Оружие Темноты: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 1. В буре

Под ногами был мост. Она никогда не видела его раньше… Или он все же был ей знаком? Она не знала сейчас: мысли, ощущения путались, ускользали, зазывно блестели золотыми боками, как драгоценные живые рыбки в мелком бассейне. Да и мало ли таких мостов во дворце? От одной башни к другой, протянутый на невозможной высоте, от которой захватывает дух, если выглянуть за перила и посмотреть вниз. Но сейчас она не смотрела.

Она стояла на мосту. Здесь, на огромной высоте, должно было быть ветрено. Но почему-то не было. Ни одно, даже самое легкое дуновение не прикасалось к ее коже, словно частые перила, переходящие в витые колонны, стали для ветра непреодолимой преградой.

Она стояла в неподвижном воздухе… а под ногами был азрак. Как она не догадалась опустить глаза раньше? Она вздрогнула и поспешно отступила прочь, практически отскочила, словно под ногами у нее были не синие бриллианты, а раскаленные угли. Но отойти было некуда — азрак повсюду!.. Откуда здесь эти камни? Везде во дворце (а она была уверена, что находится именно во дворце своего отца) пол был сделан из голубого мрамора. Редкостный материал, очень твердый, очень красивый, очень дорогой. Драгоценный. Почти… Но все же не настолько, как… Азрак?

Синие бриллианты под ногами. Самая большая ценность империи, символ ее власти и могущества, а она стоит прямо на них, и отступить некуда! Откуда они здесь? По прихоти какого строителя? Не слишком ли странный материал для пола? Странный, но удивиться почему-то не получается. Она присела на корточки, чтобы лучше рассмотреть драгоценные камни, которыми выстлали пол, словно обычной плиткой. Выстлали или инкрустировали? Ее так бесконечно долго учили говорить правильно, строить безупречные словесные конструкции и предложения, но сейчас и здесь думать словами не получалось. Когда под твоими ногами азрак, слова становятся бессмысленными!..

А камни настоящие. Сотни, тысячи, миллионы синих бриллиантов, безупречно гладкие грани, прозрачные отражения, сверкающие блики… Азрак. Острые края слегка царапаются в ладонь, которой она прикоснулась к ним. Провела, задевая совсем чуть-чуть, сдвигая… Сдвигая?! Бриллианты не мостили пол, на котором она стояла, они просто были насыпаны на него, словно обыкновенный песок! Белоснежный тончайший песок, которым посыпают мраморные плиты в нижнем дворе, прежде чем открыть его для посетителей, чтобы ноги людей не запачкали драгоценный мрамор, а всю грязь можно было просто вымести после них, вслед за ними. Вместе с ними. Белоснежный песок. Синие бриллианты. Песок под ноги простолюдинам. Азрак — для дочери императора.

И звук шагов. По бриллиантам.

Дочь императора вскинула голову и одновременно поднялась на ноги. Посмотрела на того, кто шел к ней. Остановился и теперь стоял метрах в двадцати от нее, на противоположном краю моста, соединявшем две башни в императорском дворце. Мужчина. Темный силуэт на фоне сияющего светлого неба. Лица не разглядеть — только фигуру. Но она узнает. Она знает, кто это, даже раньше, чем ее глаза успевают как следует присмотреться. И это тоже странно, ведь она видела его всего один раз, да и тот — мельком. Высокий, стройный, гордая посадка головы, широкий разворот плеч, защитный плащ за ними, не скрывающий аристократизма… Добавляющий аристократизма?.. Она запуталась, а сердце по какой-то причине вдруг заходится в безумном ритме. Радость и тревога. Тревожная радость…

Она шагнула навстречу, ни на секунду не задумавшись, что этот человек просто не мог оказаться в императорском дворце! Бриллианты хрустнули у нее под ногами. Она замерла, словно налетев на невидимую стену, на секунду даже забыв о ждущем ее мужчине. Бриллианты хрустнули совсем не так, как это полагалось бы твердым камешкам, просто смещающимся под тяжестью человеческого тела и трущимся друг о друга. А как… яичная скорлупа. Слушком хрупкая, чтобы выдержать ее вес! Рассыпающаяся под ее ногами?.. Бриллианты азрак?! Самый твердый из известных и исследованных камней! Даже просто огранить который чрезвычайно, почти до невозможности сложно!

Она вновь опустилась на корточки и вновь потянулась к камням рукой. Отступила на шаг, вновь болезненно вздрогнув при уже таком знакомом звуке. Тонкие слегка подрагивающие пальцы осторожно прикоснулись к синим бриллиантам… Нет, к тому, что еще долю секунды назад было синими бриллиантами. За долю секунды до того, как она наступила на них. А сейчас под ее пальцами была только пыль, мельчайшая, мягкая, почти нежная, синяя. Пачкающая пальцы.

Дочь императора вскочила на ноги, судорожно вытирая руку о подол собственного платья, словно прикоснулась к чему-то по-настоящему мерзкому! Отступила в сторону… А вот это было ошибкой. Потому что новый шаг опять вызвал этот омерзительный хруст под ногами. Ей некуда было ступить, только на бриллианты азрак, рассыпающиеся в пыль!.. Не может быть…

Она оглянулась на мужчину, по-прежнему стоявшего на противоположном краю моста. Что он думает об этом? Кому, как ни ему, выросшему на планете, где добывается азрак, знать обо всех особенностях этих камней? И как она вообще сюда попала, на середину моста?! Не могла же она пройти по бриллиантам, рассыпающимся в пыль под ее ногами?! Она бы заметила и запомнила.

Она хотела закричать. Этого просто не могло происходить! Это неправильно, нереально, невозможно!

Она оглянулась на мужчину, смотрящего на нее, и ей сразу стало спокойнее. Паника, чуть не захлестнувшая ее, немного отступила. Все правильно. Сейчас она позовет его, и он ей поможет. Вокруг дочери императора всегда было достаточно людей, на которых можно было положиться, которые могли ее защитить, подсказать, что нужно делать. Ей нужно лишь позвать на помощь.

Почему же ее голос отказывается подчиняться ей? И почему он по-прежнему стоит, ничего не предпринимая?!

А фигура мужчины вдруг начинает меняться, словно скрываясь за маревом дрожащего от жары воздуха, становясь более массивной, более грузной. Вот уже и следа не осталось от юношеской гибкости и изящности. И лицо — твердое, властное, суровое. Отец?!.. Она вздрогнула в ужасе. Хотя, конечно, кому как ни ему быть здесь, в собственном дворце? Что он сделает с ней, когда увидит, во что превратились драгоценные бриллианты? Ей не объяснить, что она не виновата. Ему — не объяснить!

Она отступила на шаг назад. Может быть, она еще успеет убежать? А фигура мужчины вдруг снова начала меняться. Другое лицо. Тоже знакомое. Но узнать, вспомнить — было уже просто выше ее сил. Кто-то из придворных?.. Наверное. Может быть. Уже не разглядеть, потому что лицо вновь изменяется. На другое. Еще одно. И фигура тоже перерождается. То более высокая, то менее. Грузная, или наоборот худая. Существо словно перебирает, один за другим примеряя на себя образы людей. Знакомых ей? Нет, уже не знакомых, тех, кого она никогда не видела раньше. Десятки, сотни лиц! Среди них мелькает одно: твердый подбородок, светлые волосы, прямой взгляд серых, словно светящихся изнутри, глаз, смотрящих на нее внимательно и ничуть не осуждающе… Но она не запоминает его. Она уже просто ничего не видит. Больше не может смотреть! Она развернулась и бросилась бежать прочь, даже не обращая внимания на мерзкий хруст под ногами, на бриллианты азрак, рассыпающиеся в пыль.

Ее императорское высочество наследная принцесса Рассономская Ида резко села на постели, судорожно вцепляясь пальцами в шелковые простыни и сбрасывая на пол подушки. Она задыхалась, словно действительно успела пробежать не одну сотню метров… Словно? Значит, это был всего лишь сон! Накатившее облегчение было настолько острым, что Ида невольно уронила лицо в ладони, закрыв глаза, и глубоко вздохнула, пытаясь наконец-то выровнять дыхание. Всего лишь сон. Всего лишь обыкновенный кошмарный сон. Пора бы ей уже привыкнуть… Даже к тому, насколько они бывают реалистичными…

А вот об этом задумываться было явной ошибкой: образ длинного моста, протянутого от башни к башне сквозь сияюще-светлое небо, сплошь усыпанного синими бриллиантами, тут же вновь начал всплывать перед глазами. Ида запустила пальцы в длинные спутанные волосы, с силой сдавив виски, пытаясь прогнать его. Образ послушно поблек, опустившись на дно сознания, притаился там, словно хищный зверь в ожидании, когда она ослабит контроль, и можно будет вновь завладеть ее мыслями. Ида глубоко вздохнула, откидывая голову назад. Что-что, а прогонять образы из кошмарных снов она научилась просто отлично! Если бы при этом они еще уходили окончательно. Но нет, они упорно возвращались вновь и вновь… пока их не затмевал новый, еще более кошмарный сон!

При этой мысли рука Иды невольно потянулась к потайному карману на поясе лаиш* [*Лаиши — вид женских брюк, широкие, длиной до середины икры, штанины внизу завязываются на ленты, могут украшаться вышивкой или пряжками с драгоценными камнями, обычно шьются из шелковой ткани. ], нащупала крошечный сверток, спрятанный там, принялась выпутывать его из складок шелковой ткани… Принцесса заставила себя остановиться и вновь опустить руку на колено: сон она уже увидела, а значит, это теперь ничем не могло ей помочь!

Ида вытянула ноги, сбросив при этом на пол с постели еще несколько подушек, в беспорядке валявшихся вокруг нее. И этому, такому простому действию, каким-то неведомым образом вдруг удалось окончательно прогнать дурацкий сон. Ида поднялась на ноги, нетерпеливо поправив сползшую на одно плечо тунику, и принялась в раздражении мерить шагами комнату. Она могла бы призвать императора-основателя в свидетели того, как же сильно она ненавидит свои сны, но проблема была в том, что очень часто действительность она ненавидела гораздо сильнее!

Комната, а точнее каюта, была совсем небольшой — метров десять в лучшем случае. А с учетом того, что большую ее часть занимала низкая и широкая кровать, Идее удалось сделать всего три шага прежде, чем она оказалась перед выбором: остановиться или развернуться и пойти в противоположную сторону. Она предпочла остановиться. Не к этому ли ее пытались приучить с самого рождения, все недолгие семнадцать лет ее жизни, — некуда бежать… Она в ловушке в этой каюте, на этой герцогской яхте, вообще на этой планете, затерянной на самом краю обитаемой вселенной! Или правильнее было бы сказать: «На краю части обитаемой вселенной, принадлежащей Рассономской империи»? Империи ее отца… Ида глубоко вздохнула. Ее учили выбирать верные формулировки, подходящие для любого случая жизни от приема посла соседней дружественной цивилизации до полуофициальной охоты в кругу лишь самых доверенных придворных… Но ее ловушка была в том, что идеальные формулировки она должна была продолжать искать, даже оставаясь наедине с собственными мыслями! Впрочем, эта ловушка была уже привычной, не идущей ни в какое сравнение с проклятой планетой, носящей гордое имя Эспенансо, на которой Ида оказалась!

Вообще-то название планеты, переводящееся с языка местных аборигенов (давно, впрочем, вымерших) как штормящая вода или что-то в этом роде, было на слуху у всей империи и тем более у единственной дочери ее правителя. Ведь именно в ее бескрайних океанах, лишь условно отделенных друг от друга редкими архипелагами, находили азрак — синие бриллианты — символ и величайшую ценность империи. Сами камни Ида, разумеется, видела. Еще бы!.. Ведь первый закон империи гласил: владеть азраком не может никто кроме членов императорской семьи. А первый закон самой императорской семьи звучал следующим образом: правители Рассономской империи не могут владеть никакими иными драгоценными камнями кроме азрака! Роскошь и проклятие, пойманные в гранях глубокого синего цвета… Впрочем, вполне вероятно, что как проклятие этот закон в частности и азрак вообще воспринимала лишь одна Ида.

И уж точно она никогда не думала, что сама окажется на Эспенансо, отделенной от материнской планеты империи расстоянием в сотни световых лет! Даже когда по дворцу стали ходить слухи, что объемы добычи азрака стремительно, почти катастрофически, сокращаются — все равно не думала. Даже когда отец, чуть ли не в первый раз за последний год (если не больше), вдруг вызвал ее к себе… За всю ее жизнь ей ни разу не позволили самостоятельно даже выбрать собственное платье! Как она могла предположить, что император вдруг поручит ей лично отправляться на Эспенансо и выяснить, почему азрака поступает все меньше и меньше! И его дочери не оставалось ничего другого кроме, как поклониться, принимая свой долг. И мысленно благодарить своих воспитателей за то, что они научили ее прямо держать спину, даже в тот момент, когда ноги начинают подкашиваться.

А дальше было лишь девять часов на лихорадочные сборы… Скоростной межгалактический курьерский крейсер стартовал на рассвете.

Перелет Ида помнила плохо. Она сразу же, взглянув лишь мельком на вытянувшуюся перед ней по стойке смирно команду крейсера, прошла в отведенную ей капитанскую каюту — самую большую на корабле, но самой принцессе больше показавшуюся похожей на шкаф. Она еще помнила объявление, прозвучавшее по громкой связи, — приказ всем пассажирам крейсера приготовиться к переходу на сверхсветовую скорость… А дальше ее рука сама потянулась к потайному карману, привычно спрятанному в складках одежды… Когда-то давно маленькой принцессе Иде на уроках астрофизики пожилой профессор объяснил основные принципы сверхсветовых перелетов. Они стали возможны, когда несколько сотен лет назад двое гениальных ученых придумали излучатель, позволивший разделить как предметы, так и человеческие тела на частицы меньше (а, следовательно, и быстрее) фотонов…

Нет, Ида была не единственным человеком в обитаемой вселенной, боящимся таких перелетов. Проблема заключалась лишь в том, что она была дочерью императора!..

А следующим, что девушка могла вспомнить более или менее отчетливо, был светлый прямоугольник выхода из крейсера, и ступени трапа, специально для нее устланные темно-синим ковром, и разноцветная, посверкивающая драгоценными камнями, толпа местных дворян, встречающая ее на посадочной полосе космопорта… Совсем узкой полосе, как внезапно заметила Ида, со всех сторон окруженной водой — одним из бескрайних морей Эспенансо. Принцесса не знала, сколько времени было в том часовом поясе планеты, где они приземлились, но диск единственного непривычно белого солнца стоял не слишком высоко, и, наверное, от этого вода вокруг прямоугольника искусственно созданной суши была идеального темно-синего цвета — такого же, как ковер под ее ногами. Такого же, как азрак.

И, наверное, Ида так и стояла бы на верхней ступени трапа, не в состоянии оторвать взгляд от жидкой и шелково-гладкой роскоши моря, но Силия — ее первая придворная дама и единственная, кого принцесса успела взять с собой, — что-то прошептала ей на ухо, осторожно прикасаясь кончиками пальцев к локтю. Слов Ида не разобрала, но смысл был ясен и так: у трапа ее ждут местные аристократы, а значит, пора спускаться.

Двое матросов крейсера ловко скатывали ковер сразу за спиной принцессы, чтобы Силия, не являвшаяся членом императорского дома, а, следовательно, не имевшая права наступать на что-либо цвета азрака, тоже могла спуститься. Впрочем, Ида, привыкшая к подобным церемониям, вряд ли замечала их. Она все-таки вспомнила этикет и заставила себя сосредоточить внимание на человеке, встречавшем ее у трапа. Это был уже немолодой мужчина с аккуратно подстриженными седыми волосами, прямым с небольшой горбинкой носом, и внимательными, чуть прищуренными, темными глазами. И, судя по его одежде, выдержанной в геральдических серо-зеленых тонах, и по тому, как он шагнул навстречу принцессе, этот человек не мог быть никем иным кроме Оуэна Вейда — правящего герцога Эспенансо — абсолютного властителя для всех жителей планеты, но всего лишь слуги для императора, а значит, и для его единственной дочери!