пил минеральную воду Гёте. Дома у Глеба Сергеевича были и кружки в виде
колокола с богатым рельефным орнаментом, тоже антикварные, были и
современные уплощённой формы, у которых полая ручка плавно переходит в
носик. Более всего он дорожил (и не брал с собой в дорогу) другой "кружкой
Гёте", которую приобрел на курорте Марианске Лазне в две тысячи седьмом
году. Исключительный антиквариат. Внизу надпись: "Мариенбад. Одна тысяча
восемьсот девятнадцатый год". На боку кружки изображена аллегория
здоровья, и знатоки утверждают, что её лицо - это лицо семнадцатилетней
красавицы Ульрики, в которую в тот год был влюблен семидесятилетний гений.
Он с Ульрикой отдыхал в Мариенбаде.
Глеб наклонил кружку, сделал осторожный первый глоток довольно
горячей минеральной воды, как у него раздался звонок на мобильном телефоне.
Звонила ассистентка Таечка. Сообщила, что зачёт прошел на
"удовлетворительно".
Таечка была девушкой тактичной, умной и доброй. Хотела жить по-
настоящему - получать яркие впечатления от нового. А уж если совсем честно,
то хотела, чтобы в её жизни появился человек, тоже яркий и искренний. Хотела
успокоить себя, уверить, уверовать в этого человека.
Девочка из профессорской семьи, причем в третьем поколении. В своем
Академгородке под Новосибирском она получила и золотую медаль, и кучу
53
призовых мест на Всероссийских олимпиадах. Поступить в столь престижный и
"блатной" вуз, как МГИМО, ей удалось лишь со второго раза, зато на бюджет.
И третьекурсница в рваных джинсиках, кедах и клетчатых ковбойках, которая
ездила на стареньком "Ниссане", но с огромными, жаждущими глазами и
чудесными светлыми волосами, убранными косой, сразу привлекла внимание
Глеба Сергеевича. А когда он перешел на штатную ставку профессора, Тая,
отличница и красавица, уже пятикурсница, попросилась к нему на диплом.
- Хорошо, Тая. Но при одном условии, - сказал Всеволожский, изображая
строгость.