— Ага, — подтвердил я.
— А нам ты не сказал, что Мэб угрожала разорвать соглашение.
— Этого и не было.
Майкл наблюдал за мной встревоженными глазами.
— Раз она этого не делала, значит, ты только что солгал Люччио.
— Да, — коротко подтвердил я. — Потому что мне необходима власть Совета, чтобы устроить встречу. Потому что я должен устроить встречу так, чтобы у бригады ублюдков-убийц, которые замучили Широ до смерти, был шанс доказать тебе, что они могут устроить такую дрянь еще раз.
— Гарри, если Совет узнает, что ты ввел их в заблуждение…
— Они, вероятно, обвинят меня в измене, — закончил я за него.
Майкл поднялся со своего места.
— Но…
Я ткнул в его сторону пальцем.
— Чем дольше мы тянем время, тем дольше эти гады остаются в городе, и тем дольше наемные убийцы Лета гоняются за мной и выше вероятность того, что пострадают невинные люди. Нужно работать быстро, и лучший способ заставить шевелиться Совет — позволить ему думать, что его собственная задница скоро начнет гореть.
— Гарри… — начал Майкл.
— Не надо, — оборвал я. — Не надо толкать мне речь об искуплении и милосердии и о том, что все заслуживают второго шанса. Я полностью за то, чтобы делать правильные вещи, Майкл. Ты это знаешь. Но сейчас не то время.
— Разве правильно так делать только потому, что мы спешим? — спросил он мягко.
— Даже ваша Книга говорит, что для всего свое время, — ответил я. — Время, чтобы жить, и время, чтобы убивать.
Майкл перевел взгляд с меня на угол возле черного входа, где его Амораккиус, с плоской в стиле крестоносцев рукоятью в оплетке из проводов, отдыхал в скромных кожаных ножнах.
— Это не так, Гарри. А что они могут сделать, я видел гораздо больше тебя. Я не теряюсь перед боем с ними, если приходится это делать.
— Они уже взорвали здание и попытались убить меня, при этом твои собственные дети попали под перекрестный огонь. Этого все еще не достаточно?
Вместо ответа Майкл покачал головой, поднял Амораккиус и пошел в дом.
Я смотрел ему вслед и тихо рычал.
— Ты смутил его, — сказал Саня.
Я поглядел на темнокожего Рыцаря.
— Что?
— Ты смутил его, — повторил Саня, — тем, что ты сделал.
— Что сделал? Наврал Совету? У меня не было другого выбора.
— Но ты это сделал, — спокойно констатировал Рыцарь. Он поднял с пола рядом с собой спортивную сумку и вытащил длинную саблю, старое оружие конницы, Эспераккиус. Гвоздь, вделанный в рукоятку, давал понять, что это брат меча Майкла. Саня начал осматривать лезвие. — Тебе, возможно, просто придется напасть на них.
— Одному? Я больной, но не настолько.
— Он твой друг. Он пошел бы с тобой. Ты это знаешь.
Я покачал головой.