К тому же Мазеа начал отращивать бороду. Да, да! Вот уже два дня он не брил подбородок на своем желтом лице, только усы.
Интересно, что общего может иметь эта щетина с его местью?
Альфонс пожал Мазеа руку на прощанье, а потом дал мне знак следовать за собою.
— Понравились отношения с этим лимоном? — спросил я.
— Да. Даже удачно получилось, что ты проговорился. А теперь к делу: нужно передать Хопкинсу или капитану, чтобы они поскорее приготовили копии.
— А где их найти?
— Это и я хотел бы знать.
Возле фургона стояла тишина. Мы зашли и к артиллеристам, и к суданцам — никаких следов.
— Пошли к танкистам, — сказал я. Мне пора было отправляться на свидание, но об этом я сказать своему другу не мог.
— Откуда они там могут быть? Каждую машину обслуживает четыре-пять человек экипажа, и все они отлично знают друг друга. Впрочем, взглянуть не повредит.
В стороне от лагеря, на полоске голого берега, стояли танки. Одетые в комбинезоны танкисты ужинали.
— Нет их здесь, — немедленно пришли мы к выводу.
— Эй, вы!!!
Мы подняли глаза. Из открытого башенного люка стоявшего рядом с нами танка высунулась чумазая голова в шлеме.
— Где вас носит? — рявкнул на нас танкист с нашивками капрала.
Чурбан Хопкинс! Ну, по нахальству мировой рекорд он, по-моему, держит твердо.
— Я уже час торчу здесь один, жду смены, а они, видите ли, прогуливаются! Что здесь, черт побери, курорт, что ли?
Ругался он так, что слушать было тошно, но зато теперь нам было ясно: мы — танкисты, опоздавшие из увольнительной.
Никто из группы танкистов, расположившейся неподалеку, не обращал на нас ни малейшего внимания.
— Разрешите доложить: экипаж в составе двух человек для несения службы прибыл, — отрапортовал Альфонс.
Взобравшись на броню танка, мы скользнули в люк и захлопнули за собой крышку.
Щелкнул выключатель и внутри танка вспыхнул свет.
Это был новенький, современный танк с 75 — миллиметровой скорострельной пушкой. Внутри вполне могли удобно разместиться четыре человека — капитан, разумеется, тоже был тут.
— Да, вот это была работенка! — сказал Хопкинс. — Четырех танкистов я отослал — пригодились нашивки капрала — за двадцать километров вперед, чтобы они установили там наблюдательный пост и освещали прожектором джунгли. Они захватили с собой провиант и раньше, чем через три дня, не вернутся.
— А что скажет офицер — командир танка?
— Ничего не скажет. Он в госпитале.
— Кто же командует машиной?
— Я, — с легким удивлением, как человек, которому задали глупый вопрос, ответил Хопкинс.
— Ого! Вот это карьера!
— Ребята, — сказал капитан. — Сегодня ночью я ухожу.