Демиург местного значения (СИ): читать начало книги онлайн

Ну, хорошо, нырнул, нашел щель, через которую можно пролезть внутрь города, что дальше? В одиночку перебью весь гарнизон? Да даже ворота в одиночку не открою — ворота в лютеции были знатные, тяжелые, толстые, обитые железом. Одному человеку створку сдвинуть не по силам. Вывод: надо искать в войске хороших ныряльщиков. Что-то подсказывает, что среди варангов, выросших на море, такие должны найтись. Сколько? Думаю, десятков пять. Больше — сложно будет незаметно проникнуть через арку. Меньше — не справимся с воротной охраной, а если и справимся — не удержим эти ворота нужное для подхода основных сил время. Но вначале — разведка. Есть ли, все же, щель-то? И никому кроме себя любимого эту задачу поручить, пожалуй, нельзя. О, боги! Снова нашел приключений на свою многострадальную задницу! А что делать, назвался посланником — полезай… не знаю куда, похоже, в ту же задницу.

Заснуть уже не смог. Вышел из шатра. Ночь. Глухая. По ощущениям час-два. Отсутствие часов в этом мире поначалу раздражало. Потом привык. Хотя, жаль, что все мое снаряжение, в котором я выбрался сюда, сгорело тогда в Святом. Оно лежало в подвале дома-храма, где я жил. А для предстоящих водных процедур погибший гидрокостюм очень даже пригодился бы.

Почувствовал позади легкое движение. Оглянулся — Туробой. Одетый, вооруженный и даже облаченный в кольчугу. Опять не дал поспать мужику. Ну, что сделано, то сделано. Пожалуй, надо пойти к госпитальной части лагеря. Туда пластуны уже должны начать подтаскивать раненых от стены. Двинулись. В сопровождении десятка охраны. Раненых оказалось немного — двенадцать человек. В очень тяжелом состоянии. Ну, это поправимо. Провел сеанс. Потом подождал еще пару часов, пока не начало светать. За это время доставили еще десяток увечных. Закончив с лечением, двинул к шатру. Позавтракал и приказал седлать коней — надо было более внимательно присмотреться к месту предстоящего купания.

Выехали вдвоем с Туробоем и десятком охраны, естественно. Остальной начальствующий состав отсыпался. Вот и славно. Чем меньше будет посвященных в предстоящую операцию — тем лучше. Шпионы румийцев у нас в лагере наверняка имеются. Вообще, все это нужно держать в строжайшем секрете. Не хотелось бы попасть, вылезая из воды внутри города, в теплые объятия готовых к встрече легионеров. Ну да, а при отборе ныряльщиков посвящать их в детали вовсе необязательно. Расскажем о предстоящей задаче непосредственно перед заплывом.

Пока размышлял обо всем этом, подъехали к берегу. Метрах в трехстах от стены-моста. Выше по течению. Проникать в город решил отсюда. Не нужно будет тратить силы на преодоление течения. Опять же, можно прикрываться плывущим по реке мусором — ветках, а иногда целых деревьях. Все это добро скапливалось у решеток, которые осажденные периодически открывали, пропуская дальше по реке, накопившийся плавник. Иначе тот за время осады он образовал бы здесь целые завалы. Сейчас перед интересующей меня аркой колыхалось пара крупных стволов с ветвями и куча более мелкого мусора. Деревья — это хорошо. Тем более, их количество можно увеличить искусственно. В общем, все что хотел, я увидел. Можно было возвращаться в лагерь и заняться отбором ныряльщиков. А ночью попробую нырнуть, проверить есть ли щель под решеткой.

У входа в шатер уже кучковались просители. Их сортировкой как раз занималась Волеслава. В шатре, в его «штабной» половине меня ждал Хегни. Вот ты-то мне и нужен. Коротенько, без конкретики обрисовал ему задачу. Мой воевода кивнул и пошел подбирать кадры для предстоящей операции.

За повседневными хлопотами незаметно пролетел день. Вечером, когда начало смеркаться, решил прилечь вздремнуть. Разбудил меня Туробой. В самую глухую ночь. Здесь это время называлось часом волка. На Земле у славян, такое название тоже было. Не помню только, соответствовало ли оно тому же времени, что и здесь. Привел себя в порядок и вышел из шатра. Оседланные кони стояли у входа, недовольно пофыркивая. Было пасмурно, здешние луны заволокло тучами, соответственно, темнота стояла — глаз коли. Замечательно! Поеживаясь от ночной прохлады и сырости, забрался в седло, разобрал поводья и тронул Воронка. Сзади раздался глухой топот копыт коней моих сопровождающих. Оглянулся. В этот раз охрану, из соображений секретности, решил не брать. Ехать со мной должны были только Туробой и Хегни. За ними, однако, в ночной тьме маячил кто-то третий. Придержал коня, пригляделся. Ну конечно! Валька! Кто бы сомневался!

Махнул рукой Туробою и Хегни, чтобы проезжали вперед, а сам дождался, когда со мной поравняется Волеслава. Дождавшись, спросил:

— Ну и куда ты собралась, красавица? Кто тебя звал?

— Меня не зовут. Я сама прихожу туда, где должна быть, — пожала плечами жрица.

И ведь не поспоришь! Ну, ладно, не гнать же. Да и не уйдет. Поехали дальше. Добрались до места, откуда днем наблюдали за местом будущей операции. Здесь нас уже ждала лодка с двумя варангами, подобранными Хегни. Абсолютно надежными, с его слов. Рядом с лодкой в воде колыхало ветвями свежесрубленное дерево. Под его прикрытием я предполагал добраться до арки. Да и нырять, маскируясь в его кроне, будет способнее.

Подошел к воде, поболтал в ней рукой. М-да, градусов семнадцать, не больше. А что ты хотел — осень, хоть и ранняя. Начал раздеваться. Тело предполагалось намазать жиром, заранее припасенным Хегни, оказавшимся, к приятному моему удивлению, опытным ныряльщиком. Валька стояла в паре метров, не сводя с меня глаз. Добравшись в разоблачении до подштанников, я почувствовал некоторый дискомфорт под ее пристальным взглядом.

— Может, отвернешься? — развязывая шнурок, поддерживающий сей предмет нижнего белья на бедрах, спросил у нее.

— Ты собрался плыть туда? — кивнув на стены города, и не проявляя каких либо признаков смущения, ответила она вопросом на вопрос.

— Ну да, — не видя смысла в дальнейшей секретности, подтвердил я ее догадку.

— Вода холодная, — задумчиво протянула Валька.

— Это ты тонко подметила, — согласился с ней.

— Наверное, эта твоя одежда защищает от холода в воде?

— Какая?

— Вот эта.

Она тронула чересседельную сумку, набитую каким-то барахлом.

— Что там у тебя? — заинтересовался я.

Волеслава сдернула поклажу с седла и, развязав шнурок, стягивающий горловину, распахнула мешок. Из него высунулся конец резинового ласта. Я, не поверив глазам, присел и дернул ласт наружу. Действительно — он. Целый, не обгоревший. Вытащил второй, тоже целый. Ниже лежал аккуратно свернутый гидрокостюм.

— Откуда? — только и смог спросить.

— Из подвала храма в Святом, — чуть усмехнувшись, видя, что сюрприз удался, отозвалась жрица.

— Разве там не все сгорело тогда, — задал следующий, совсем уже глупый вопрос.

— Не все, как видишь, — снизошла, все же, до ответа эта зараза.

Покачивая головой, вытащил гидрокостюм и обнаружил под ним в матерчатых свертках маску, трубку, пояс с грузами, два ножа — свой и Андрюхин и водолазные часы, которые сразу прицепил на руку.

— Ну, Волеслава, порадовала, — поднимаясь на ноги, выразил, переполняющие меня чувства.

Глаза Вальки светились удовольствием от удавшегося сюрприза. Не удержавшись, заключил ее в объятия. Потом, опомнившись, хотел, было, отстраниться, ожидая очередной вспышки возмущения от допущенной фамильярности. Но та, как-то обмякла и даже попыталась неумело приобнять меня за плечи. А когда я попытался отстраниться, подалась следом, но быстро опомнилась, отшатнулась, и на лице у нее появилось до боли знакомое отчужденное выражение. Вот так вот. А девица-то от моих объятий откровенно «поплыла». Еще бы, этакий мачо, да еще посланец небес. Тьфу! Старый пошляк! «Девица»! «Поплыла»! Как-то не хотелось думать в таких выражениях о Волеславе. Да уж не влюбился ли ты, братец!? На романтику потянуло? Ну, ладно, подумаем об этом позднее. Сейчас сосредоточимся на предстоящем купании.