли несколько его шрамов. В основе своей он твердоголовый, беспощадный мерзавец, который может стать великим королем.