- Хорошо, я скажу. Глаза ваши добрые. Но не выдавайте меня. И имейте
в виду, что посыльному придется хорошо заплатить за очень крутой подъем,
который он должен будет преодолеть до её дома. Меня она встречает и
подвозит на своем автомобиле.
И добрый Цзянь Чхаэ простодушно объяснил Глебу Сергеевичу, как
найти дом доктора Даниэлы. Так же простодушно, как легли карты пасьянса.
Вечером Всеволожский совершал традиционный здесь променад
отдыхающих. Глеб терпеть не мог, когда на курорте слышал слово "больной".
Отдыхающие, или гости курорта! Так вот, на этой главной "Карловарской
авеню" не может быть больных! Люди нарядно одеваются, в атмосфере
главенствуют светскость и флирт! Только если, например, в Париже авеню
обсажена по сторонам деревьями, то тут в Карловых Варах по сторонам
расположены ротондочки с источниками минеральной воды, киоски с
сувенирами и крохотные бистро.
Множество прогуливающихся не очень отвлекали Глеба Сергеевича от
раздумий. Аура отдохновения, фуршет на рауте "без галстуков", и вообще
любой "белый" шум были ему привычны и, может быть, даже милы сердцу. В
его душе светился в эти минуты фитилек куража что ли, легкой приподнятости
духа, как во время лекции и в любых знаках внимания, обращенных на него или
в любых других знаках - он умел считывать именно те знаки, те вибрации,
52
которые сейчас были ему нужны.
"Пробраться к дому её сегодня под покровом темноты?" - Он улыбнулся,
вспомнив "графа Нулина". - "Нет, раннее утро подходит лучше. Все вокруг
будет в сладкой предутренней дреме... Да, да... чуть забрезжит..."
Всеволожский зашел в одну из ротонд, "Русалкин источник", достал из
пакета любимую из коллекции курортных кружечек, которую уже несколько
раз брал с собой. Это была старинная керамическая кружка с красивой
надписью "Карлсбад" и незамысловатым орнаментом. Антиквар в Праге,
который продал Глебу эту кружку, утверждал, что из этой (ну, или подобной)