— И что мне делать? — спросила Маритха. — Там не написано?
— Написано много, но о том, как отворить, — это все, — сказал Аркаис.
— Что все?
— Те слова, что я повторял уже дважды.
— Повтори ещё раз.
— «Ключ повернётся по Слову Открывающего. Не торопись, человек, и Оно придёт, не может не прийти, как только Ключ найдёт свою Дверь. Не торопись, у тебя всего одно Слово. Спроси сердце — оно укажет, если пожелает открыть эту Дверь для человека. Дверь нельзя обмануть, только себя», — он почти пел, и слова тут же пошли гулять внутри, тревожа какие-то волокна её Нити.
— Я должна… сказать что-то? И это, — с недоверием взглянула она на твёрдый камень, — откроется?
— По-видимому, так и есть.
Все остальные безмолвствовали.
Хорошо же…
Маритха отошла немного, примерилась к Двери. Что за Слово такое, простое и незатейливое? Что это может быть? «Откройся»? «Бессмертные»? «Маритха»? Может, «Маритха» правильное слово? Нет, вряд ли… Вот загадка… «Ступени»? «Бессмертие»? «Вечность»? Последнее показалось самым соблазнительным.
— Наверно…
— Не торопись, — поспешно перебил Аркаис. — Уверься, прежде чем скажешь. У тебя одна попытка. Используй её от сердца. В противном случае идти сюда не стоило.
Маритха послушно встала перед черным камнем, закрыла глаза, постояла немного. Открыла, посмотрела на Дверь ещё раз. Не помогло, нужное слово внутри не вспыхнуло.
— Не знаю… А тут что такое? — Она указала пальцем на вязь прямо над камнем, знаки этой надписи вдвое больше остальных.
— «Вернуться можно всегда. Даже если нет пути обратно. Всегда можно вернуться».
Внезапно у неё пересохло во рту.
— Что это значит?
— То же, что ты увидела в Озёрном Храме. У любой дороги два конца. Можно всегда повернуть, даже если зашёл далеко и пути назад не видно.
— Точно? — Что-то тут не так.
— Я так полагаю.
Маритха ещё постояла перед камнем. И странное дело, чем дальше, тем больше ей хотелось отворить проклятую Дверь. Она подошла, прикоснулась вновь ладонями к холодному камню. Тут почти не было ветра, и Маритха прижалась к гладкой поверхности. Так можно долго стоять. Вот ещё щекой прикоснуться, спокойно веки опустить. Как хорошо… Ей показалось, что под щекой та самая дверь родного дома в Ашанкаре, даже щербины ощущались от последней городской смуты, когда решётку чуть не высадили. Как в Озёрном Храме. Там Маритхе тоже привиделась эта дверь. И ведь знает она, как открыть, только вот невозможно вспомнить! Маритхе показалось, что она долго так простояла, но Дверь молчала. Значит, сердце молчит.
— Она не может открыть, Аркаис. Твой путь закончен.
— Отойдите все, — резко обернулась Маритха. — Я открою! Хоть попробую! Не уйду просто так отсюда!
Все трое нехотя подались назад.
— Аркаис… — Голос все-таки дрогнул. — Ты… не уходи.
Он пошёл вперёд, к ней. Тангар кинулся следом за Сыном Тархи, резко схватился за локоть.
— Тангар! Нет! — только и успела крикнуть Маритха. Аркаис легко двинул плечом, будто стряхивая что-то, и хранителя отбросило шагов на десять.
— Не смей! — закричала девушка, кинулась к Тангару, но не тут-то было.
И трёх шагов не пробежала. Дверь тянула её к себе, словно прилипшую. Маритха встала, прекратила барахтаться, и путы ослабли. Так… Теперь ей отсюда дороги нет. Или она эту жуткую Дверь отворит, или навсегда свой Ключ потеряет, сделав ошибку. Только раз. Одно слово.