– Ты, Яков, не забудь показать мне своих красавцев-коней.
Заробян не понял, о чем говорил Хрущев, но переспрашивать не стал
За обедом Никита Сергеевич вспомнил о своей просьбе:
– Яша, про коней не забудь.
Просьба эта крайне озадачила руководителей республики. Каких коней?. . Где взять этих красавцев?. .
Кто-то вспомнил о «лошадях-пятиборцах». О них давно забыли – в республике стих бум пятиборья. Ютились эти животные в жалкой, неприглядной конюшне. Да и сами лошади не могли сойти за «красавцев», которых рассчитывал увидеть Хрущев.
И, когда Никита Сергеевич в третий, а затем и четвертый раз вспомнил о злополучных конях, Заробян распорядился привести в порядок конюшню. Отмыть и «причесать» кобыл на случай, если о них не забудет Хрущев.
В конюшню направили мощную технику. Отремонтировали «подъездные пути». Вывесили «патриотические» лозунги. Привели «в порядок» конюшню. Настелили, поверх многолетнего слоя навоза, асфальт…
Удивленных, вниманием к себе, лошадей отмыли, причесали.
О конях Никита Сергеевич, к всеобщему удовольствию, забыл. Вспомнил о них перед самым отъездом. Дружески похлопав Заробяна по плечу, Хрущев сказал:
– И опять я все напутал. Кони-то не у тебя, а в Киргизии…
* * *
Обедали в «Астории». Выпили больше обыкновенного.
В тот вечер мы были приглашены к друзьям – Вануниам.
… Таксист никак не соглашался посадить в машину больше положенного:
– Четыре! И ни одного больше.
После долгих уговоров, просьб и перебранок, нам удалось всем втиснуться в машину.
Таксист все еще бушевал.
Тиграну Мансуряну, который выпил больше других, пришла в голову «гениальная мысль». Он решил, чтобы досадить таксисту, всю дорогу петь «без слуха»… Рахманинова.
– Пусть подохнет, прохвост, от невыносимых мук…
Тигран, как мог, коверкал рахманиновский фортепьянный концерт. Стоило это ему немалых усилий – концерт «отчаянно сопротивлялся».
Таксист вдруг притих, весь превратился в слух. Он в такт пению Тиграна, барабанил по рулю машины.
Прощаясь с нами, водитель сказал:
– Зря я это базарил… Очкарик ваш здорово поет… Песня его за душу берет…
Он пожал Тиграну руку.
– Спасибо, друг, уважил. Порадовал хорошей песней…
А Тигран, по душевной простоте, думал что…
* * *
В 1978 году это было, в Москве.
Нам предстояло записать музыку к фильму «Снег в трауре».