— Ё… — начал было я, но поглядел на Майкла и сказал не совсем то, что собирался. — Ёрничать не буду. Никодимус почти убил нас всех в последний раз, когда он был в городе, и он убил Широ.
Оба Рыцаря кивнули. Майкл склонил голову и пробормотал краткую молитву.
— Парни, — сказал я, — я знаю, что ваши внутренние убеждения велят вам стоять на вахте против сил ночи, подставлять другую щеку и так далее. Но сейчас мы имеем дело с типом, сила которого, возможно, даже возросла со времени последнего посещения. Если мы будем ждать, пока он покажется, он нас просто порвет.
— Согласен, — сказал Саня твердо. — Надо проявить инициативу. Найти и поразить змею прежде, чем она подготовится ударить.
Майкл покачал головой.
— Брат, ты забываешь нашу цель. Нас наделили властью не для того, чтобы мы могли уничтожать своих врагов независимо от того, насколько они это заслужили. Наша цель состоит в том, чтобы спасти несчастные души, пойманные в ловушку Падшим.
— Никодимус не хочет быть спасен, — сказал я. — Он полностью доволен своим сотрудничеством с демоном.
— Это ничего не меняет в наших обязанностях, — ответил Майкл. — Любой, даже Никодимус, может просить искупления независимо от того, что он сделал, пока у него достаточно дыхания, чтобы испросить прощение.
— Я так полагаю, что пара дырок в его груди вас бы удовлетворила? — спросил я его. — Ну, раз они так нужны, с большим удовольствием их обеспечу.
Саня хохотнул.
Майкл улыбнулся, но очень коротко и напряженно.
— Мое мнение такое: мы можем предпринять такие агрессивные шаги только при самых ужасающих обстоятельствах.
— Фейри стоят на краю внутренней войны, — сказал я. — Которая, вероятно, повторно разожжет войну между Советом и Вампирскими Коллегиями. И, могу добавить, в пользу плохих парней. Один из самых опасных людей, которых я когда-либо знал, может получить доступ к знаниям и власти Падшего ангела, что наделило бы их огромным влиянием в пределах Соединенных Штатов. Даже не буду упоминать серьезные личные последствия для меня, если они в этом преуспеют. — Я посмотрел на одного Рыцаря, потом на другого и поднял руку над головой, — я голосую за нападение. Кто «за»?
Майкл поймал Санину руку на полпути и мягко прижал к столу.
— Это не демократия, Гарри. Мы служим Царю небесному.
Саня нахмурился на мгновение, глядя на меня. Но потом он откинулся назад на стуле в молчаливом согласии с Майклом.
— Ты хочешь говорить с ними? — спросил я Майкла. — Ты, наверное, меня разыгрываешь.
— Я этого не говорил, — ответил Майкл. — Но я не собираюсь просто убивать их и все. Это мой выбор, Гарри. Хотя, может, и не очень хороший.
Я откинулся назад на стуле и потер лоб рукой. Там начинала зарождаться боль.
— Хорошо, — согласился я спокойно, пытаясь составить план по ходу. — Что, если … я устрою разговор? Вы могли бы скрываться поблизости, ну, как бы в резерве?
Майкл вздохнул.
— Это отчасти софистика. Ты знаешь, что они попытаются предать тебя, если увидят, что преимущество на их стороне.
— Да. И это будет их выбор. Это именно то, что тебе нужно, не так ли? Своеобразный способ работать с проблемой, давая ей возможность первого хода? При этом желательно, чтобы хороших парней было убито не очень много?
Майкл выглядел расстроенным, но кивнул.
— Прекрасно, — сказал я. — Я попытаюсь это устроить.
— Как? — спросил Саня.
— Предоставьте все мне, — сказал я и глянул на часы на стене. — Дерьмо. Я опаздываю на встречу. Могу я воспользоваться твоим телефоном?
— Конечно, — кивнул Майкл.
По пути к телефону я заметил, что в доме никого нет.
— Эй, а где все?